# Ярость Севера: вражьи берега

Павел Алексеевич Пашков

Продолжение уже ставшего легендарным сказания «Ярость Севера». Это крайне мужская книга, наполненная севером, битвами и быстрыми драккарами. Сказание отправит Вас вместе с викингами и наемниками с северной Руси на далекое английское побережье. Книга для тех, кто ценит силу, сталь и славные поединки. Ничего лишнего, только сплошные кульминации и необыкновенно куражный сюжет.

Дизайнер обложки Наталья Арчаковская

Редактор Мария Кириллова


© Павел Алексеевич Пашков, 2020

© Наталья Арчаковская, дизайн обложки, 2020


ISBN 978-5-4485-5690-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Предисловие

Море захлебывается от собственной ярости. Оно жадно набрасывается на скалистые берега, пенится, шумит и обиженно убегает обратно. Но буквально через мгновенье, снова, словно плетью, хлещет берег своими солеными волнами. Создается ощущение, что неведомые темные силы, сам Локи — Бог хитрости и обмана, пытается с помощью северного моря побороть эту далекую землю. Землю викингов. Но постепенно ветер утихает, море сдается и мягко уходит в штиль. Уже на следующий день, словно не было никакой борьбы и ярости, воды спокойно лежат у подножия прибрежных скал и нежно ласкают их легкими волнами. Стихия копит новые силы, чтобы уже очень скоро, снова попытаться побороть непреступные серые камни. Это северная земля. Окрестности Йорвика — крупнейшего города северян. Весна в самом разгаре. Совсем недавно конунг Йорвика, Ниялль, отправился на своих драккарах в набег на далекое Английское побережье. Вместе с ним плывет Солнцеслав — наемник с Руси со своими воинами. После лютой зимы все местные жители надеются, что их конунг сможет привезти множество сокровищ, которые помогут городу встать на ноги. Скотины нет, даже посевы в этом году будут скудными, оттого, что практически все запасы были съедены в жутком холоде и голоде. Но если мужчины смогут привезти золото и серебро, то непременно город получит неплохие шансы на выживание. Пока же, все местные жители вынуждены слушать всасывающие звуки пустых желудков и мучиться от постоянных недоеданий. Если бы Вы побывали в Йорвике сейчас, то поняли, что люди здесь действительно голодают. Измученные, худые и бледные, они похожи на покойников, которые по неведомым причинам еще двигаются и даже пытаются разговаривать друг с другом. Все сильные мужчины ушли в набег вместе со своим вождем, в Йорвике и его окрестностях остались только дети, женщины да старики.

Драккары воинов медленно скрылись за горизонтом. Все местные жители, стоя с горящими факелами у залива, проводили мужчин в это долгое и сложное путешествие и когда последнее судно исчезло вдали, они молча отправились по своим домам. Не берегу осталась только Астрид Пестрокрылая и несколько воительниц.

…Из полумрака показалось одно единственное судно. Драккар, рассекая море несется к берегу залива, а с его палубы раздается веселая мужская песня:

«А мы отважны и сильны!

С Богами на драккарах мы —

Несемся в бой!

В последний бой!»

— Уходим! — вскрикнула Астрид воительницам.

Девушки запрыгнули на своих лошадей и погнали их вон из города. Силуэты мягко исчезли в вечернем полумраке. А вскоре пропал и шум стальных подков, по устеленной камнями дороге.

## Глава 1. Купить власть

Драккар Торгисла медленно подошел к берегу и скользнул днищем по дну залива. Уже совсем темно, солнце спряталось, тьма легла на окрестности Йорвика, лишь сам город озаряет окраину залива своим тусклым светом горящих факелов да печей в окнах. Никто кроме Астрид не увидел, как к берегу подошел драккар. Да и она по неведомым причинам приказала своим воительницам незамедлительно покинуть город.

Астрид Пестрокрылая — правительница Герда, что лежит неподалеку от Йорвика. Именно она смогла заключить северный союз между Гердом, Йорвиком и наемниками с Руси! Плоды союза — корабли, что сейчас, гонимые яростными ветрами, мчатся в крупнейший набег на Англию. Ей обещана равная доля добытых сокровищ, которые помогут Герду восстановить свои силы и вернуться к обыденной жизни. Но когда на горизонте появился один единственный драккар и нахальная мужская песня донеслась до побережья, Астрид вскочив на своего коня, помчалась в окружении воительниц обратно в Герд. Что бы ни случилось завтра в Йорвике и кто бы ни был на том судне, ей ни в коем случае нельзя вмешиваться. Это новые проблемы, которых лучше избежать. К тому же, Астрид не брала на себя обязательства оберегать Йорвик, да это ей и не по силам.

Драккар медленно подошел к берегу… На корме судна вытянувшись во весь рост, стоит Ульф, безбородый викинг, что прекрасно ориентируется в море и всегда верно ведет отряд к нужным берегам. Он размахивает кривыми руками, изображая из себя не то змею, не то птицу и громко вскрикивает от переполнявшей его радости! В темноте Ульф похож на настоящего демона, а его крик тревожит своим безумием.

— Ульф! А ну спускайся оттуда! — грозный голос Торгисла заставил Ульфа дернуться от неожиданности, и он чуть было не свалился с драккара.

Торгисл подошел к нему и схватил за шиворот.

— Крыса корабельная! Кому было сказано готовиться? А ну работать! — он откинул безбородого викинга в сторону и повернулся к остальным мужчинам. — Воины! Собирайтесь, идем в город! Золото выгружайте осторожно! Что расселись? Вперед!!!!

Все викинги незамедлительно стали выполнять приказ, один только Ульф, огрызаясь, лениво пополз в трюм. Несколько мужчин спрыгнули на берег, другие стали подавать им вещи, оружие и в самую последнюю очередь, несколько сундуков с английским золотом. Да…. Сверр, покойный ярл Ингольва, сослужил неплохую службу для Торгисла, перед тем как тот пробил его голову тяжелым топором. Он продал часть драккаров конунгам из далеких земель, которые расплатились английскими золотыми монетами! Это золото сейчас позволит Торгислу взять власть в Йорвике, пока его брат Ниялль, ничего не подозревая, мчится на своих кораблях в набег.

— Вождь! Мы готовы! — один из мужчин подошел к Торгислу со спины. Викинг повернулся и посмотрел воину прямо в глаза.

— Золото где?

— Там вождь! — мужчина вытянул руку в сторону дороги, что ведет в город, на обочине которой сидя на сундуках с монетами и смеясь в полный голос, отдыхают викинги. — Оттащили сразу к дороге! Готовы идти!

— Хорошо! — Торгисл отвернулся от него и быстрым шагом пошел обратно к драккару. — Ульф! Быстро вылазь!!!

— Я не пойду, мне дурно! — отозвался голос безбородого викинга из трюма. — Идите без меня, посторожу драккар!

— Хорошо! Мужики, выходим! — крикнул Торгисл всем воинам и отряд медленно отправился в Йорвик.

Где-то в горах завыли голодные волки. Тусклый свет холодной луны скользнул острием клинка по каменной дороге. Впереди всех идет Торгисл, за ним остальные викинги. Позади отряда, пыхтя, тащатся мужики, которым велено нести сундуки с золотыми монетами.

Отряд из нескольких десятков сильных воинов успешно миновал узкие улочки окраины Йорвика. Центральная площадь, освещается горящими факелами, которые практически сгорели. В доме Ниялля, конунга города, слышен чей-то смех. Торгисл рукой дал понять воинам, что не нужно следовать за ним и уверенно открыл дверь в дом, которая к слову, была не заперта. Он вошел в зал, в центре которого стоял длинный дубовый стол. На деревянных лавках сидел хиленький прислужник и несколько стариков. Викинг спокойно прошелся к ним и вальяжно уселся рядом с одним их стариков, нагло подвинув его в сторону своим могучим торсом. Торгисл подтянул к себе долбленку с жареным мясом и, ударив кулаком по столу, громко рявкнул.

— Что расселись? Налить мне хмеля!!!

Молчание. Рядом сидевший старик, дрожащими руками попытался дотянуться до кувшина с хмельным медом, чтобы налить его незваному гостю, но хиленький прислужник, одернув его, лихо вскочил с места и расторопно принялся сам наливать хмельной напиток Торгислу.

— Угощайтесь! Угощайтесь, конечно-же! Чем богаты!

— Почему Вы в моем доме сидите и жрете? — обратился викинг к прислужнику и грозно нахмурил брови.

— Так ведь… Это же дом Ниялля, нашего конунга. Он меня оставил за главного!

— Ниялль, мой родной брат! И он ничего мне про тебя не говорил. А вот за домом приглядеть он просил, как раз-таки меня! Забирай своих стариканов, и сваливайте отсюда!

— Да, конечно! Конечно, уже уходим! — прислужник торопливо махнул рукой старикам и те кряхтя пошли на улицу.

— Мужики! Заходите! — крикнул им вслед Торгисл и тут же, расталкивая стариков в стороны, в дом вошли все воины из его отряда. Они нагло уселись за стол и молча стали поглощать стоявшие здесь угощения. — Сегодня ночуем здесь. Где золото?

— На улице оставили! — ответил один из мужчин, усердно прожевывая кусок жилистого мяса.

— Как на улице? Вы их еще со скалы скиньте! — Торгисл вскочил с места и метнул пустую кружку в этого викинга. Тот ошарашенно упал с лавки. — Быстро занесите сундуки в дом! Олухи!!

— Выполняем вождь! — выкрикнул викинг, поднимаясь с пола.

Он махнул рукой другим воинам и несколько человек вышли на улицу. Через несколько минут они занесли в дом сундуки с золотом.

— Хорошо… Ешьте и спать! Сегодня нам всем нужно выспаться. Завтра мы возьмем власть в Йорвике! — усмехнулся Торгисл и громко засмеялся. Все мужчины как один поддержали его голосистым хохотом, который скользнул за порог и растворился в ночной тишине.


Утро наступило так быстро. Солнце лениво выглянуло на синее небо и улыбнулось жителям Йорвика. Весна! Молодая зеленая трава сочится из земли, поднимается, тянется к солнечным лучам. Торгисл проснулся в спальне Ниялля. Он открыл глаза не менее лениво, чем утреннее солнце и стал носом жадно ловить запахи вокруг. Пахнет травяным отваром и свежеиспеченным хлебом! Старый викинг тяжело сел на край лежака и потянулся.

— Хоооорошо то как! Эх! — он почесал затылок, похрустел пальцами рук и ковыляя, раскачиваясь словно в море, поплелся в главный зал.

Там все его воины уже сидели за столом, завтракали с удовольствием чавкая, а рабыни все подносили и подносили им вкусные блюда. Среди них сидел хиленький прислужник.

— Так! А меня чего не будим? — удивленно воскликнул Торгисл и с недоумением уставился на мужчин.

— Вождь! — было начал один из воинов, как его прервал прислужник.

— Да здравствует конунг Торгисл! Да здравствует конунг Торгисл! — он вскочил с места и подбежал к Торгислу. — Мой вождь! — прислужник наклонился к уху вождя, ему пришлось встать на носочки, чтобы дотянуться до него. — Я видел золото! Ты хочешь стать новым конунгом? Быть честным, я всегда ждал такого хозяина как ты! Все эти конунги мне не любы были! А ты, ты настоящий предводитель!

— Золото говоришь? — грозно сказал Торгисл и схватил прислужника за горло.

— Вождь! Вождь! Я ни на что не претендую! Честное слово! Я рад что ты пришел. Не убивай меня! Я пригожусь тебе! — испугано пролепетал прислужник.

— Чем это? — Торгисл еще сильнее сжал пальцами его глотку, так, что лицо прислужника покраснело до неузнаваемости.

— Я служил всем конунгам этого города! Все знаю! Прошу… — захрипел прислужник и зашипел как змея от нехватки воздуха.

— Хорошо! — Торгисл отпустил его и швырнул в сторону! — Сегодня ты мне понадобишься! Но если еще раз сунешь свой нос к моему золоту, я тебя заживо закопаю. Все понял?

— Да, вождь! Благодарю, вождь!! Ценный подарок — моя жизнь!! Ты щедр, вождь! — с этими словами прислужник испуганно покинул дом.

Торгисл потянулся еще раз, улыбнулся своим воинам и вальяжно подошел к столу.

— Значит едим? Хорошо! Ешьте! Сегодня у нас важные дела! Приводите себя в порядок после трапезы! — он подмигнул мужчинам и, резко развернувшись ушел обратно в спальню.

Воины уважают его и искренне боятся. Страх — порождает уважение. Вообще, Торгисл очень сильно похож на своего младшего брата, Ниялля. Но только стар, дряхл и к несчастью не столь хитер. Все мужчины молча просидели за столом еще несколько минут и после с гнусными лицами отправились приводить себя в порядок. А порядок у них прост: одеться, умыться да наточить топоры до остра.

К полудню солнце совсем разжарило землю, выгоняя жителей Йорвика из своих домов. Торгисл велел прислужнику ходить по улицам и громко кричать: «Золото даруем! Золото даруем! Всем на площадь! Каждому по золотой монете!». Сонные люди, бросая свои дневные дела, вытягивая шеи от удивления, стали группами двигаться в сторону главной площади Йорвика. Всем было любопытно, кто это там обещает золото, да еще и в дар! Когда прислужник обошел все улицы города, то поспешил вернуться обратно в дом конунга, возле которого уже столпились сотни мирных жителей! Люди громко обсуждают между собой, что тут происходит. Некоторые из них громко ругаются, обвиняя прислужника в том, что он всех обманул. Когда тот появился позади толпы, народ стал замечать его и началась настоящая всеобщая травля! Кто-то толкнул, кто-то плюнул в лицо. Вы представьте только каково было бедному прислужнику! Наконец, он прошел сквозь толпу и вышел к порогу дома конунга. Прислужник шустро приоткрыл дверь и вошел внутрь.

— Обманули вас, люди! Разве не понятно?! Издевается над нами этот урод! — закричал земледелец.

Он стал размахивать своими некрупными грязными кулаками, пытаясь спровоцировать народ пойти в дом конунга и наказать прислужника. Но люди помнят конунга Ниялля и никто не желает стать его врагом. Только этот страх и сдерживает их от животного инстинкта «разорвать толпой». Кто-то одернул земледельца за руку, показывая на дверь дома, которая со скрипом отворилась и из нее вышли воины Торгисла. Все люди замолчали. Двое мужчин вытащили следом сундук с золотыми монетами. Еще мгновение и, улыбаясь во весь рот, вышел сам Торгисл! На могучих плечах лежит шкура волка, с обеих сторон поясного ремня красуются топоры. Торгисл прошелся вперед своих воинов, вальяжно, под стать брату, и деловито раскинул в стороны руки.

— Здравы будьте люди! Меня зовут Торгисл, я брат вашего конунга Ниялля! Ну… Вы же знаете своего конунга, не так ли? — он укоризненно посмотрел на людей подмигнул им так, словно действительно их в чем-то уличил.

Торгисл резко развернулся и быстрой походкой подошел к сундуку с монетами! Одним движением сильной руки, викинг откинул в сторону крышку сундука, обнажив золото. Люди, открыв рты, уставились на все это богатство. Каждый из них боялся пошевелиться, никто не понимал, что происходит.

— Ну чего? Это вам! Каждому по золотой монете! Я ведаю, зима выдалась крайне холодной. Вы можете позволить себе прикупить скотину или семена для посевов! Взять новую одежду, залатать лодчонки! Не так ли?

— А… Что взамен? — осторожно спросила женщина, что стояла с самого края толпы.

— Совершенно ничего! — воскликнул Торгисл и развел руки в стороны, изображая как обнимает всех людей сразу! — Кроме конечно, признания вашего нового конунга!

— Нового конунга??? — удивленно переспросила женщина. Она хотела еще, что-то сказать, но ее прервал крик прислужника, который буквально вылетел из дома конунга.

— Да здравствует конунг Торгисл! Да здравствует конунг Торгисл! Золото! Золото бесплатное!! Золотишко всем! Да здравствуйте новый конунг!!! — он задористо вышел вперед и стал усердно приглашать людей пройтись к сундуку с монетами. — Ну же! Проходите! Не стесняйтесь! Берите! Берите!

Люди по одному, стали потихоньку выходить из толпы. Перемещаясь по шагам, словно, остерегаясь чего. Наконец, женщина, что говорила с Торгислом, лихо пошла к сундуку!

— Мне детей кормить! — воскликнула она и протянула руку воину, который стоял у сундука с золотом. — Можно мне монету?

— Кто твой конунг? — грозно спросил мужчина.

— Конунг… Торгисл? — скромно спросила женщина.

— Это ты у меня спрашиваешь?

— Конунг Торгисл! — уверено проговорила она и сильнее вытянула руку вперед! — Мой конунг Торгисл!

— Держи! — воин кивнул ей и достал из сундука золотую монету.

Он положил ее женщине на ладонь, та улыбнулась и быстро пошла вон с площади! Теперь она сможет прокормить своих детей, купить семена для посевов и к осени знать, что, когда настанет зима, ее семья не помрет с голода. Люди из толпы, видя, как воин действительно выдал женщине монету, стали наперебой подбегать к нему и, протягивая руки, выкрикивать: “ Да здравствует конунг Торгисл!». Каждый получил свое сокровище (а кому-то повезло получить целых две монеты, протянув руку дважды!).


Люди разошлись. Торгисл стал новым конунгом Йорвика. У него нет войска, но есть еще несколько сундуков с английским золотом, один драккар и отряд, верных ему викингов. А еще целый город, с мирными жителями в придачу! Викинг прошелся меланхолично по истоптанной сотнями ног центральной площади Йорвика, вытащил оба топора из поясного ремня и с силой воткнул их в сухой пень, что стоит здесь для рубки голов курам.

— Ты! — крикнул он прислужнику. — Иди сюда!

— Да, мой вождь! — улыбаясь, выкрикнул тот и бегом подбежал к конунгу. Да если бы он имел хвост, то непременно завилял бы им как верный пес.

— Благодарю за службу! — ухмыльнулся Торгисл и, вытащив из ботинка большой охотничий нож, воткнул его прислужнику по самую рукоять в грудь.

Тот дернулся, хрипло завыл от боли и, сплюнув кровью, упал бездыханно на землю.

## Глава 2. Вражда в море

Море спокойно. Практически штиль, но все же, легкий ветерок натягивает тугие паруса и придает сотням кораблей движение. Впереди всех плывут корабли Солнцеслава. Наемники издевательски обгоняют драккары викингов, громко смеясь и тыкают своими пальцами в отстающих северян. Несколько раз Солнцеслав одергивал своих воинов за излишнюю «показуху», но мужчин уже не остановить. Никто из них не любит викингов, каждый помнит, как эти северные воины приходили на Русь грабить и убивать. А теперь из-за союза между Солнцеславом и Нияллем, наемникам приходится плыть вместе с викингами на далекое английское побережье, чтобы бок о бок с ними рубить врагов. С момента как сотни кораблей вышли из залива Йорвика прошло несколько дней. Все мужчины изрядно вымотались, но уже совсем скоро должен показаться берег Англии и тогда воины смогут выспаться на берегу, пока будут ставить лагерь и готовиться к битвам! А дальше самое интересное: грабеж, убийства и богатства!

— Ниялль! Мой вождь! Мы позволим этим наемникам первыми ступить на берег? — огромного роста викинг подошел к конунгу и вытянулся, широко расправив плечи.

Его длинная густая борода заплетена в тугую косу. На голове волос нет, вместо них там красуется потертая непонятная татуировка: смесь рун с предметами быта. Если внимательнее присмотреться, то можно понять, что этот мужчина не северянин, пусть и викинг! Другой разрез глаз, странная манера протягивать слова, даже в поведении улавливаются черты чужака!

— Ты кто? — Ниялль повернулся к воину и спрыгнул с борта драккара. — Кто ты?

Воин отшатнулся. Сделал шаг назад, нервно сжав кулаки. От испуга. Каждый знает, что Ниялль непредсказуем, а легенды, что ходят о нем, превращаются в настоящие темные сказания! Люди уже начали сравнивать этого конунга с самим Локи!

— Твой воин… вождь!

— Твой воин, вождь!!!! — издевательски проговорил Ниялль и подошел к мужчине. — Повтори свой вопрос, воин!

— Мы… Мы позволим… ну… мы, вождь, позволим наемникам? — запинаясь, попытался ответить воин, все отступая и отступая от Ниялля, назад по палубе. Сам конунг медленно двигается на воина, не спуская с него глаз. — На берег, вождь… мы же не позволим?

— Конечно, нет! — улыбнулся Ниялль и одним быстрым движением подскочил к воину.

Он чуть согнул одну ногу, уперев ее в крепежную балку на палубе, обеими руками схватил мужчину за грудь и с криком выбросил его за борт. В прыжке. Воин ушел под ледяную воду и через мгновение появился на поверхности.

— Вождь!!! Вождь!!! Скинь веревку!!! Безумно холодно!!! — закричал мужчина, усердно гребя руками.

Но как бы он не прилагал усилий, драккары несутся куда быстрее, чем может себе позволить плыть человек. Все викинги замолчали. На других драккарах мужчины столпились у бортов, смотря на всю эту сцену. В этот момент Ниялль подтвердил все легенды, что ходят о нем и люди стали бояться его еще больше.

— Лови свою веревку! — крикнул конунг и бросил утопающему воину обрывок старой веревки, которая крепила когда-то сухую бочку. Веревка упала на волны и мужчина от удивления и крайнего шока перестал плыть, а просто замер в воде, глядя на удаляющиеся драккары. Он обречен на смерть. — Что встали? — грозно закричал Ниялль всем воинам, что смотрели на происходящее. — Взяться за весла, ублюдки!!!! Если наемники первыми ступят на берег, всех следом выброшу!!!! ЗА ВЕСЛА, УБЛЮДКИ!!!!!!!!

Мужчины не стали испытывать терпение своего конунга и с величайшим усердием принялись грести веслами… Драккары стали медленно догонять корабли Солнцеслава, громкие крики мужчин раздаются эхом по кораблям и трюмам, но быстро тонут в бескрайнем море. Ниялль встал на корму драккара, вытянулся во весь рост и приложив к губам бычий рог, набрав в легкие побольше воздуха, что есть сил задул в него! Воинственный глухой шум рога заставил сердца воинов вздрогнуть. Даже Солнцеслав, этот закаленный предводитель наемников, отшатнулся. На мгновение ему показалось, что Ниялль объявил его кораблям войну. Что этот клич был сигналом к атаке. Но первые драккары мягко обогнали корабли наемников и Солнцеслав спокойно вздохнул.

— Как дите… — буркнул он и принялся дальше заниматься своими делами.

Тем временем все корабли Ниялля обогнали наемников и вырвались вперед.

В море поднимается ветер. Он хлещет по лицам мужчин каплями соленой воды, словно плетью. Волны, бросают драккары из стороны в сторону, добираются до бортов и заливают палубы. На суднах и наемники, и викинги, вынуждены усердно вычерпывать воду, чтобы она не потащила их на дно. Погода изменилась так резко, что никто после не мог даже вспомнить, как это произошло. Крики мужчин, яростный вой северного ветра и ледяное море, что разбушевалось до крайности. Драккар Ниялля отнесло в сторону от остальных кораблей. Один из викингов вскочил с места и, размахивая руками, стал кричать во всю глотку.

— Нас предали!!!!! Разве вы не видите???? Боги гневаются на нас!!! Не нужно было заключать союз с этими наемники! Теперь мы все потонем!!!

— Сядь не место! — Ниялль подошел к мужчине вплотную и грозно посмотрел ему прямо в глаза.

— А вот и не сяду! Ты!!!! Правду говорят о тебе легенды. Ты и есть Локи!!! Всех нас считаешь за собак!!!! Всех угробить мечтаешь!!! — викинг буквально завопил в лицо конунга, так, что кровь моментально залила вены на шее, выпятив их вперед. — Но я все знаю!!! Все знаю!!!!

— Правильно он говорит! — второй мужчина тоже встал на ноги и достал свой топор, пытаясь крепче устоять на драккаре, что все так же мечется в стороны от сильного шторма. — Мы связались с тобой! А ты людей за борт бросаешь! Мразь! Меня попробуй! — викинг злобно окинул взглядом Ниялля и плюнул ему прямо в лицо. — Мразь!!!!!!!!!!!!!!!

— Вот видишь! Правду я говорю! — продолжил первый мужчина и тоже достал свой топор.

Все остальные викинги, что сидели за веслами, перестали грести и просто уставились на происходящее. Каждый из них ждал исхода. Ниялль тяжело вздохнул, достал свой топор и сделав шаг в сторону с криком бросился на бунтовщиков. Один из викингов попытался махнуть топором, но словно само море было за Ниялля, драккар дернулся в сторону от большой волны и все кроме конунга, упали на мокрую палубу. Не успели мужчины подняться, как топор конунга пробил грудь одного из них. Второму топор прилетел прямо промеж глаз, викинг помер сразу. Тот которому пробили грудь, дернулся и схватился руками за ногу Ниялля. Конунг попытался скинуть его, ударив ему по лицу свободной ногой, но этот гад крепко уцепился своими цепкими пальцами. Тогда Ниялль выхватил охотничий нож и просто перерезал ему глотку. Обильная красная кровь смешалась с соленой водой, залила ноги остальных мужчин, что молча наблюдали за этой картиной. Они с ужасом и страхом уставились на своего предводителя.

— Выбросить трупы в море! И грести, ублюдки!!! Грести!!!!!! — закричал Ниялль и, раскачиваясь пошел обратно к корме драккара.

Ветер потихоньку утихает. Их корабль словно один в бескрайнем море. Ни с одной из сторон не видно ни единого судна. Все пропали. Еще через некоторое время драккар вошел в полный штиль, а густой туман заволок все вокруг. В метре от себя невозможно разглядеть ничего. Даже собственной руки не видно. Ниялль приказал нескольким воинам зажечь факелы, чтобы другие корабли, если появятся на горизонте, не налетели на них. Безумная тишина буквально сводит с ума, доводит до крайности мужчин, которые что только себе уже не придумали. Кто-то шепнул про коварство Локи, кто-то подозрительно вглядывается в туман, ожидая атаки неведомых сил, а кому-то все равно на всякую чушь, лишь бы не разбиться и не пойти ко дну. Таким был Ниялль. Он, крепко сжимая на поясе свой топор, стоит у борта драккара и просто смотрит в туман.

— Навались на весла! — закричал во весь голос конунг, когда увидел еле видимый свет факела, где-то впереди. — На весла, кому говорю! Гребите!!! — мужчины молча повиновались своему предводителю и дружно взялись за тяжелые весла.

Ветра нет. Штиль. И по сему, все движение тяжелого судна зависит только от усилий его команды.

— Стойте! — послышался громкий мужской голос с того судна, когда драккар Ниялля подошел ближе. — Кто на подходе?

— Свои! Вы из наемников? — закричал в ответ Ниялль.

— Это корабль Солнцеслава! Вы кто?

— Эм… Ниялль я, конунг Йорвика. Еще корабли есть? — с недовольством в голосе ответил Ниялль.

— Да, четыре огня позади! За нами идут.

— А остальные?

— Откуда мне знать! — начал оговорить мужчина, но его прервал еще более громкий глухой голос Солнцеслава.

— Ниялль! Двигайтесь за нами! И трубите в рог! Пусть все, кто в тумане идут на гул!

— Да уж разберемся как-нибудь! — выкрикнул конунг и сплюнул в море. — Наемники хреновы! Двигайтесь за нами… Трубите в рог… Ублюдки! — пробурчал он себе под нос и повернулся к викингам. — Что замерли??? Трубите в рог!!! Одиночно!

Один из воинов достал длинный чуть изогнутый бычий рог, приставил его к губам и выпустил весь воздух из легких. После этого, мужчина опустил руку с рогом и внимательно стал слушать. Тишина. Тогда он снова поднес рог к губам и снова задул в него со всех сил. Не успел он опустить руку, как со всех сторон стали раздаваться такие же одиночные гулы бычьих рогов.

— Есть! — крикнул он Нияллю, который нервно замахал в ответ рукой, давай понять, что не хрен болтать по пустякам. Мужчина заткнулся.

— Еще! — крикнул конунг. — Дважды!

Викинг снова задул в рог, но уже не один раз, а полных два раза! Настолько громко, что у воинов на драккаре заложило уши. Через мгновение со всех сторон моря раздались двойные отзывы рогов.

— Все верно! Не мертвецы! Отлично! — радостно воскликнул Ниялль и довольный хлопнул в ладоши. Он складно и мягко повернулся к своим воинам, улыбаясь во весь рог. — Что замерли? Зажечь факелы!

— Ниялль! Что это значило? — удивленно спросил Солнцеслав со своего судна.

— Наши живы! Ищите своих! — противным голосом ответил конунг и взяв из рук своего воина горящий факел, поднялся высоко на корму дракара, да принялся размахивать пламенем, чтобы люди на других кораблях далеко в тумане, могли его увидеть.

Через несколько минут на виду появился первый драккар викингов, за ним шли еще два. После стали появляться все новые и новые корабли! Мужчины радостно приветствовали друг друга, кто-то даже запел веселую северную песню про набеги. Солнцеслав велел своим воинам подогнать судно ближе к кораблям викингов и громко закричал Нияллю.

Конунг Йорвика! Есть ли среди приплывших наши корабли??

— Сейчас узнаем! — ухмыляясь ответил Ниялль и обратился к рядом стоящему воину. — Переспроси у наших, идут ли позади корабли наемников!

Мужчина поспешил исполнить волю своего конунга и уже через несколько минут доложил.

— Мой вождь! Свыше сорока кораблей наших, остальных пока не видно! Из наемников только три драккара! — он вытер мокрую от соленой воды бороду краем рукава и вытянулся во весь рост, ожидая команды от своего конунга.

— Хорошо! — Ниялль махнул рукой, давая понять, что воин свободен и повернулся в сторону корабля Солнцеслава. — Всего четыре корабля у тебя! Твой, да еще три идут позади! Я же говорил, борта у вас слишком низкие! Потопили Боги твоих воинов! — он улыбаясь вскинул руку, словно пытаясь схватить воздух и сплюнул в воду. — И такое бывает на нашей северной земле!

— Наши живы! — буркнул со злостью Солнцеслав и добавил. — Увидимся на побережье Англии! — он резко отвернулся от Ниялля и закричал своим воинам. — Всем за весла! Отходим!

К вечеру штиль сменился отличным попутным ветром. За время стоянки в тумане, почти все драккары Йорвика собрались вместе! Солнцеслав ушел вместе с тремя своими кораблями в туман и больше о нем сегодня не было слышно. Ниялль велел пересчитать все корабли, несколько все-таки потонуло. Волны прибили к ним их обломки. Теперь, воины Йорвика на своих драккарах уже без сопровождения наемников медленно двигаются в сторону английского побережья! Все воины изрядно вдохновились, словно тяжелый груз упал с плеч. На самом деле, наемники очень сильно их напрягали и по сему, северянам теперь куда легче идти по морю в свой набег. Горизонт разлился горящим пламенем закатного солнца. Мягко и плавно, десятки кораблей медленно растворились вдали…

## Глава 3. Судьба

— Что, вообще молодых мужчин не осталось в Йорвике? Они хоть кого-то оставили охранять город? — с величайшим недоумением на лице, спросил Торгисл у одного из своих воинов.

— Не ведаю, вождь! — ответил тот и пожал плечами. — Мы все обошли, вроде нет. Один мужчина чистит свинарник! Все остальные либо старики, либо калеки.

— Чистит свинарник? Мужчина? Шальной что-ль какой? — еще с большим удивлением воскликнул Торгисл. — Приведите его ко мне!

