Традиция убивать: о высокостатусных браконьерах

Традиция убивать: о высокостатусных браконьерах

Свежие новости об охоте и охотничьем хозяйстве в нашей стране дают новый повод еще раз поговорить об этом.

В одном из СМИ встретился мне такой заголовок статьи: «Новые лимиты по охотничьим ресурсам понравятся и охотникам, и бюджету».

Прямо, вот, блеск: супер показательное название! В одной короткой фразе сразу всё:

–  «охотничьи ресурсы» – ни шагу за «ресурсное мышление»! Древесина – ресурс. Живые, дышащие и чувствующие страх и боль существа – тоже ресурс. Что высшие хищники, допустим, имеют уровень интеллекта, сопоставимый с ребенком лет пяти – не, ни разу не слышали! Да и пофигу – нам бы мясца пожрать, шкуру содрать. И ничего даже, что и шкура эта нам не очень то и нужна – давно одежду из шкур не носим. И ничего, что и мясо не нужно – не голодаем.

–  «…понравится и охотникам, и бюджету…» – вообще пассаж блистательный! Сразу добавить хочется: одному мишке в лесу плохо – сколько желающих то шкуру его лохматую ободрать! И охотники тут, с ружьями и ножами отточенными. И егеря да владельцы охотхозяйств с карманчиками оттопыренными, чтоб деньги за шкуру мишки убиенного туда складывать. И чиновники, чтоб отчеты по статистике лесных платных убийств писать, да бюджеты процентиком от платных убийств пополнять. Одному Михал Потапычу плохо – и куда ему бедному податься, как шкуру свою бесценную спасти? Может, к Илону Маску обратиться слезно: Спаси меня, Илон, отправь на Марс?! На Земле то места мне нет, негде уже и в бескрайней Тайге Русской спрятаться!

Общий смысл изменений, принятых Минприроды, это увеличение лимитов на платные убийства, с одной стороны. И возможность принимать решения по количеству платных лицензий на убийство на местах, в регионах и охотхозяйствах, с другой стороны.

Например, начиная с 1 января 2021 года, можно будет добывать до 20% от численности лося и до 30% от численности благородного или пятнистого оленя, европейской или сибирской косули или лани. Увеличены объемы добычи бурого медведя в два раза. Добыча кабана может производиться без ограничений по минимальной численности в целях ликвидации и недопущения распространения африканской чумы свиней.

«Увеличение нормативов допустимого изъятия таких видов как медведь, лось, благородный и пятнистый олень, лань и косуля позволит увеличить поступления в бюджет за счет увеличения сборов за пользование данными видами охотничьих ресурсов», – говорят чиновники Минприроды, – «Например, сбор за пользование таким видом как медведь планируется увеличить с 40 миллионов рублей в 2019 году до 65 миллионов рублей в 2021 году».

Как это скажется на ведении охотничьего хозяйства уже через несколько дней, с Нового года – хорошо предсказуемо. С передачей всех решений в лесном хозяйстве на места, в регионы резко усилилось растаскивание всего и вся. И федеральный центр контроль над этим самым лесным хозяйством утратил. Сейчас центр собирать пытается то, что сам несколько лет назад «разбросал» по регионам. А собирается пока с трудом. Пока даже информацию актуальную по состоянию лесов и лесоустройству по стране собрать не могут!

Логика «местничества» с охотой понятна сразу. Будут подавать завышенные данные по количеству зверя в лесу. Чтобы потом иметь возможность продавать больше лицензий на отстрел. И данные о количестве зверя подает, и лицензии потом продает одна и та же «контора»!