— Понял, вождь. Выполняю! — воин отвернулся и быстро пошел к выходу.

— Стой! — окликнул его конунг.

— Да, вождь.

— И велите ему помыться! Не хватало еще, чтобы он тут все своим дерьмом заляпал! — Торгисл махнул рукой в сторону двери и воин кивнув вышел на улицу.

Сегодня в городе оживленно. Все местные жители довольны! Еще бы, ведь каждый получил по золотой монете. Многие покинули Йорвик, отправившись в другие поселения, чтобы купить лошадей, еду и семена для посевов. Кто-то пешком, кто-то на тощей лошади. Сам Торгисл все ломает голову о том, где раздобыть воинов. Одно дело захватить город, другое сохранить в нем власть. Тем более в скором времени могут вернуться корабли Ниялля и с таким войском Торгислу явно не справиться. Конунг велел своим воинам узнать у местных жителей, где здесь поблизости есть города для сотрудничества в общих интересах, а сам тем временем приводит свой новый дом в порядок. Он велел рабам изменить здесь практически все, даже печь было велено переставить в другое место. «Все ему не нравится!» — ворчали рабы, тихо перешептываясь друг с другом. Когда Торгисл уже собирался выйти на улицу и посмотреть, что там делают его воины, дверь со скрипом открылась и в нее вошел один из викингов.

— Мой вождь! Мы привели этого мужчину… Что чистит свинарник!

— И где же он? — удивленно спросил конунг.

— Заводите! — крикнул воин за спину и тут же двое крепких викингов втащили в дом Ролло-арбалетчика.

Они бросили его на истоптанный грязными ногами рабов пол и покинули дом. У порога остался только один воин.

— Что-то еще, вождь?

— Да, вели рабыням принести нам мед! Да смотри, чтобы на травах! — конунг махнул рукой, не глядя в сторону викинга и подал руку Ролло. — Ну! Вставай, богатырь! Отчего дерьмо чистим, а не в набеги ходим? Блажной? — он улыбнулся и крепко сжал ладонь мужчины, поднимая его с пола.

— Да нет! Это этот… Ниялль! Конунг наш. Уже давненько я в свинарнике без продыху пахаю. А я ведь что? Во! Смотри! Пальцев нет! — Ролло протянул ладонь к лицу Торгисла, показывая отсутствие пальцев. — Великая битва была у этих берегов! Я за этого ублюдка бился! Понимаешь? А он мне сказал: «Или ногами к лошади да по полю или до конца жизни за свиньями убирать!», ублюдок вот и все! — обиженно сказал мужчина и с огромным презрением плюнул на землю.

— Ниялль? Ублюдок? — улыбнулся Торгисл. — Так это братишка мой!

— Брат?? — страшная гримаса от испуга легла на лицо Ролло, и он отшатнулся от старого викинга.

— Да ты не бойся! Меня не нужно бояться! — Торгисл сделал шаг в сторону Ролло, который уже практически впечатался в стену дома. — Ну!? Чего ты? Ублюдок он и есть ублюдок! Сам его терпеть не могу! Теперь я конунг этого города! Пойдешь ко мне на службу?

— На службу? — удивленно ответил мужчина. — Биться?

— Советчиком! — глаза конунга стали настолько хитрыми и страшными, что Ролло невольно сглотнул слюну. — Я же здесь ничего не знаю! А ты, молодой, сильный! Сам отсюда родом?

— Да нет… Я из этого… Эээ… Герда! Город Герд, не знаешь?

— Я же говорю! Ничегошеньки я тут не знаю! Ну? Пойдешь? — Торгисл вытянулся во весь рост, сложил руки в бока и гордо вытянул вперед свою бороду. — Десять золотых монет за лето тебе отплачу! И девооооок… Ну???

— Я согласен! — осмелел Ролло и наконец-то отошел от стены. — Но я больше не желаю убирать за свиньями!

— Ну разумеется! — ухмыльнулся конунг и только хотел еще, что-то добавить, как в дом вошла молодая рабыня. В руках она несла деревянный поднос с хмельным медом и двумя кружками. — Вооот! Теперь можно и выпить! Да? — Торгисл подмигнул Ролло и забрал из рук девушки поднос. Рабыня повернулась и собралась уходить. — Стоять! А тебя кто отпускал?

— Прости, вождь! — девушка опустила глаза в пол.

— Ролло! Садись за стол и выпей со мной! — Торгисл поставил на дубовый стол поднос и сам уселся на деревянную лавку. Он протянул к себе обе кружки, неспеша налил в них славный мед на травах и подвинул одну из них мужчине. — А ты что встала? А ну! Ползи под стол и обслужи моего нового советчика! — грозно вскричал конунг и треснул со всех сил кулаком по столу. Ролло дернулся.

— Торгисл! Вождь. Да пускай идет!

— Заткнись! — резко и мрачно прервал его конунг. — Когда скажу тогда и будешь говорит! Понял? А ты! — снова обратился он к рабыне. — Быстро под стол я сказал! И обслужить советчика!!!

Девушка испугано подобрала подол платья, согнулась и полезла под стол. Ролло тяжело вздохнул, опустил руки на голову рабыни и закатил глаза. Торгисл тем временем, неспеша попивает хмельной мед и с треском грызет орехи. Через несколько минут девушка выползла из-под стола, вытерла рот и сглотнула.

— Я могу идти, мой вождь?

— Вали отсюда! — огрызнулся конунг и посмотрел на удовлетворенного Ролло. — Ну что? Запомнил мою щедрость? Это тебе вместо золотых монет!

— Как вместо монет? — мужчина выпятил глаза на Торгисла и чуть привстал.

— Сядь!!!! — закричал конунг и Ролло в страхе сел обратно. — Теперь ты служишь мне до конца жизни! Будешь рабом. Если мне, что-то в тебе не понравится — убью сразу. Все понял?

— Но я же свободный человек! Я родился на этой земле! — возразил Ролло и его заколотило. Нервная дрожь пробежала от ног к кончикам пальцев на руках и оттуда звоном ударила в виски.

— Еще слово против моего и ты — покойник, — спокойно проговорил Торгисл и медленно сделал глоток хмельного меда. — Вкусно как! А ну пей!

— Да…

— Что да??

— Да, мой вождь! — уныло ответил Ролло и стал молча пить мед.

Уже этим вечером Торгисл заставил Ролло рассказать обо всем, что творилось в городе. А также, мужчина поведал старому викингу о городе Герд, которым ныне правит Астрид Пестрокрылая. Торгисл решил непременно отправиться на днях к этой гордой правительнице. «Ха-ха» — смеялся он на весь дом, «Да никак Ниялль себе целый город для утех создал! Ха-ха-ха!!!».

Ранним утром, когда первые лучи солнца, только-только скользнули по северной земле, Торгисл взяв с собой трех лучших воинов, отправился в Герд. Четыре быстрые лошади, изнывая от тяжелых мужчин, рвут сухожилия по дороге в город. В доме конунга, в Йорвике, за старшего остался один из доверенных Торгисла! Остальные воины охраняют город и выполняют некоторые особо важные поручения, от которых напрямую зависит будущий порядок среди местных жителей: им велено выискивать тех, кто способен к критике в адрес новой власти и тихо устранять этих умников. Весьма необычная, но крайне эффективная стратегия! Тем временем с корабля таки выбрался Ульф. Он лениво и вальяжно отправился в город. На самом деле ему крайне не хотелось покидать драккар, но одному в трюме стало очень скучно и к тому же там совсем нет хмельных напитков! А смочить глотку парой кружек меда было бы очень даже недурно.

— Где тут дом конунга? — обратился Ульф к старой бабке, что тащила хворост в свой полусгнивший домик. — Эй старуха! Где говорю дом вождя? А? Ты слышишь меня?

— Не глухая. Не знаю я никакого вождя. — ответила бабка, не поворачивая головы к Ульфу.

— Ты че, старая? А на земле ты на чьей живешь? Совсем с ума выжила? — удивленно переспросил Ульф и почесал задумчиво затылок.

— На своей земле я живу! И ничей больше. Я тут родилась, а хозяевами тут себя какие дураки только не называют, — с этими словами она зашла в дом и громко хлопнула дверь.

Изумленный Ульф еще минут пять простоял возле двери, пытаясь сообразить, как это на своей земле. Так и не найдя ответа в своей голове, он закатил глаза (к слову выглядело это крайне идиотски!) и поплелся дальше по дороге в Йорвик. Когда он поднялся на холм то встретил мальчишек, которые весело с раннего утра гоняются друг за другом. Ульф схватил одного из них, зажав ему рот, остальные в панике разбежались кто куда.

— Сейчас я отпущу твой мерзкий рот, а ты поведешь меня в дом конунга! Все понял? Кивни если понял!

Мальчик кивнул.

— Хорошо! — Ульф только ослабил ладонь, как мальчонка со всех сил вцепился своими зубами ему в руку.

Острые зубы моментально прокусили сухожилия у кости и кровь быстрыми потоками стала заливать ладонь. Она закапала на землю, Ульф вскрикнул и оттолкнул от себя мальчика. Тот недолго думая дал деру.

— Вот гаденыш!! Да что за утро то такое!!! Аааааа… — пытаясь зажать кровотечение, он медленно, качаясь из стороны в сторону, стал двигаться дальше в город.

Здесь было уже больше людей, все смотрят на него как на странное неведомое существо. Ульф заприметил издалека одного из воинов Торгисла. Это был Эйрик, что в переводе означает «Очень могучий мужчина». Ульф увеличил шаг, расплылся в улыбке и догнал воина.

— Эйрик!

— Ульф? Ты как тут? — удивленно спросил воин, повернувшись к нему. — А с рукой что?

— Да мальчишка гаденыш мелкий, я хотел дорогу спросить, а он взял, да и цапнул меня! — зло ответил Ульф и протянул к воину свою раненую ладонь! — Гляди, шрамы останутся. Я же крови боюсь! Как посмотрю, голова болит, словно в тумане я. Где Торгисл?

— Так в Герд поехал! Город тут не далеко. Больше ничего не сказал! Мы крыс ищем! — улыбнулся воин и добавил. — А ты тут как тут! — он подмигнул Ульфу и вдохнул воздух полной грудью. — Утро то какое!

— Ага! «Утро то какое!», ты на руку то мою погляди! Утро… — Ульф изобразил до крайности странную гримасу. — Ладно! Скажи, где тут можно остановиться да медку выпить?

— Ступай в дом конунга! Там и выпьешь. Прямо топай! Самый большой сруб. Не ошибешься!

— Понял! Ну давай! — Ульф махнул рукой Эйрику и пошел дальше по дороге. — Заходи, выпьем вместе! — крикнул он, не оглядываясь, но воин уже зашел в очередной дом, знакомясь с местными жителями.

Еще через десять минут он выволок оттуда худого старика. Счел его возможным поднимать народ против новой власти.

Так вот, на далекой северной земле. Сурово.

## Глава 4. Английское побережье

Соленое море. Холодное. Тяжелые волны раскатами набрасываются на берег, омывают его и убегают обратно. Сейчас самый разгар дня. Жарко. Корабли Ниялля медленно подходят к берегу! Уставшие мужчины весело смеются, хлопают друг друга по плечу и задористо поют песни. Ниялль, забрался к изголовью драккара, как можно выше, вытянулся во весь рост и вытянул перед собой топор. Стальной клинок прекрасной закалки и удивительно точной заточки, отлично смотрится на фоне моря и берега Англии.

— Мужики! А не выпить ли нам? — закричал конунг, но ни один из воинов его не услышал. Тогда Ниялль развернулся, прыгнул вызывающе на палубу и посмотрел на мужчин, которые к слову и сами уже уставились на своего вождя, закричал еще громче. — А не выпить ли нам, ублюдки??!

Молчание. Воины переглянулись и с сомнением посмотрели на конунга. Один из них встал на ноги и ответил.

— Вождь! Так ведь нельзя же пить в море!

— Верно говоришь! — Ниялль прошелся к нему и положил свою руку через плечо мужчины. — Но ведь мы уже почти на берегу? На так ли?

— Так, вождь. А…

— А?

— А пить мы что будем?

— Мед разумеется! — радостно воскликнул Ниялль.

— Но мы же не брали с собой мед! — возразил воин. Все остальные мужчины на драккаре согласно закивали.

— Вы не брали! А я взял! В общем не томи, дружище! Внизу, в трюме, стоят две бочки с хмельной брагой на меду да травах! — конунг указал рукой на трюм и слегка толкнул рукой мужчину, давая понять, что пора бы исполнить его поручение. — Всем меду!!!

— Да здравствует конунг Ниялль! — закричали мужчины и радостно повскакивали со своих мест, дружно направляясь к трюму.

Через полчаса все мужчины держали в руках питьевые рога, наполненные вкусным хмельным напитком! Усталость куда-то пропала и каждый из них словно приоткрыл новое дыхание: с еще большей яростью они стали грести веслами в сторону английского побережья. Сам Ниялль снова забрался на корму драккара, вытянулся, сделал ошеломляющий глоток сладкого напитка, естественного брожения, и запел песню:

«Я родился воином отважным!

Я моря и земли покорил!!!

Пусть запомнят меня дети вражьи —

Я отцов их в битве перебил!!!!

Эй Английские! Мерзкие! Бедные!

Разбегайтесь скорее от нас —

Мы идем под песней победной!

Всех сегодня положим вас!!»

— Хха-ха-хахахахаха!!!!! Аахахахахахахаха!!!! — засмеялся конунг и его страшный громкий голос скользнул вместе с ветром в сторону побережья.

Он заполнил собою все пространство и где-то там, вдали, король одного из королевств, дернулся от страха. Он почувствовал. Ощутил всем телом. Понял, что смерть грядет от ярости северян.

— Мой вождь! Кто это? — один из мужчин подошел к Нияллю и вытянул руку в сторону побережья. Там, за широким мысом виднеются длинные мачты кораблей.

— Какого, это что, блядь, такое??? — от изумления у конунга глаза стали похожи на две здоровенные выпуклые чашки, выглядит это крайне странно. — Достать рог! Трубите, ублюдки!!!!!

Незамедлительно к корме драккара подбежал викинг и поднес к губам бычий рог. Он только хотел задуть в него, как Ниялль в ярости выдернул рог из его рук и сам, приняв позицию, что есть сил впустил в него воздух из легких. Тяжелый глухой гул скользнул в сторону берега и через мгновение воины на других драккарах поддержали своего предводителя дружным гулом бычьих рогов. Еще момент… И все замолчали. Ниялль поднялся повыше и принялся смотреть на реакцию кораблей у побережья. Сначала один, а после и все остальные, корабли стали поднимать паруса с изображением солнца. Это были ладьи Солнцеслава.

— Наемники, вождь. Как они там оказались? — спросил у конунга рядом стоящий воин.

— И правда наемники… Что тут творится! Мы же шли первые! Видно сколько у них кораблей? — удивленно спросил Ниялль.

— Много, вождь! — ответил воин.

— Я вижу, что много, умник!!! — конунг грозно нахмурил брови и слез с изголовья драккара. — Гребите в сторону наемников! Пора уже ступить на английскую землю!! Гребите!!! — закричал он и спокойно уселся на полупустую почту с хмельным медом.

Все драккары, один за другим, стали двигаться к кораблям наемников. День потихоньку подходит к концу. Пора бы уже поставить лагерь да отдохнуть с долгого плавания!

Когда драккар Ниялля подошел ближе к берегу, конунг лихо вскочил на корму и шустро спрыгнул на один из кораблей Солнцеслава. Он достал свой топор и махнул воинам в знак того, чтобы они плыли дальше, а сам, перепрыгивая с ладьи на ладью, что стояли совсем близко друг к другу, перебрался на берег. Никто из наемников его не заметил, все были заняты собственными делами. Сам Солнцеслав уже увидел подходящие корабли викингов, но не придал этому значения. Вроде как союзники, а стало быть их появление было ожидаемым событием. Ниялль спокойно прошел через наемников, не привлекая к себе внимания и встал позади широкой спины Солнцеслава.

— Может дашь пройти? Не один здесь! — сказал он громко и мерзко. Наемник от неожиданности отшатнулся назад и схватился за рукоять топора.

— Ниялль? А ты как здесь? Твои корабли же еще не подошли к берегу?

— Так я же с тобой плыл! Ты чего, как же не заметили? — ухмыляясь ответил конунг. — Не… Я так-то ростом не вышел, но, чтобы совсем меня не увидеть…

Солнцеслав почесал задумчиво затылок и поднял высоко бородатую голову. Солнце, уже двигается к закату, оно бросает хлопья света на пыль, что поднимается из-под ног мужчин и играет разными оттенками в воздухе.

— С наших кораблей, что-ль сошел? Спрыгнул? — резко выдал наемник и посмотрел прямо в глаза Нияллю. — Спрыгнул с драккара на нашу ладью?

— Догадливый! — буркнул себе под нос конунг и отодвинув плечом Солнцеслава пошел, покачиваясь из стороны в сторону, к подходящим к берегу драккарам.

Наемник тяжело посмотрел ему вслед и принялся дальше заниматься своими делами. Через некоторое время все викинги сошли со своих кораблей и принялись расставлять лагерь вплотную к наемникам. Несколько мужчин отправились в лес, что был неподалеку! Ниялль велел им осмотреть местность, а также подстрелить какую-нибудь живность к ужину. Легкий сумрак лег на английское побережье. И викинги, и наемники принялись разжигать костры, громко смеяться да готовиться к завтрашнему набегу. Запахло жареным мясом, понесли сухие лепешки, заиграла легкая музыка! К слову говоря, викинги часто берут с собой музыкантов, для поднятия боевого духа воинов!

Когда все воины расслабились, а темная ночь поглотила их, усердно вступая в поединок с пламенем костров, из темноты практически бесшумно вылетела острая стрела. Она с легким свистом, неподвластным расслабленному слуху, пролетела сквозь темноту и вонзилась в грудь одного из наемников. Тот молча встал. Сплюнул кровь и, схватившись за стрелу крепкой рукой, отшатнулся и грохнулся замертво на спину. Смерть настигла бедолагу моментально. Все воины вскочили на ноги, схватились за оружие, всеобщая паника от неожиданности заполнила берег шумами и криками. Раздался громкий голос Ниялля: «Стена из щитов!!!» — викинги бегом сплотились в один ряд и подняли над собою щиты. Настала полная тишина. Наемники сделали тоже самое, эти опытные воины, встали в своеобразный круг, который позволял мужчинам из центра, резко выбегать наружу в случае необходимости и рубить врагов топорами. Через мгновение из темноты уже с оглушительным свистом посыпался дождь из вражьих стрел! Тысячи острых наконечников затарабанили по деревянным щитам воинов. Еще мгновение и из леса стали выбегать англичане, с мечами в руках. Они набрасываются на наемников и викингов, пока те, совершенно не ожидая атаки, только-только разгруппируются после стены щитов. И земля задрожала от их натиска. Не меньше двухсот сильных мужчин стали нападать на северян и рубить их мечами на части. Кровью залилась земля. Викинги и наемники стали замертво падать на землю, страшные крики боли и паники заполнили собою весь берег. Ниялль выхватил свой топор и ринулся в бой самым первым! Он словно молния движется среди врагов, а его топор как молот Тора скользит по телам английских воинов. Мужчины, видя, как их предводитель храбро идет в бой, восполнились смелостью и с величайшим натиском бросились на врага! Не прошло и получаса как англичане объявили отступление и бегом, кто как, стали сваливать в лес, побросав свое оружие. Северяне и наемники успели перебить не менее сотни врагов, еще около пятидесяти остались в живых, но без рук или ног. Больше сотни человек из наемников и викингов более уже не вернутся к себе домой и не увидят своих детей. Не обнимут жен. Не почувствуют запах свежеиспеченного хлеба да не отведают хмельного меда. Их изуродованные тела навсегда останутся на английском берегу.

— Ниялль! Сколько у тебя? — Солнцеслав подошел вплотную к конунгу и положил свою громадную ладонь на его плечо. — Ну ты и бьешься… Не хотел бы я в бою стоять против тебя.

— Да ты не хуже меня врагов рубишь! — усмехнулся Ниялль. — Не ведаю сколько у меня тут погибло, но много. Сейчас будем считать. Ублюдки — англичане! Значит где-то рядом их город, видимо с берега нас увидели… Когда корабли только подходили.

— Наверное! — согласился Солнцеслав и убрал руку с плеча Ниялля. — Так что дальше? Будем продолжать поход?

— А ты как думаешь? По-твоему, если мы уплывем это сделает нам чести? Один раз дашь почувствовать этим ублюдкам силу и их уже ничего не остановит! Да и наши браться уйдут зря. Завтра выступаем в бой! И смерть ждет каждого, кто встанет у нас на пути! — Ниялль нахмурился и омерзительно сплюнул на землю. — Всех порубим!

— А те, кто сбежал? Расскажут своим и у них будет время собрать еще большее войско! — возразил наемник.

— Те, кто сбежал, расскажут всем остальным о том, насколько наша ярость сильна! Никого они не позовут. Будут сидеть и трястись от страха, молиться своему богу о том, чтобы он спас их! Эти свиньи могут только исподтишка нападать. Темной ночью! Ублюдки.

— Хорошо. Мы в Англии впервые, чего тут да как не ведаем! Поведешь поход! Добро?

— Добро! — Ниялль кивнул и, еще раз посмотрев в темноту леса, отправился к своим воинам.

Ветер зашумел сильнее обычного. Соленые брызги моря упали на густые бороды северян, а тусклая луна, выглядывая из-под серых облаков начертала руну Уруз — руну стойкости, силы и невероятной отваги воинов. Сегодня ночью дрожала земля от натиска англичан. Завтра, будут сыпаться и крошиться камни… Идут северяне!

## Глава 5. Не шутите с Торгислом

К вечеру Торгисл с несколькими воинам успешно добрались до города Герд. Легкая вечерняя изморозь заставляет мужчин сильнее кутаться в меха. А ветерок, пробираясь под толстые одежды, выгоняет наружу последнее оставшееся там тепло. Одним лошадям, наверное, не холодно, эти быстрые жилистые животные разгорячены до крайности. Тяжело дышат, усердно бьют копытом по земле да соревнуются друг с другом в стойкости. Отряд подъехал в въездным воротам Герда и первым с коня соскочил сам Торгисл. Он подошел к деревянным дверям и крепкими кулачищами стал долбиться так, что ржавые засовы застонали от его ударов.

— Стороооожилы!!!! Не спать!!! Кто есть???? — закричал он во весь голос. — Чего гостей не встречаем?? Сторооооожилы!!!!!!

Через мгновение, совершенно неожиданно, с правой вышки у ворот раздался громкий мужской голос. Это был наемник Солнцеслава, один из тех, кто остался в Герде.

— Кто такие? Назовите себя!

— Ну и голос у местных баб! — засмеялся Торгисл и схватился за живот, показательно высмеивая стоявшего на вышке. — Мне сказали, что в Герде одни женщины! А здесь… Неееее… Если у вас такие женщины, я даже с пьяну побоюсь лечь с ними в постель! Ха-ха-ха!!! Небось и борода имеется? Ну? Спустис-ка ниже! Посмотрим? Усииииики??? Ха-ха-ха!!!

Молчание. Наемник с вышки зашевелился, задергался и через несколько секунд на Торгисла и его воинов стала капать отвратительная моча.

— Ооохххх… Хорошо! — легко и красиво вздохнул наемник. — Продолжайте!

Торгисл просто открыл рот. Все воины не знали, как на это реагировать.

— Он что? Помочился на нас? — заикаясь, спросил вождь у викингов. — Он, блядь что, поссал на меня???!!! Убить ублюдка!!!! За оружие!!!

Но не успели воины выхватить свои топоры, как въездные ворота со скрипом открылись и мужчин моментально окружили не меньше пятнадцати сильных воинов Солнцеслава. Следом за ними вышла Астрид Пестрокрылая. По обе стороны ее сопровождают воительницы.

— Приветствую вас в Герде! Кто такие и какими судьбами? — сказала она улыбаясь.

— Твой воин… — начал грозно Торгисл, но Астрид прервала его.

— Я знаю! Но ведь и ты высмеивал его? Не так ли?

— Он помочился на нас! И я не успокоюсь пока не перерублю его позвонки своим топором! — Торгисл оскалился и крепко сжал в руках рукоять топора. — Не нужно быть мне врагами! Ты же не хочешь такого врага как я? Отдай мне этого ублюдка! Это теперь личный вопрос!

— Ну нет… Так не получится! И не стоит командовать на моей земле! — улыбнулась Астрид. — Зачем приехали в Герд?

— Уже ни за чем. По коням мужики! Уходим! — крикнул Торгисл своим воинам повернувшись к ним.

Все мужчины лихо запрыгнули на свои коней и с шумом отряд исчез в темноте ночи, подняв столб пыли у дороги. Астрид и воины вернулись обратно в город. Ворота закрылись накрепко. Ночь.


Ульф уже сутки проводит в доме конунга, беседуя с Ролло-арбалетчиком. Славная выдалась беседа! Все время Ролло упоминал про свои отрубленные в бою пальцы, то жалуясь, то хвалясь собою в поединке. Когда Ульф уже изрядно опьяненный запел какую-то крайне дурацкую песню, а Ролло попытался подхватить ее, не зная слов и мелодии, в дом буквально влетел Торгисл. В пути они задержались, заехав не на ту дорогу и им пришлось возвращаться. В результате мужчины вернулись в Йорвик только к следующему вечеру. Дверь с шумом ударилась об стену и петли жалобно заскулили от старой ржавчины.

— Ульф! Ты какого хрена здесь делаешь? — грозно закричал он и подскочив к безбородому викингу, треснул ему ладонью по голове. — Тебе кто позволил нажираться этим дерьмом??

— Дерьмом? — удивленно уточнил Ульф увиливая со стула в угол зала. — Ты же сам пьешь это дерьмо! Вождь… Вождь! Ты не в духе?

— Я сейчас тебе покажу не в духе! — с этими словами Торгисл достал свой топор и сделал шаг в сторону Ульфа.

Тот так перепугался, что попытался выскочить в окно, но конунг могучими руками лихо схватил его за ноги и кинул на деревянный пол.

— Быстро собирай всех воинов! Эта шлюха у меня за все ответит!

— Ооооо! — заулыбался Ульф. — Шлюха! Никак вождь развлекаться ездил!

— Ах ты, ублюдок!!!! — глаза Торгисла буквально вылезли из глазниц, лицо изменилось в страшную отвратительную гримасу, и конунг потянулся ручищами к шее викинга. — Придушу ублюдка!!!

— Все, все, вождь! — испугался Ульф и вильнул ползком в сторону двери. — Собираю воинов! — выдал он и скрылся на улице. Торгисл подошел к столу и с шумом сел на лавку.

— Откуда мочей воняет? — тихо спросил Ролло.

— Аааа, сукин сын! Ну беги!!!! — с этими словами старый конунг двумя руками откинул стол на бок, подскочил к мужчине и, выдернув топор из-за пояса, размахнувшись, треснул им несчастного по голове. Ролло даже дернуться не успел. Его голова треснула с шумом, кровь разлетелась по всем углам и он, судорожно дергаясь, свалился на пол. Торгисл поставил на место стол, сел на лавку, сложил свои здоровенные кулачища и окровавленный топор на дубовые доски стола и закрыв глаза попытался успокоиться. Он чуть было не задремал в такой обстановке, но его медитирующее состояние прервал шум открывающейся двери. В дом вошли все воины из его отряда. Вперед вышел Ульф.

— Сделано вождь! Ого… Ролло завалил? Нормальный парнишка был! Веселый!

— По коням. Едем в Герд! — Торгисл окинул взглядом мужчин и встал из-за стола. — По коням! Что не ясно?? — воины молча вышли во двор и стали седлать коней.

Через несколько минут отряд исчез во мраке, только столб серой пыли мягко закружил в воздухе.

К утру викинги добрались до места откуда очень хорошо виден Герд. Торгисл велел воинам спрятать лошадей на подходе к городу и оставил присматривать за ними одного из викингов. Сам же с остальными воинами отправился в город. Они обошли стороной въездные ворота, тихо скользнув к заднему ходу, откуда каждое утро пастухи гонят скотину на пастбища. К счастью пастух собирался вскоре вернуться и уже погнал живность через лес, оставив ворота открытыми. Недолго думая викинги повытаскивали свои топоры и вошли в город. Торгисл велел своим воинам никого не убивать и вести себя крайне осторожно, пока все в городе спят, а сам тем временем быстро рванул в сторону дома Астрид. Он перешел несколько улиц и вышел на центральную, оттуда сразу заприметил самый большой дом.

— А вот и нужный домиииик! — сказал тихо конунг и, разрезая своим телом утреннюю дымку тумана, медленно подошел к порогу дома. Он плечом надавил на дверь. Не заперто. Так же тихо, как шел по улице, Торгисл вошел в главный зал. С правой стороны спальня. Дверь не закрыта. Мужчина боком легко вошел в нее и встал прямо перед кроватью, где спокойно и сладко спит Астрид. Ее обнаженная нога прямо манит и возбуждает. Распущенные и чуть спутанные волосы добавляют настоящей страсти. Руки сами дергаются, чтобы дотронуться до этой красоты. Правда лицо чуть изуродовано. Торгисл откинул свои мысли о всяком и, наклонившись, тихо позвал.

— Милая! Просыпайся! — девушка открыла глаза и только хотела вскрикнуть, как получила удар кулаком в лицо.

Она тут же обмякла и свалилась в бессознательный сон, но уже через минуту очнулась. Мужчина был повернут к ней спиной и что-то делал. Девушка осторожно протянула руку под овечью шубку и достала оттуда нож. Когда Торгисл повернулся к ней, она лихо подскочила и воткнула стальной клинок ему прямо в бок. Она хотела попасть в смертельные места, но нож проткнув одежды лишь царапнул тело мужчины. Конунг ухмыльнулся, схватил Астрид за горло, ладонь скользнула к голове, и он крепко сжал рукой большой ком ее волос. Недолго думая, Торгисл повернул девушку к себе спиной, наклонился к уху и сказал.

— Хоть звук и сразу смерть! — с этими словами он поднял край платья, откинул Астрид на небольшой старый столик и резко вошел в нее.

Правительнице Герда пришлось, стиснув зубы терпеть это насилие ранним утром прямо в ее спальне. Когда Торгисл уже разогнался не на шутку, девушка уже не могла терпеть и буквально рыдая от боли, задергалась в крепких руках конунга. Но в ответ тот лишь сильнее натянул на кулак ее волосы и резко, с адской болью, стал входить в нее, наблюдая за реакцией.

— Тварь! — еле выговорила Астрид и сильнее стиснула зубы. Она прокусила свою губу насквозь.

— А я тебе говорил, что не нужно искать во мне врага! — с этими словами Торгисл резко вышел из девушки, развернул ее к себе и поставил на колени.

Как бы она не сопротивлялась, он заставил ее удовлетворить его в таком положении. При этом от самой Астрид ничего толком то и не требовалось. Через несколько секунд мужчина, довольный, откинул голову назад, вздохнул, ухмыльнулся и спокойно пошел вон из дома. Полуобнаженная девушка сплюнула на пол, легла на старые доски пола и громко зарыдала.


Торгисла на улице уже ждут воины. Ульф сразу сообразил в чем тут дело и сообщил викингам о том, что нужно находиться недалеко от дома правительницы. Конунг вышел на улицу, крепко затягивая поясной ремень. Он улыбнулся воинам, убрал топор и приложив палец к носу, в знак того, что следует молчать, махнул рукой!

— За мной! — тихо сказал он и быстро, но совершенно беззвучно, побежал к выходу из города. Весь отряд двинулся за ним. Ворота были уже закрыты. Но как специально, и очень удачно, прямо возле них лежала длинная лестница. Мужики переглянулись, улыбнулись и быстро стали перелазить на ту сторону. Позади послышались крики воительниц и наемников Солнцеслава. Поднялась суета. Из дома пастуха вышла старая баба и закричала во весь голос: «Здесь враги!!! Здесь они!!!». Голоса наемников стали ближе. Торгисл полез последним и за собою вытянул лестницу, кинув ее по ту сторону ворот.


Прекрасное утро. Птички поют. Солнце светит. Легкий ветерок сопутствует дороге. Весь отряд Торгисла мчится по дороге в Йорвик, поднимая столб пыли. Конь Ульфа сравнялся с конем вождя на бегу.

— Вождь! Что дальше?

— Заткнись, ублюдок, и смотри на дорогу! — огрызнулся конунг и сильнее погнал коня вперед.

## Глава 6. Перед битвой

— Вы что, ходите в набеги на Англию и не знаете их языка? — Солнцеслав удивленно почесал затылок и буквально впился взглядом в Ниялля, который спокойно затягивает поясной ремень, готовясь к предстоящей битве.

— А зачем нам их паршивый язык? Если свиньи в свинарнике перехрюкиваются, это же не значит, что прежде, чем убить их, я тоже буду хрюкать!

— Нет… Ну это понятно! — согласно кивнул наемник. — И все-таки!

— И все-таки, что Англичане, что Франкийцы, что свиньи… — констатировал Ниялль и, просунув топор через ремень, качаясь из стороны в сторону, пошел к своим воинам.

Солнцеслав тяжело вздохнул, покачал головой вслед союзнику и, развернувшись, отправился в свой лагерь, проверять готовность воинов к грядущему походу.

На улице раннее утро. Солнце еще даже не появилось на горизонте, но темнота уже отступила. Легкий сумрак разбавляется утренним туманом, который мягко поднимается над землей и, улетучиваясь, превращается в облака. Оба лагеря, викингов и наемников, уже в полной боевой готовности. По словам одного из разведчиков, неподалеку находится небольшое поселение! От него до города Джарроу день путь. Там есть замечательный монастырь, который должен обеспечить воинов севера отличным золотом и серебром. По мнению Ниялля, воины, которые напали на них ночью были присланы сюда именно из Джарроу.

— Солнцеслав! Твои воины готовы? Скоро выходим! Придется идти через лес! — Ниялль встал в относительной близости от наемника и положил руку ребром на лоб, закрываясь от солнца, которое уже скользнуло на небесное полотно и невыносимо ярко освещает берег.

— Мы не пойдем. — спокойно ответил наемник.

— Чего? Как это не пойдете? — чуть не вскрикнул удивленно конунг.

— Мы поплывем! — улыбнулся Солнцеслав и махнул рукой в сторону своих кораблей! — Твои драккары не пройдут, Ниялль! А мои корабли с низкими бортами, прекрасно побегут по реке, что лежит неподалеку отсюда. Ты с нами?

— И куда же твоя река нас приведет? — с сомнением в голосе уточнил Ниялль.

— Она проходит прямо через Джарроу!

Откуда тебе это известно? — не отступал конунг. — Не трупы ли рассказали?

— Нет! Глупец! — Солнцеслав схватился за живот и захохотал так громко, что все воины дернулись и, ничего не понимая, уставились на него. — Ниялль! Крутой мореходец!))) Ха-ха-хахах!!!!

— Что тут смешного? — конунг сделал отвратительное выражение лица, сжал со злостью кулаки и только хотел дернуть руку к рукояти топора, как наемник его одернул.

— Успокойся! Я нашел вот эту штуку! — Солнцеслав достал из кармана тонкий кусок деревяшки, которая была прекрасно обработана умельцем. На ней красовался чертеж местности. — Здесь нарисовано, где находимся мы! — наемник подошел к Нияллю и встал рядом с ним так, чтобы им обоим было хорошо видно, что изображено на деревяшке. — А здесь, видишь? Река? И она как раз идет прямо через город!

— Почему ты уверен, что здесь изображена именно эта местность? И где ты взял ее?

— У одного из убитых англичан эта штуковина лежала в кармане! Я уверен, что это именно эта местность! Видишь, тут и море начертано! Мы находимся вот на этом полуострове. — Солнцеслав указал пальцем на дощечку. — А вот здесь. — он обвел рукой по контуру рисунка. — Проход по реке прямо к городу!

— Возможно ты прав. — Ниялль согласно кивнул головой и левой рукой стал поглаживать свою бороду. — Хорошо! Тогда готовьте корабли, поплывем на ваших! Наши драккары оставим здесь, спрячем за мысом!

— Идет! — улыбнулся наемник и положив дощечку обратно в карман, пошел к кораблям. — Воины! Поднять паруса! Отходим! И не ворчать на викингов, они идут с нами! Что встали??? Поднять паруса!!!!! — все наемники, как один, стали выполнять приказ своего вождя.

Прошло не менее часа прежде, чем викинги смогли надежно спрятать свои драккары за мысом. Просто так их оставлять нельзя, богатый опыт мореходства и славных набегов подсказывает, что в большинстве случаев, корабли на открытом пространстве подвергаются сожжению со стороны англичан. Когда все было готово, Ниялль объявил своим воинам о планах идти на кораблях наемников по реке до самого города. Все были против такого тесного сотрудничества с наемниками, но бросить дерзкую фразу в сторону Ниялля никто не решился! Кто знает, что последует за этим? Прибьет тебя безумный конунг камнем или пробьет несчастную головушку тупой стороной топора? Вот-вот… По сему воины как один одобрительно закивали, и отправились к наемникам, которые нахально улыбаясь, молча встречали гостей.

Корабли медленно отошли от берега, обогнули полуостров и со спущенными парусами пошли в сторону реки, что впадает в открытое море. Солнцеслав точит нож, сосредоточенно ровняя острие. Ниялль с ним на одном судне. Он забрался к изголовью ладьи и запел песню во весь голос:

«И вскричу я девкам клейменым —

Наливайте же мне в бычий рог!!!!!!!!

А потом!!!

А потом!!!!!!!! Я пойду опьяненный —

Морду бить всем во имя Богов!!!!

Разбегаются в страхе детишки —

Яму роет себе мой враг!!!!

Кто сказал вам что вы мальчишки???

Вы мужчины!!! И только так!!!!!»

— Можно потише орать?? Мы гребем тут, — не выдержал один из наемников, который усердно работает веслом, а его покрасневшее от напряжения лицо, стало похоже на задницу овцы.

— Солнцеслав!! — крикнул Ниялль предводителю наемников. — Можно я этого умника утоплю?

— Ниялль! — одернул его Солнцеслав и погрозился пальцем. — Имей уважение!

— Как скажешь! — улыбнулся нахально конунг и повернулся к возмущенному наемнику. — Еще слово и глотку перережу! Все понял? Греби молча.

Воин сглотнул слюну и нервно дернулся на месте от яростного взгляда безумного конунга. А Ниялль крепче схватился за изголовье ладьи и продолжил свою песню:

«Мне топор от отца достался!

Когда тот убивал врагов —

Я тогда за ним пробирался

Веру знал! Почитал Богов!

Я простой деревянной палкой

Англичан всех к ногам положу —

Так налейте клейменые меду!!!!!!

Или с вас я сейчас начну!!!!»

— Хахахахаахахахахахах!!Уууууу-уууу!!!! — раздался громкий смех конунга и мужчина, спрыгнув на палубу, уселся возле бочки.

Украдкой на него посмотрел все тот же возмущенный наемник.

— Ну? — сказал Ниялль и чуть привстал. — Посмотри на меня еще раз! Дай мне повод… Прошу, дружище! Ты только дай повод!!! — воин перепугался не на шутку и буквально вывернул голову в сторону так, чтобы даже самым краем глаза не видеть этого безумца.

Река широкая. Корабли по ней идут очень легко. Шальной ветерок наполняет собою тугие паруса и облегчает воинам работу веслами. И викинги, и наемники во всю готовятся к атаке на город! Все в предвкушении битвы. Уже через несколько часов ладьи подойдут к городу, послышится звон колоколов и панический ужас охватит жителей Джарроу. Этим англичанам придется держать ответ за вчерашнее нападение на лагерь северян. Хотя, можно догадаться, что те воины, которые выжили и в страхе бежали обратно, уже рассказали жителям о том, насколько яростны воины севера! И тогда… Кто знает? Быть может Джарроу отправил гонцов в другие города с просьбой прислать подкрепление. А если так? Тогда не просто кровью смочится земля Англии. Она пропитается ею насквозь. И реки окрасятся в багровый цвет.

## Глава 7. Клич севера

Торгисл сидит за столом и жадно поглощает, принесенные рабынями блюда! На дубовый стол выложили вяленое мясо горных оленей, филе сырой рыбы, ароматную выпечку с овсом и свежее парное молоко в огромных кувшинах! Несмотря на то, что стол длинный и за ним прекрасно поместится большое количество людей, Торгисл запретил кому-либо сегодня есть из его отряда. Вообще! А сам с аппетитом и чавканьем, с удовольствием вкушает трапезу. Возле него стоят двое воинов, которые молча сглатывают слюну и ожидают приказания вождя. У двери на скамейке сидят три рабыни, одна из которых держит в руках чашу с водой и льняную тряпицу для умывания. Две остальные так же, как и воины Торгисла, ждут приказаний.

— Ты! — конунг указал пальцем на одну из рабынь. — Неси мне мед! Хватит уже молоко, не хочу!!! Меду мне налить! — он грубо стукнул кулаком по столу и девушка испуганно выбежала на улицу. — Ну что? Бойцы! — обратился он в стоявшим за спиной воинам. — Есть хотите?

— Хотим, вождь! Но ты же запретил сегодня есть! — отозвался один из мужчин.

— Кстати, почему, вождь? Дозволь ответить! — подхватил второй.

— А все потому, мужики! Что сегодня вечером у нас состоятся настоящие гуляния! И я хочу, чтобы на этих гуляниях, вы съели как можно больше еды да набили своих брюхи хмельной брагой на травах! А если вы сейчас поедите? Вечером будете есть очень мало, а я хочу, чтобы наш новый союзник видел кто здесь хозяин! А хозяин кто? Верно! Тот, кто ест больше остальных! Ха-ха-ха!!! — засмеялся Торгисл и деловито стукнул кулаком по столу.

— Вождь. Новый союзник?!

— Дьярви! Король среди королей! Что там конунги? Вот этот настоящий викинг! Он объединил множество северных земель и правит теперь ими. Поговаривают, что его земля перенаселена людьми! Одно только стотысячное войско нужно чем-то кормить! Ха! А у меня есть Йорвик! Мы прекрасные союзники! — ухмыльнулся Торгисл.

— И… Этот Дьярви сегодня прибудет в Йорвик?

— Нет глупец!!! Король не ходит в гости! Все ходят в гости к королю! Ааааа… Вам бесполезно что-то объяснять! Глупы как трухлявые пни!

— А кто тогда прибудет? — не отступал воин.

— Сын Дьрви! Молодой Сигурд! Если с ним договориться о сотрудничестве, тогда он попросит отца и тот пришлет к нам большое войско северян! А когда к нашим берегам подойдет Ниялль — мы его разобьем и публично казним! Правда славно??

Мужчины промолчали.

— Правда славно? — уже грозно, нахмурившись, повторил Торгисл.

— Славно, вождь. Но…

— Но?

— Ниялль же твой брат. Разве можно против брата идти?

— А ну!!! — закричал конунг. — Пошли вон отсюда ублюдки!!!! — он встал из-за стола и схватился за топор.

Мужчины поспешно покинули дом, громко хлопнув дверью.

— Где эта шлюха, что пошла за медом?? — воскликнул грозно Торгис, л посмотрев на рабынь.

— Сейчас придет, вождь. — тихо ответила одна из них.

— Иди за ней! А не то обеим головы проломлю! — буркнул конунг и принялся дальше, с мрачным видом, поедать уже остывшие яства.

Буквально через несколько минут в дом вбежали обе рабыни, запыхавшись, одна из них поднесла Торгислу кувшин с медом. Мужчина молча взял напиток и нервно махнул рукой, давая понять, что им следует сесть обратно на лавку. Рабыни повиновались. Конунг опрокинул голову и влил в себя весь сладкий мед прямо из кувшина.

— Ааа! Хорошо! Можете же, когда хотите! Ну? — обратился он к рабыне, которая держит чашу с водой и тряпицу. — Неси это сюда! Можно и высморкаться!


Жаркое солнце просто ослепляет. Непривычно для северной земли. Говорят, животные после лютых холодов вернулись в местные горы! Охотники приносят все больше и больше добычи. Люди перестают голодать. Да к тому же, щедрость нового конунга Торгисла, в виде золотых монет жителям города, дала возможность людям приобрести то, чего катастрофически не хватало: лошадей, семена для посевов да провизию до урожая. Слухи о том, что сегодня в Йорвик должны прибыть новые союзники быстро разошлись по городу. Все только об этом и говорят. Торгисл велел рабыням весь день заниматься приготовлением блюд! На главной площади поставили длинный дубовый стол. Под него закатили бочки с хмельной брагой. Конунг предупредил своих воинов, что им следует держаться ближе к нему, защищая в нужный момент от удара ножом в спину. Кто знает, что там за сын короля, который должен стать своеобразным «мостом» между сотрудничеством Йорвика и короля северян Дьярви.


— Я хочу, чтобы на той крыше все время был один из наших людей! Знаешь, лучше всего будет, если там будешь ты! — Торгисл прищурил глаза и довольный кивнул головой. — Да, точно! Никто лучше тебя не стреляет из арбалета! Все время держи на прицеле Сигурда. Если вдруг я встану из-за стола и вскину одну руку выше своей головы, значит это сигнал тебе, стреляй в ублюдка без промедления!

— Вождь. — попытался возмутиться Ульф.

— Заткнись! И делай, что тебе велено! — буркнул конунг и злобно оскалился на безбородого викинга.

— Я тоже хочу сидеть за столом! Почему все будут вкусно есть да пить брагу, а я должен как придурок караулить ущербного щенка!

— Он не просто щенок, а сын короля. Я не знаю, что он может выкинуть. Если просидишь там все это время, я дам тебе отгул на несколько дней и плюсом к тому, щедро отсыплю горсть золотых монет! Может нажираться, драться и развлекаться с девочками, сколько тебе влезет!

— О! С этого бы и начинал, вождь! Договорились! — весело улыбнулся Ульф и хлопнул рукой Торгисла по плечу. — Отлично! Можешь на меня положиться!

— Еще раз положишь на меня свою руку, я тебе всажу нож в печень. Ты понял? — Торгисл со всех сил ударил кулаком викинга по плечу, тот отлетел не меньше пяти шагов назад и, схватившись за ушибленное место, завопил.

— Вождь! Я руки не чувствую! Ты мне руку сломал!

— Лезь на крышу, полудурок! — мерзко бросил конунг и, нахально развернувшись, пошел в свой дом. Ульф ковылял поплелся в оружейную за арбалетом. Дело движется к вечеру. Не успел Торгисл налить себе выпивку как в дверь буквально влетел один из его воинов.

— Вождь!

— Что там еще?

— Корабли на горизонте! — улыбнулся воин и вытянулся во весь рост.

— Отлично! Сколько их?

— Два вождь!

— Два драккара? Они что, издеваются? Во дают… Ладно! Сообщи всем, пусть готовятся! Я скоро буду на берегу! Ступай!

— Понял вождь! — ответил викинг и шустро покинул дом. Торгисл медленно налил себе хмельного меда, вслушиваясь в журчание переливающегося из кувшина в кружку напитка, и также медленно выпил все до последней капли.

— Славное послевкусие… Интересно… Не с ягодами ли мед смешали? — задал мужчина сам себе вопрос и другим голосом ответил. — Не ведаю, вождь! Быть может и правда с ягодами! Хахахахаха! — засмеялся конунг на весь дом и в прямом смысле слова свалился на пол.

Он закрыл глаза, вдохнул полной грудью запах дыма из печи да перепрелого дерева, положил руку себе под голову и, сам того не заметив, задремал. Тяжелая усталость накатила внезапно, как ураган в поле и унесла старого викинга в далекие миры загадочных сновидений.

## Глава 8. Стальная хватка

Никто в Герде не ведает о том, что произошло, кроме самой Астрид. Чтобы не убивать свою репутацию среди местных жителей девушке пришлось пустить ложную информацию. Она сообщила всем, что неизвестные воины пытались убить ее и тем самым захватить город! В связи с чем в городе введена боевая тревога. Всем местным жителям выдано оружие, и они обязаны на ряду с воинами патрулировать улицы Герда. Жарким днем Астрид собрала на поляне за городом всех воительниц и наемников Солнцеслава.

— Как вам всем известно, меня пытались убить. — девушка прошлась мимо воительниц и встала возле наемников. Те с ухмылкой наблюдают за происходящим. Похоже их забавляет вся эта ситуация. Астрид посмотрела на одного из них, заглянув прямо в глаза, и медленно продолжила. — Есть сведения, что в Герде пытаются устроить переворот! Достаточно уже у местных жителей было правителей! И я не потерплю, чтобы кто-то угрожал нашим людям.

— А откуда сведения, красавица? — с наглой ухмылкой спросил один из наемников и подмигнул девушке. — А может все-таки никто и не собирался устраивать переворот?

— Быть может… — начал другой. — Те воины взяли свое? Или мы ошибаемся?

Легкая дрожь от страха и подозрений пробежала по телу Астрид. Девушка сжала кулаки и попыталась удержать дыхание, чтобы не выдать своего волнения. Она быстро отошла от наемников и встала уже со стороны своих воительниц.

— Я хочу, чтобы каждый из вас был готов к любому повороту событий! Охрана города на данный момент наиважнейшая задача до возвращения Ниялля и Солнцеслава из Англии. Сегодня вечером я уеду в Йорвик и попытаюсь разузнать о том, кто пытался напасть на меня. С собой возьму двух воительниц!

— А почему ты считаешь, что именно в Йорвике достанешь нужную информацию? — спросила тихо одна из воительниц, скромно отступая за спины своих подруг.

— Потому что именно по дороге в Йорвик бежали нападавшие! — буквально выкрикнула Астрид. — Все свободны! — с этими словами она запрыгнула на своего коня и ударив его в бока, помчалась обратно в Герд.

Воительницы и наемники еще простояли несколько минут на месте переговариваясь о решении правительницы. Воины Солнцеслава сразу различили блеф со стороны Астрид и это стало поводом для размышлений! А воительницы в свою очередь наперебой решали, кто же поедет с Астрид в Йорвик. Соответственно никому туда добровольно отправляться не хочется. Бывшие рабыни — горды снаружи, но крайне трусливы внутри. Когда первый из наемников запрыгнул на лошадь, за ним последовали все остальные. Подняв столб пыли десятки всадников отправились в направлении Герда. Одна из лошадей на бегу подвернула ногу, а там, где она оставила свой след появилась Руна Хагалаз — опасность кроется где-то впереди. Подсознание правительницы Герда начинает путаться. Мысли теряются и смесь страха с недоверием начинают уничтожать нежное тело девушки изнутри.

Уже через несколько часов Астрид с двумя спутницами выехали из Герда по направлению в Йорвик. Тяжелые деревянные ворота со скрипом закрылись и город замер в ожидании своей правительницы.

— Быстрее!!!! — закричала Астрид. — Нужно как можно быстрее попасть в город! Ну же!!! — воительницы послушно налегли на лошадей и со всех сих стали бить их в бока.

Ветер несется с яростью севера прямо на хрупких девушек. Разносит волосы и ослепляет глаза слезами. Дорога вильнула в сторону и в густой пыли исчезли силуэты лошадей…


Йорвик уже готов к встрече гостей! Торгисл буквально вскочил с деревянного пола от жаркого уголька, который выскочив из открытой печи, больно обжег тело старика.

— Проспал! Вот те на! — он выбежал на улицу, не закрыв за собой дверь, но ударив себя кулаком по лбу, вернулся обратно. Лихо подскочил к столу, схватил свой топор и крепче перетянув поясной ремень, снова вышел во двор. — Ты! — обратился он к одному из воинов, который охранял дом вождя. — Гости прибыли?

— Да, вождь.

— Где? Кто встречает? — буркнул Торгисл.

— Ульф, вождь! Он велел вынести стол прямо на берег!

— Как на берег? Что значит велел? Я же ему сказал на крыше сидеть! — Торгисла буквально затрясло от злости, он, тяжело вздохнув, быстро пошел к берегу. — За мной воин! — крикнул он викингу и тот незамедлительно последовал за своим вождем.

Пройдя несколько улиц Торгисл вышел на край холма, дальше спуск к заливу. Там стоят прибывшие драккары, а на самом берегу и правда поставлен стол, рабыни не переставая носятся вокруг сидящих за ним викингов. Во главе же стола, раскинувшись, сидит Ульф. Торгисл вытащил нож из ботинка и быстрым шагом стал спускаться к заливу. Он холодно и твердо направляется прямо к Ульфу. Когда тот увидел своего вождя, то чуть было не упал с резного стула, но было поздно. Торгисл без малейшего промедления вонзил острый клинок промеж ребер безбородого викинга. Ульф сплюнул кровью, схватился рукой за рану и буквально отскочил от стола. Сделав несколько шагов, викинг замертво упал на каменный берег. Торгисл спокойно засунул нож обратно в ботинок, предварительно обтерев его краем одежды Ульфа и повернулся к гостям. Около десяти викингов сидят за столом и с недоумением, но привычными взглядами, наблюдают за происходящим.

— Ну? И кто из Вас Сигурд? — конунг улыбнулся и дружелюбно развел в стороны руки. Один из викингов, самый мелкий, встал из-за стола. Опасливо и крайне стеснительно он поднял руку.

— Я Сигурд. Приветствую!

— О! А я-то как тебя приветствую!!! — Торгисл растянулся в довольной улыбке еще сильнее и подошел к молодому викингу. — Какой ты богатырь! — он попытался обнять Сигурда по обычаю, но тот испугано отшатнулся от него.

Все воины незамедлительно встали из-за стола и потянули руки к оружию.

— Воу… воу!!! Ну чего вы, братья? Пройдемте в дом! Чего мы тут то под ветром маемся! — конунг махнул рукой, давая понять мужчинам, что приглашает их пройти за ним, и развернувшись отправился в город. Переглянувшись сомнительными взглядами, воины медленно пошли за ним следом. Сам Сигурд попытался взять себя в руки и решительно догнал Торгисла.

— Постой!

— Да? — конунг удивленно посмотрел на молодого мужчину.

— Кто ты и почему мы должны следовать за тобой? Ты знаешь кто я?

— Конечно! Ты — сын Дьярви! Короля северян! А я Торгисл, конунг этого города! — улыбаясь, ответил старый викинг.

— Конунг? А… Кто тогда тот мужчина? — Сигурд указал рукой на побережье, где лежит убитый Ульф.

— Это? Псина! Ничего не стоит! Один из моих воинов!

— Но он….

— Чтобы он тебе не наплел, мой друг, он всего лишь покойник! Пойдем же ко мне в дом и отведаем славного меда! — с этими словами конунг лихо развернулся к сыну короля спиной и быстрым шагом пошел по дороге в город.

Сигурд молча махнул рукой своим воинам и все они последовали за Торгислом. Когда они вышли на главную улицу то уже издали конунг заметил столпившихся возле его дома людей. Воины и неизвестные всадницы. В голове сразу мелькнуло: «Неужели эта шлюха приперлась сюда?» и, к несчастью, мысли очень скоро подтвердились, когда Торгисл поймал взгляд одной из девушек. Астрид украдкой посмотрела на конунга и сняла с головы льняной капюшон. Воины Торгисла столпились около правительницы Герда с любопытством рассматривая странных девушек. Слышен смех и похабные издевательства.

— Сигурд, проходите в дом, сейчас вам принесут самой лучшей еды и хмельной мед! — улыбнулся конунг и добродушно хлопнул ладонью сына короля по плечу. Тот недоверчиво отшатнулся и попытался уйти за спины своих воинов, которые усердно его прикрывали. — Я сейчас буду! — с этими словами Торгисл подошел к мужчинам из своего отряда и громко крикнул. — Чего столпились? У нас гости, а вы не встречаете? А ну всем быстро заняться делами! И велите рабыням принести самых лучших блюд для Сигурда и его воинов! Живо!

Викинги разошлись исполнять приказание своего вождя, возле входа в дом остались стоять только три воительницы и сам конунг. Астрид с величайшей ненавистью не спускает глаз с Торгисла и крепко сжимает рукоять меча на своем поясе. Обе воительницы стоят за ее спиной и по ним видно, как страх носится по телу да заставляет девушек предательски испуганно дышать.

— Я пришла биться с тобой! — выкрикнула Астрид и, вспомнив как себя обычно ведет Ниялль, плюнула конунгу в ноги. Но у нее это получилось настолько смешно и глупо, что Торгисл не выдержал и громко засмеялся, схватившись за пояс. — Как ты смеешь смеяться надо мной? Я правительница Герда! И сегодня ты сдохнешь как старая псина от моего меча.

— Боги! — Торгисл иронично поднял к небу свою бородатую голову. — Зачем вы наделили эту шлюху голосом?

— Шлюху? — Астрид выпятила глаза на конунга и сделала неуверенный шаг в его сторону. — Как ты меня назвал?

Торгисл сделал вид, что не обратил никакого внимания на правительницу и, раскачиваясь, медленно обошел девушек по кругу. Он остановился позади воительниц и, положив свои руки им на плечи, медленно сказал.

— Девочки! Вчера я трахнул вашу правительницу! Если через мгновение вы все еще будете здесь, я велю своим воинам насиловать вас до смерти! А после отдам псам догладывать ваши кости. Ох, девоньки… Бегите пока целы!

Одна из девушек так затряслась от страха, что, не выдержав, быстрым шагом пошла к лошадям. Вскочив на одну, она с истерикой в голосе погнала ее вон из города. Не оглядываясь. Вторая воительница, посмотрев вслед убегающей подруги, бросила свой топор на землю, бегом подбежала к лошади, запрыгнула на нее и помчалась следом. Астрид осталась стоять совершенно одна рядом с Торгислом.

— А ты чего ждешь? Небось понравилось, когда тебя берут жестко? — улыбнулся конунг, но тут же резко изменившись в лице на ярость и злость, продолжил. — Быстро на лошадь, тварь! И вон из моего города!

Астрид заглянула в его глаза и этот холодный омерзительный взгляд старого викинга пробудил в ней чувство страха. Величайшая слабость волнами накатила на хрупкое тело девушки. Она молча подошла к своей лошади, запрыгнула на нее и повернулась к Торгислу.

— Пошел ты! Торгисл, брат Ниялля. Не жить тебе на этой земле. Я объявляю тебе войну и не успокоюсь пока твоя голова не будет украшать копье у въездных ворот Герда. — Астрид плюнула и на конунга, попав ему прямо в лицо и развернув лошадь погнала ее по дороге в Герд.

Торгисл вытер лицо рукавом рубахи и, убедившись, что силуэт девушки исчез, напевая себе под нос славную песню, как ни в чем не бывало пошел к ожидавшим его в доме гостям. Сигурду и его воинам уже принесли огромное количество вкусных блюд, хмельной мед разливается по деревянным кружкам, а развратные девки пытаются соблазнить и расслабить уставших воинов.


Астрид выехала из Йорвика и остановила свою лошадь на поле сразу за городом. Девушка достала из кожаной сумы длинный черный плащ с капюшоном, накинула его поверх своей одежды, привязала лошадь за поводья к дереву и медленно, прикрывая лицо, пошла обратно в Йорвик. Дело близится к вечеру.

## Глава 9. Богатство Джарроу

Вдали показались первые дома Английского города Джарроу. Здесь широкая река уходит в резкий изгиб за крутой холм и сразу за ним должен показаться сам город. Говорят, он очень большой, но Ниялль здесь еще никогда не бывал. На Джарроу северяне пытались напасть лишь один раз и тогда ни один из викингов не сумел выбраться отсюда живым. Да и было это очень давно. Дело в том, что до этого удаленного поселения сложно добраться. Найденная Солнцеславом дощечка с очертаниями берега, отныне поможет всем викингам нападать на город регулярно. Если конечно Солнцеслав и Ниялль смогут вернуться домой живыми.

— Мой вождь!

— Чего? — Ниялль открыл глаза и потянулся. — Я что спал?

— Да, вождь!

— Чем воняет? Дым?

— Город, вождь! Оттуда тянет дымом! Мы на месте! — воин кивнул конунгу и, развернувшись, пошел по палубе к остальным северянам, что расположились в хвосте судна.

— Постой! — окрикнул его Ниялль. — Почему от города тянет дымом?

— Посмотри сам, вождь! — и воин протянул руку в сторону Джарроу.

Ниялль встал на ноги и развернулся. Его виду предстал огромный город, который весь просто утопает в едком дыму. Некоторые ладьи уже подошли к берегу и воины, держа оружие в руках, выходят с кораблей. Когда судно Солнцеслава подошло вплотную к берегу, Ниялль, выхватив топор, спрыгнул в реку и, утопая по колено в воде, раскачиваясь, пошел к ожидавшим его северянам, что подошли к городу на других кораблях.

— Славно, воины! Похоже сами Боги сожгли этот город дотла! Ха-ха-ха! — закричал Ниялль и поднял свой топор над головой! — В город, мужики! Идем в город!

— Вождь! Никого не видно! Людей нет!

— Заткнись, умник! Конечно же не видно, они разбежались, когда узнали о том, что идут северяне! — конунг сделал злобный взгляд и воин спрятал глаза в землю.

— Ага… — возразил второй воин. — И сожгли сами себя!

— В город, ублюдки! Выхватить оружие! — закричал Ниялль и все воины, достав свои топоры, пошли за предводителем в Джарроу. Сам город стоит на возвышенности. Чтобы в него попасть, нужно подниматься на холм, очень похожий на тот, на котором стоит их родной город Йорвик. Пока викинги поднимаются к городу, все наемники, включая Солнцеслава остались на месте. Один из наемников подошел к своему вождю.

— Солнцеслав, почему мы не идем в город? Вся слава достанется этим викингам!

— Смотри туда! — Солнцеслав указал рукой в сторону домов. Воин присмотрелся.

— Ничего не вижу!

— Тогда жди. — тяжело вздохнул Солнцеслав и воины молча стали смотреть в сторону удаляющихся викингов.

Буквально через мгновение раздались страшные крики и с холма прямо на северян стали выбегать десятки мужчин с топорами и мечами. Несмотря на отсутствие построения, было видно, что это опытные воины. Неизвестные напали на викингов с двух сторон. На их лицах были устрашающий маски, а тела прикрыты звенящей, но очень легкой кольчугой.

— Первый отряд! Вперед! — закричал что есть сил Солнцеслав и сотня воинов, разделившись на две группы, быстро пошли в атаку с двух сторон на неизвестных.

Точное построение Русичей сразу бросалось в глаза. Эти воины с далекой северной Руси точно знали, что нужно делать, какими группами нападать и кому какая роль отведена. Складывалось такое ощущение, что они только и ждут команды своего предводителя.

— Второй отряд в центр! — Солнцеслав махнул мечом в сторону викингов и группа наемников из сотни человек двинулась прямо в центр битвы.

Через несколько минут северяне встретились в битве с наемниками и, поняв, что здесь остались только свои, перестали размахивать оружием. Ниялль вышел вперед и посмотрел на стоявшего у берега Солнцеслава. Конунг поднял над головой топор, подержал его в таком положении некоторое время в знак благодарности Русичам и после, резко развернувшись к городу, закричал как безумец.

— Убить здесь всех! Вперед, воины!!!!!!!!! — словно по цепной реакции сотни воинов — и северяне, и наемники, бросились в город.

Они стали врываться в дома и вытаскивать оттуда за волосы местных жителей. Мужчин убивали сразу. Девушек, детей и стариков выводили на улицы и ставили на колени. Все местные жители все это время прятались в домах. Воины, которые должны были охранять Джарроу, подожгли по непонятным причинам некоторые дома и были готовы в атаке. Наверное, они надеялись, что викинги решат, что на город уже кто-то напал и уплывут восвояси. Наивно. Прошло не больше часа как воины обошли весь город. В центре, на площади, собрали всех местных жителей. Их поставили на колени.

— Вот если бы кто-то из твоих воинов говорил на местном языке, мы бы сейчас узнали где они прячут золото да серебро! — упрекнул Ниялля Солнцеслав.

— Сами найдем! — буркнул конунг.

— А быть может я вам сгожусь? — молодая девушка из толпы подняла вверх голову. На вид ей не больше двадцати лет. Голубые глаза словно синее небо, наивны и непокорны. Темно-русые волосы заплетены в тугую косу, что свисает через плечо на груди. Девушка говорит на очень ломаном северном языке с безумно сильным акцентом. Солнцеслав и Ниялль в недоумении повернулись к девушке.

— Что ты сказала? — спросил у нее конунг. — Ты говоришь на нашем языке?

— Меня зовут Виктория и я дочь местного короля! Вчера пришли выжившие воины с побережья и сказали, что сюда идут северяне. Мой отец ушел к своему брату в соседнее королевство. Я осталась здесь.

— Откуда ты знаешь наш язык? Ты очень плохо на нем говоришь, половину слов непонятно! — спросил Солнцеслав и подошел к девушке. — Встань! Пойдем поговорим!

Девушка поднялась на ноги. Сидевшие вокруг на коленях люди низко опустили свои головы к земле. Кто-то не в силах скрыть нахлынувший страх, рыдает в полный голос. То и дело воинам приходится бить их палкой по спине, чтобы они заткнулись. Но только настанет полная тишина, как через мгновение начинает рыдать очередная женщина или старик.

— Ты тоже говоришь плохо! Ты не викинг, не так ли? Кто ты? — спросила у наемника девушка.

— Это не твое дело! Ниялль, отойдем? — Солнцеслав кивнул конунгу и тот подошел вплотную к наемнику и девушке.

Втроем они отошли подальше от воинов и местных жителей.

— Рассказывай! — буркнул Ниялль.

— Что рассказывать? — в страхе спросила девушка.

— Откуда знаешь наш язык? Почему отец ушел к своему брату, а ты осталась в городе?

Меня зовут Виктория. Я дочь местного короля! — начала девушка. Она сглотнула, закрыла глаза и попыталась перевести дух. — Мой отец ушел за подмогой к своему брату. Я осталась здесь, потому, что ждала вас. Моя мать родом из города Йорвик.

— Йорвик? — в недоумении конунг просто не знал, что сказать. — Повтори!

— Моя мама, она родом из Йорвика. Этот город находится на вашей земле!

— Я знаю, где находится этот город. Почему я должен тебе верить? — спросил Ниялль.

— Однажды северяне напали на одно королевство в Англии. Мой отец тогда не был королем и бился вместе со всеми в другом городе. Когда ему велели ходить и убивать на поле тех, кто остался в живых, он нашел женщину. Она была сильно ранена! Мой отец выходил ее и прятал от всех. У них была настоящая любовь. Я появилась на свет и росла в любви. Когда отец стал правителем Джарроу, тогда у него все поменялось. Он стал властным, жадным и очень злым. Собственноручно он убил мою маму много лет назад. Я стала изучать ваш язык, чтобы однажды, когда вы придете в этот город, уйти отсюда вместе с вами. Во мне кровь северян! Я прошу… Заберите меня с собой!

— Где золото? — мерзко ухмыльнувшись, спросил Ниялль.

— В храме! Возле входа под половицей, есть дверка! Там очень много золота и серебра! Прошу, забирайте! Это все теперь ваше! — девушка улыбнулась и слегка поклонилась конунгу.

— Отлично! — воскликнул Ниялль, размахнулся топором и пробил каленой сталью череп несчастной девушки.

От неожиданности Солнцеслав отскочил в сторону и схватился за меч.

— Ниялль! Какого… Ты что творишь?

— А что случилось? Золото знаем где! Шлюх и у нас хватает! — конунг повернулся к своим воинам. — Всех убить! Никого не оставлять в живых! Солнцеслав! — обратил он снова к наемнику. — Пойдем в храм! Посмотрим, чем богат городишко! — все еще не понимая, почему конунг поступил именно так и крайне недоверчиво, наемник пошел вслед за конунгом.

По пути Ниялль с собой взял еще нескольких человек и таким отрядом они подошли к храму.

— Заперто! — сказал один из викингов.

Ниялль молча треснул обухом топора по стальному замку и тот упал к его ногам.

— Теперь открыто! — конунг толкнул дверь плечом и вошел в темное помещение храма. Откинув в сторону половицу, что лежит сразу у входа в храм, Ниялль нагнулся и нащупал кольцо дверки. — А вот и золото! Хе-хе-хе!


На Английскую землю опустился вечерний сумрак. Сегодня наемники и северяне разжигают костры. Будет большое гуляние! В ход идут бочки с местной брагой, свежий хлеб и жареной мясо. Весь берег завален добром: золото, серебро, одежда и меха! Сюда же принесли отличное оружие, утварь и провизию на обратный путь! Этот набег стал одним из самых лучших за всю жизнь Ниялля. А все благодаря тому, что этот город еще никто не грабил. Завтра в путь…

## Глава 10. Посеять страх

Торгисл зашел в свой дом. Здесь за столом расположился Сигурд и его воины. Мужчины уже выпили по кружке хмеля и, покраснев от прилива жаркой крови, расковано лапают местных девок, которые только и успевают подносить им новые порции угощений. Сигурд, молодой викинг, сын короля Дьярви, по всему видимо вообще пить не умеет! После единой кружки хмельного меда не способен стоять на ногах да к тому же омерзительно поет так, что от его пения вянут уши. Впрочем, Торгислу все равно! Он привык к неказистым викингам, что грубы как необработанная шкура кабана.

— Славненько, братцы! Значит пьем и без меня? — улыбнулся Торгисл с порога дома.

— А мы… — начал, заикаясь Сигурд. Его глаза закатываются, убегая куда-то ко лбу, а он пытается их выдернуть оттуда обратно. Выглядит это настолько по-идиотски, что Торгисл еле сдержал смех. — А мы пьем как ты и сказал! Вождь Йорвика! — он сделал мерзкую отрыжку и залпом выпил пол кружки хмеля. — А ну! — закричал Сигурд. — Налейте вашему отцу… Ой… Вашему батеньке меду! Быстро девки! — незамедлительно одна из рабынь налила в пустую кружку до полна хмельного меда.

Торгисл ухмыльнулся, подошел к столу и сел на лавку рядом с воинами. Он поднял кружку и лихо опрокинул в себя весь напиток, с шумом треснув кулаком по столу. От этого действия Сигурд вытянулся как по струнке и даже наполовину протрезвел. Торгисл сразу смекнул, что мальчишка крайне трусливый и это на руку старому викингу!

— Так что, Торгееееесил…

— Торгисл! — улыбаясь, поправил его викинг.

— Торгисл? — переспросил Сигурд.

— Меня зовут Торгисл! Попроси своих воинов выйти на улицу и подождать нас там!

— Но мне от моих воинов нечего скрывать! Здесь все свои! — возмутился мужчина.

— Так дела не ведутся! Если ты хочешь занять место своего отца однажды, ты должен понимать разницу между общественными вопросами и личными!

После этих слов Сигурд шатаясь встал со стула и, посмотрев на своих воинов, как можно громче, видимо пытался показаться грозным, закричал:

— Воины, оставьте нас!

Молчание. Воины посмеялись и стали дальше в полный голос беседовать друг с другом, смеясь и напиваясь хмельным медом. Тогда Торгисл в свою очередь спокойно встал из-за стола, подошел к стене на которой висел огромный топор, взял его и подойдя обратно к столу ни с того ни с сего размахнулся и треснул тяжелой сырой сталью по столу! Все мужчины в страхе метнулись по сторонам. Кто-то упал. Кто-то пролил на себя липкий мед. Торгисл сложил топор на плечо и повернулся к воинам.

— Вам что сказал ваш предводитель, ублюдки???! А ну вон на улицу или спать будете в хлеву вместе со свиньями! ВОН ОТСЮДА!!!!! — ошарашенные мужчины быстро покинули дом, громко хлопнув деревянной дверью.

Ни один из них не посмел дерзко ответить этому здоровенному викингу. «Все трусливые шакалы!» — отметил в уме Торгисл. Сигурд ошеломленный вскочил с места и бегом побежал следом за своими воинами, но Торгисл лихо схватил его крепкой ручищей за шиворот и бросил на лавку.

— А ты куда?

— Да я…

— Мы еще не поговорили! — улыбнулся Торгисл. На Сигурда было страшно смотреть: руки трясутся, глаза бегают, не зная куда деться, а сердце настолько лихо тарабанит грудь, что слышно на весь дом. Торгисл спокойно сел за стол, подтянул к себе кружку, налил мед и повернулся к рабыням, которые уже привыкли к такой северной ярости и по опыту, просто отходят к стенке дома, ожидая команды вождя. — Девочки, покиньте дом! — когда все до единой рабыни вышли из дома, Торгисл мягко посмотрел на Сигурда и спросил. — Ну как тебе мой Йорвик?

— Хороший город.

— Хотите тут жить?

— Нет. Благодарю! — Сигурд чуть отшатнулся назад на лавке. Страшно.

— В смысле? Как нет? Что ты скажешь своему отцу, Сигурд?

— Я не знаю! Что я должен ему сказать?

— Ты скажешь ему, что земля моя богата и очень хороша! Я предлагаю разместить здесь совершенно в дар пять тысяч воинов Дьярви! Они будут накормлены и одеты. Но все они должны быть под моим командованием, несомненно каждый воин останется служить Дьярви! Все воины должны прибыть на драккарах в залив Йорвика и корабли останутся здесь для будущих набегов.

— Да, Торгисл! Конечно же! Конечно мой друг! Мой брат! Братишка! — начал Сигурд, но Торгисл снова прервал его.

— Ты завтра же отправишься домой и когда прибудешь сообщишь это своему отцу! Мы договорились?

— Да! Я все понял! Моему отцу понравится эта идея! Конечно же! — Сигурд явно успокоился и почувствовал себя очень важным человеком.

— Ну а сегодня, Сигурд, сын короля Дьярви, мой дом — твой дом! Пей сколько влезет, ешь досыта и трахай девок до посинения! Все твое! Завтра утром поднимайте паруса и отправляйтесь домой!

— Отлично! — улыбнулся Сигурд.

— А я покину тебя! Сегодня в доме оставайся со своими воинами! — Торгисл положил огромный топор, что был снят со стены, на стол и улыбнулся. — Приятного вечерка!

Он встал из-за стола и, шатаясь из стороны в сторону, спокойно вышел из дома. Через несколько минут в дом вошли все воины Сигурда и, все также смеясь и болтая, уселись за стол. Снова затрещала болтовня, начался разливаться хмельной мед, а еще через несколько минут по указу Торгисла, самые лучшие рабыни Йорвика полезли к воинам под стол.

Торгисл отправился в сруб напротив своего дома, где ночует обычно охрана. Он вошел внутрь и закрыл за собой тяжелую дверь. Внутри сруба одна рабыня, которая обслуживает этот бревенчатый домик и двор! Ей велено убирать дерьмо за лошадьми с площади и готовить еду воинам. Как-то помнится, воины Ниялля сильно возмутились, когда тот поставил девку убирающую дерьмо готовить им ужин! Но когда Ниялль пошутил о том, что велит им жрать лошадиное дерьмо, а девке даст работенку приглядывать за этим, то почему-то все сразу замолчали. Странные эти викинги!

— Здравствуй! — улыбнулся Торгисл рабыни.

— Здравствуй, вождь! Приготовить чего-нибудь? — уставшая девушка посмотрела на старого викинга и тяжело зевнула.

— Спать хочешь? — Торгисл подмигнул рабыне. — Ступай ложись! Я сам себе приготовлю! — он махнул рукой в сторону лежака. — Ну же! Не бойся, ступай! — рабыня поклонилась ему и пошла на лежак.

Ей было страшно и неспокойно, но чувство усталости перебивало эти ощущения, и девушка очень быстро уснула. Торгисл дождался, когда рабыня засопит во сне, легко подошел к ней и закричал во весь голос на ухо

— А НУ ВСТАТЬ!!! ХОЗЯИН ПРИШЕЛ, ДРЯНЬ!!! ПРИГОТОВИТЬ МНЕ ЕДУ И ВАЛИ СПАТЬ К СВИНЬЯМИ!!!!! Развалилась тут как дома! Собака плешивая!

Он схватил рабыню за волосы и бросил на пол. Девушка зарыдала и буквально поползла к столу, готовить ужин для своего хозяина. Торгисл уселся на деревянный стул и, вытащив свой топор, стал его медленно точить, не спуская глаз с рабыни.

Сигурд и его воины пьют в доме конунга. Слышен смех женщин и громкие возгласы мужчин. Дверь дома со скрипом открылась, молодой викинг вышел на улицу. Он чуть снял штаны и выдохнув облегченно, помочился на старый трухлявый пень, что стоит здесь для рубки голов курам. Когда Сигурд открыл глаза перед ним стояла Астрид Пестрокрылая. В черном плаще с огромным капюшоном. Она медленно сняла с себя капюшон и улыбнулась мужчине.

— Ты кто? — удивленно спросил Сигурд. Он даже протер глаза, пытаясь прогнать пьяную муть.

— Богиня! — ласково шепнула Астрид.

— Богиня?! — воскликнул викинг и от удивления открыл рот. — И правда Богиня?!

— Конечно! Разве не видно? — улыбнулась девушка и сделав шаг в сторону Сигурда, вонзила ему холодный клинок в живот!

Она наклонилась над его ухом и шепнула: «Торгисл передал тебе привет». С этими словами, Астрид развернулась, зашла за дом и скрылась во мраке ночи. Викинг попытался задержать рану, но от хмельного меда, кровь хлещет так, что остановить ее практически нереально. Он, держась за живот быстро влетел в дом и завопил воинам.

— Убили! Меня убили! — с этими словами Сигурд грохнулся на пол.

Все мужчины тут же соскочили со своих мест и подбежали к нему.

— Кто это сделал? — спросил один из них.

— Я видел Богиню! Богиню видел! Торгисл послал ее убить меня!

— Кажется он бредит! — один из воинов положил ладонь под голову Сигурда и наклонился как можно ближе к его лицу. — Это сделал Торгисл?

— Тооооргисл! — глухо, буквально провыл, мужчина и вытянул перед собой руку, пытаясь что-то схватить. Еще мгновение, он обмяк, сделал идиотское выражение лица… И умер…

— Нож отравлен был? Ножом его? Кажется, его убил Торгисл! Нужно уходить! За оружие, идем к драккарам! Уходим! — закричал воин. — Убейте шлюх! Они все видели!

— Биться не будем? — спросил другой.

— Мы не знаем сколько у этого конунга воинов! Нет, уходим, нужно сообщить Дьярви об убийстве его сына! Да убейте уже этих гребаных шлюх!!!


Ранним утром драккары медленно отошли от берегов Йорвика. Никто их не увидел. Весь город мирно спал. Когда Торгисл проснулся он первым делом пошел в свой дом. На деревянному полу лежит убитый Сигурд. Вокруг мертвые рабыни. Всюду кровь. Старый викинг с безумием на лице, что есть сил бросился к заливу. Он буквально пролетел несколько улиц и встал на краю холма, вглядываясь на залив. Драккаров нет.

— БЛЯДЬ!!! БЛЯЯЯЯЯДЬ!!!!!! — закричал во весь голос Торгисл и схватился за голову. — ВОТ БЛЯДЬ!!!!

## Глава 11. Сыны Англии

Раннее утро совсем недоброе. Небо затянуло черными тучами, кажется вот-вот начнется проливной дождь. Ветер завывает так, словно северяне затрубили боевой клич в бычий рог. Все викинги лежат пьяные от хмельного меда кто где. Один рыжебородый воин заснул прямо на земле, уронив свою голову в чан с внутренностями свиньи, которую вчера забили здесь под всеобщее победное гуляние. Ниялль, открыв широко рот и закинув руку на глаза, громко храпит на овечьей шубке. У его ног спят еще несколько воинов. Вообще, если представить эту картину, можно подумать, что все они уже мертвецы, а у берега реки совсем недавно была битва. Единственное, что отгоняет эти мысли, это отсутствие крови и порубленных тел на земле. Первая битва была уже на холме, поэтому берег чист и невинен.

Ниялль открыл глаза от капель дождя. Он застонал протяжно и, захрустев суставами рук, тяжело поднялся на ноги. Первым делом Ниялль огляделся вокруг своего лежака. Взгляд упал на аккуратно поставленную кружку. Конунг наклонился, поднял ее и понюхал содержимое. От сочного аромата хмельного меда в горле сразу пересохло! Конунг опрокинул в себя весь напиток, вытер рукавом рубахи остатки с бороды, медленно вдохнув свежий воздух полной грудью, посмотрел на берег реки.

— Где корабли? — от удивления буквально выкрикнул конунг. Он сделал несколько быстрых шагов вперед, поставил руки в бока и огляделся по сторонам. — Где наемники? — и правда, кроме северян на берегу, больше никого нет.

Кораблей тоже как не бывало. Ниялль задумчиво и очень удивленно посмотрел на небо и когда до него дошло, что всего золота, серебра и даже шкур, тоже нет, он в ярости стал подбегать к спящим викингам и пинать их со всех сил.

— Встать, ублюдки! Подъем я сказал! Ты? — закричал он одному воину, схватив его за одежду. — Где золото?? Где корабли???! Встать!!! — викинг ошарашенно огляделся.

Ему было крайне непонятно, что тут происходит и почему конунг брызжет слюнями ему в лицо.

— Вождь! — начал воин.

Ниялль размахнулся головой и вдарил лбом мужчине прямо в нос. Хрящи предательски хрустнули, и воин пытаясь остановить кровотечение схватился за лицо. Конунг стал подбегать к остальным мужчинам, многие их которых от шума уже проснулись и стали подниматься на ноги. Один коренастый молодой воин встал с теплой шкуры, потянулся и сказал.

— Да чего случилось?

— Чего случилось??! Ублюдок! Ты видишь здесь наше золото и корабли? Может ты и наемников видишь? — Ниялль подошел к нему вплотную, так, что воин вытянул шею в сторону насколько это было возможным, только бы не задохнуться от зловонного дыхания своего вождя.

— Но, вождь! Ты же сам вчера с Солнцеславом разговаривал! Вы договорились и он со своими воинами ушли по реке! — удивленно ответил мужчина.

— Что? Разговаривал? Я?

— Да. Ты же поспорил с ним, что пешком дойдешь до побережья моря быстрее, чем он доплывет на кораблях! Если ты проиграешь, то они забирают все золото. Ты был пьян, вождь! Наши тебя отговаривали, но ты велел всем заткнуться и сгрузить все золото на корабли наемников. А потом просто пошел и завалился спать.

— Кто-то еще это видел? — Ниялль вытянул вперед руку с топором и обвел взглядом мужчин. Почти все из них подняли руки и согласно закивали. Конунг схватился за голову и сел на землю. Он просидел в таком положении несколько минут, пока один из викингов не поднес ему чан с водой. Ниялль аккуратно взял его и медленно высморкался. Дождь уже с приличной силой стал рассекать воздух и падать на северян.

— Всем взять оружие! Идем обратно в город, нужно переждать дождь! После полудня выдвигаемся! — сказал он, закончив умываться, и отставил в сторону чан.

— Пешком, вождь?

— Пойдем вдоль реки! Что встали?! Все за мной! — конунг махнул рукой, поднялся и, повернувшись к городу, стал подниматься на холм.

Все мужчины медленно последовали за ним. Кто-то изрядно бранится. Некоторые еще даже не успели проснуться. Но большинство из них, качаясь, несут в руках новую порцию недопитого вчера хмеля.


К полудню тучи разошлись и на небе появилось солнце. Оно слегка припекает землю, но не жарит. Викингам даже почудилось, что они на родной северной земле, где солнце греет холодно и тускло. Но это была Англия… Город Джарроу. Несколько викингов усердно поднимают среди остальных воинов недовольство в адрес Ниялля. Сам конунг, тихо похрапывая спит на открытом сеновале, что находится возле пустой конюшни. Наконец, северяне решили, что все проблемы исходят из-за глупого конунга и несколько сильных мужчин вызвались решить этот вопрос раз и навсегда. Они подошли к спящему Нияллю и, схватив его за руки, подняли на ноги. Конунг сначала пытался вырваться из крепких рук здоровенных мужчин, но те вывернули его локти за спину так, что связки растянулись до упора, блокируя любые телодвижения.

— Ублюдки! Вы что делаете? — закричал конунг, брызжа слюнями. — Всех перебью, крысы!!!

— Заткнись! — ответил один из викингов и сильнее вывернул его руку. Ниялль зажмурил глаза от сильной боли и прокусил губу. — К столбу его, мужики! Раздевайте!

— Раздевайте??! — завопил конунг. — Вы че, ублюдки?!!! Отпустите!!! — но викинги спокойно стянули с дергающегося в разные стороны вождя всю одежду.

Кто-то подал тяжелую веревку. Мужчины поставили голого конунга возле столба и накрепко привязали его к нему.

— Ну… — начал один из викингов. — Ты тут не скучай! А мы домой! — Ниялль бы и плюнул ему в рожу, да только сначала нужно избавиться от кляпа во рту.

По сему ему не осталось ничего иного, как просто загудеть проклятия да задергаться, пытаясь освободиться от веревок. Но все тщетно. Умелые воины перемотали его тело корабельными веревками настолько крепко, что даже человек со свободными руками не сможет развязать их. Только топором или хорошим ножом. Северяне бросили своего вождя в одиночестве и направились к побережью через горы. Статус «короля мятежников» достался одному из воинов, Орму, который ходил в набеги бок о бок с ныне убитым Палем, сыном Йодура, бывшего вождя Йорвика.

— Все за мной! Не дадим больше всяким уродам управлять нами! Мы свободные люди, воины, чьи сердца закалены суровым севером! В наших жилах течет кровь самих Богов! — закричал во весь голос Орм, когда мужчины поднялись уже высоко в горы, откуда открывается великолепный вид на город.

Да-да… Где-то там к столбу привязан до крайности озлобленный Ниялль. Его тело не греют одежды, а над головой уже кружатся черные вороны.

— Слава Орму!!!! — закричали в один голос викинги и высоко подняли свои топоры! — Слава! Слава! Слава Орму!!! — сам воин от такой похвалы в свой адрес разошелся не на шутку.

Он возомнил себя одним их Богов, высоко задрал голову и, переняв некоторые повадки Ниялля, раскачиваясь пошел впереди всех викингов. Мужчины последовали за ним. Слева бежит широкая река, было решено идти по горам вдоль нее, чтобы не сбиться с пути. Всего несколько минут и все войско викингов скрылось за горизонтом.

Орм — сын Скьельда, кузнеца, что когда-то первым из всех смог выковать крепчайшие мечи на севере. Говорят, до сих дней ни один из его мечей не был сломлен в бою, тогда как другие хрупки и ненадежны. Именно поэтому викинги в большинстве своем используют топоры. Они по крайней мере не ломаются. Когда Орм был еще совсем маленьким, его мать изнасиловали соседи, после большого праздника, перепив хмельной браги. Скьельд ввязался с ними в бой и положив не менее десяти крупных мужчин был проткнут насквозь мечом своего же изготовления! Тогда маленький Орм остался совсем один, его взяли к себе эти же соседи, чтобы избежать наказания со стороны вождя. Весь город следил за судьбой мальчика и тот рос в заботе и сытости. Стоило мальчику пожаловаться на своих опекунов, как их тут же пороли плетьми прилюдно на площади. В пятнадцать лет Орм впервые отправился в свое плавание, потерял несколько пальцев в бою и левое ухо, которое ему отрезал ножом враг. Сейчас Орм чувствует себя крайне важно, сердце от радости бьется так, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Еще бы, каждый северянин знает, что жизнь дана для того, чтобы добиться огромных высот! И вот, сегодня, Орм может позволить себе выбиться среди остальных викингов, показать себя и стать ближе к Богам. Войско северян скрылось за крутыми холмами. Пропали крики мужчин… А за их спинами мягко рассеялся город Джарроу, где с кляпом во рту, совершенно голый, к столбу привязан конунг Ниялль.


— Мой господин, похоже на город уже напали! — тощий воин вытянулся во весь рост перед всадниками, гордо выпятив грудь вперед.

Не менее тысячи пеших мужчин и около сотни всадников поднялись на холм с обратной стороны города. Джарроу полыхает в огне. Даже отсюда видно, как на главной площади беспорядочно валяются изрубленные тела мирных жителей. Местный король, Алфорд, вернулся с подмогой. Этот пожилой мужчина не мог поверить своим глазам, панический ужас охватывал его от ушей до пят, заставляя дрожать словно от лютого холода. Он даже не услышал, что сказал ему воин.

— Ты в порядке? Похоже северяне уже ушли. — обратился к нему крайне седой, но еще молодой мужчина на черном коне.

Это его брат, Брендон, он правит соседним королевством. Именно к нему побежал король Джарроу за подмогой, когда до него дошла весть о том, что безумные воины севера идут грабить и убивать. Войско, что сейчас ждет команды своего короля за спинами всадников, принадлежит именно ему.

— Ты свободен! — махнул Брендон рукой воину, который вмешался в их разговор и тут же снова обратился к брату, положив свою руку, украшенную дорогими перстнями, на его плечо. — Брат, твой город сожгли, и я не вижу здесь северян! Нужно возвращаться, поживешь пока у меня, и мы вместе решим, как поступить дальше. Ты согласен?

— Моя дочь, Виктория…

— Ее скорее всего убили! Хотя… Я слышал, что эти северяне увозят красивых девиц к себе и продают в рабство! Или приносят в жертву своим Богам, — ухмыльнулся седой король и тут же поняв, что сказал обидное, попытался перевести тему. — Хочешь посмотреть, что там?

— Да, — начал Алфорд, — я желаю посмотреть и убедиться, что среди трупов нет моей дочери.

— О дочери ли ты беспокоишься брат? Я всегда знал… Нет! Мы всегда знали, что Виктория не дорога тебе. Ты никогда не хотел любить ее и воспитывать. Если дело в золоте, скажи прямо не таи от меня такие важные вещи. Сам ты все равно не утащишь добро, да и тащить тебе его некуда! — Брендон деловито раскинул в стороны руки и подмигнул Алфорду.

— Это мои монеты! И мое золото! — огрызнулся тот и, пнув лошадь в бока, помчал ее вглубь города.

Брендон зловеще ухмыльнулся и махнул рукой воинам, в знак того, что нужно идти следом. А сам остался на холме, тяжело обдумывая грядущее решение.


Сотни трупов изувечены топорами до неузнаваемости. Викинги умеют нагонять страх на своих врагов. Даже бывалые воины, увидев столь ужасающее зрелище невольно дергаются от мурашек на своих могучих телах. Алфорд прогнал лошадь по узким улочкам города и выехал на главную площадь. Трусливый король издергался в седле. Ему все время кажется, что вот-вот из домов начнут выбегать злые бородатые мужчины и непременно зарубят его острыми топорами. Но город пуст. Здесь нет никого… Никого… Кроме голого Ниялля, который тупо заснул в привязанном к столбу состоянии. Кажется, что ему вообще здесь комфортно и даже кляп во рту не мешает усердно храпеть. Алфорд соскочил с коня и выхватив нож из ремня быстро подошел к спящему конунгу. Он ударил его легонько по щеке и шустро сделал шаг назад. Ниялль открыл глаза.

— Ты кто? Почему привязан здесь, а не убит как все остальные? — Алфорд протянул к его лицу руку и сдернул кляп.

Ниялль широко зевнул, усердно разминая сухожилия и мышцы лица. Так же неторопливо конунг осмотрел короля с ног до головы.

— Слушай, друг, честное слово, я не понимаю твоего языка! Терпеть не могу Англичан! — Ниялль усмехнулся и посмотрел на нож в руках Алфорда. — Разрежь-ка веревки! А? Понимаешь меня?

Король, открыв рот не мог проговорить и слова пока не услышал за спиной приближающиеся шаги воинов и громкие мужские разговоры.

— Ты знаешь, куда твои понесли золото? Нашли ли они его? — украдкой спросил Алфорд у Ниялля уже на их языке.

— Знаешь мой язык? — удивленно переспросил конунг. — Аааа! Кажется, я понял, это о тебе говорила… Как ее там? Виктория? Точно! Виктория! Ты никак ее отец, что забил шлюху из наших земель? Не?

— Замолчи! Так знаешь или нет? Я освобожу тебя и скажу, что ты один из моих людей, если дашь слово, что поможешь вернуть или вывезти золото из города!

До Ниялля дошло, что этот странный трусливый старик просто боится за свое золотишко и решил подыграть ему, заодно и сохранить свою жизнь.

— Конечно, дружище! Развязывай!

— Я развяжу тебя, но ты молчи! Вообще молчи, если воины узнают, что я сохранил жизнь одному из викингов, мы с тобой покойники! — дрожащими руками от страха и рассеянности, Алфорд перерезал веревки и освободил Ниялля.

В этот момент к ним подошли несколько воинов, один из которых поклонился королю и с сомнением посмотрел на конунга.

— Господин! Все хорошо? Кто это?

— Один из моих людей, он выжил и поможет нам узнать, что здесь произошло. Правда он сейчас в шоковом состоянии, бредит и боится! Нужна одежда, мы ее пока поищем, а вы ступайте и осмотрите город! — брякнул Алфорд сделав важный вид.

— Да, господин! За мной! — крикнул воин другим бойцам, и они удалились дальше вглубь площади. Алфорд дождался пока мужчины совсем скроются из виду и повернулся к Нияллю.

— Я знаю ваш язык действительно потому, что жил с одной из ваших! Где моя дочь?

— Я убил ее, прям вот так! — Ниялль замахнулся, изображая как убивает несчастную девушку. —Представляешь, что эта шлюха хотела? К нам! Я, говорит, одна из вас! — он ухмыльнулся и заглянул в глаза королю — Хотя, я был бы не прочь ее трахнуть!

Алфорд ошарашенно сделал шаг назад и невольно схватился за рукоять меча, что свисает на кожаном ремне.

— Ты убил свою женщину и одну из наших, я убил твою дочь. Мы в расчете! — продолжил Ниялль. — Мне нужен топор! Мой топор, куда же они его бросили? — конунг повернулся кругом, рассматривая окровавленные трупы. — А! Вот же он! — радостно вскрикнул мужчина и подошел к одному из убитых, рядом с которым лежит одежда, что викинги стянули с Ниялля, и его топор.

— С ума сошел? Тебе нельзя одеваться в вашу одежду! — с еще большим ужасом проговорил Алфорд.

— Пошел ты! Придурок! — с интонацией выговорил Ниялль, одевая свои одежды.

Лихо он надел штаны и накинул на себя теплую одежду. Так же быстро викинг засунул топор через ремень, развернулся и бегом побежал к домам. Через минуту он скрылся