Ну, а свиньи дикие, видимо, в связи с африканской чумой свиней «под раздачу» попадут окончательно. Вплоть до «полного обнуления», увы…

За выступления против «спортивных убийств», в просторечии и государственных документах именуемых «охотой», на меня обижаются многие. И охотники, и егеря, и чиновники. И, особенно, люди обеспеченные и влиятельные. Ни для кого не секрет, что особо увлекаются «спортивными убийствами» животных именно VIP-персоны. Охота – хобби дорогостоящее. И заработки у различных организаторов охоты самые большие с VIP-охоты для VIP-охотников. В этом году мне встречался материал «Открытых медиа» «Как убивает элита. Топ-50 владельцев охотничьих угодий в России среди политиков, чиновников и бизнесменов». Так, впечатляет, конечно! Крупнейшие государственные организации: «Газпром», ВТБ, «Роснефть», «Ростех», «Ростелеком» и т.д.  Топ-менеджеры этих организаций, губернаторы, сенаторы, депутаты, лидеры списка «Forbes». Вся элита, короче, за редким исключением!  Эти ребята поделили между собой почти 6 миллионов гектаров из лесного фонда России. Для более понятного представления такой территории читателем «Открытые медиа» приводят такие сопоставления: это более 25 территорий Москвы. Или почти полторы Московских области. Или две Бельгии. Вот с чем можно сравнить площадь охотничьих угодий, принадлежащих нашей элите. Понятно, что это не собственность. Чтоб не было недопонимания, объясню: это арендованные для охотхозяйств территории Русской Тайги. У нас год от года общественные охотугодья (это те, которые для всех, общедоступные) уменьшаются. И наибольшее увеличение идет именно за счет вообще охотугодий, принадлежащих и обслуживающих одного человека или одну крупную корпорацию. В феодализм скатываемся, в сущности! Владения Шерифа Ноттингемского. Охотничьи заповедники князей, баронов и королей. Мне пишут, что с точки зрения сохранения природы, может быть это и не так плохо. Не уверен! Это никак не заповедники с сохранением экосистем, с комплексной оценкой всей системы живого леса, с научным подходом. В полу-вольных условиях часто выращивают какие-то виды. Подходящие для статусной охоты потом. Не более того! Так что, польза от охотничьих заповедников знати не очевидна. Польза бы была, если бы они вкладывались не только в организацию «кровавого спорта» для себя, но и в научные и исследовательские проекты на арендованных ими территориях. А сейчас очевидно только, что они вызывают раздражение в обществе своим поведением. Систематически же всплывают и истории охоты в реальных заповедниках, на краснокнижные виды, массовый необоснованный отстрел животных, не соответствующий никаким правилам охоты!

По причине того, что статусной охотой занимаются те, кто «при власти, при деньгах ли, при короне ли», и сама система охотничьего хозяйства в стране все больше на них и ориентируется. Не удивительно: они же сами для себя и правила пишут! И что делать в такой ситуации в обществе? Среди элиты охота распространена, как статусный «кровавый спорт». Лоббируются во власти интересы высокостатусных охотников самими же высокостатусными охотниками. Никакой оппозиции, отстаивающей интересы именно заповедного дела, научных исследований экосистем просто нет!

Поэтому я и говорю о необходимости петиций, обращений больших масс граждан тогда с требованием запретить спортивную (трофейную) охоту вообще! Я понимаю, что добиться этого сложно. Но добиться хотя бы запрета на жестокие методы охоты – можно! Добиться усиления борьбы с откровенным браконьерством – можно! Тем более, что в этом заинтересованы и органы власти: браконьеры свои убийства даже не оплачивают.

Ну, и я бы поставил в список реально решаемых задач на ближайшие годы изменение в самом отношении в обществе к пропаганде жестокого отношения к животным, убийств животных и т.п. Для этого нам, людям, не нужны вообще никакие законы, никакие обращения к власти! Нужно только изменение отношения в обществе к тому, что приемлемо, а что – нет. Нашего с вами отношения!

Общество больше не поддерживает такие ценности. Отныне мы создаем прямое общественное давление, без посредничества органов власти. Мы против истребления диких животных! Мы против уничтожения Русской Тайги!

ПАВЕЛ ПАШКОВ

 

Павел Пашков

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять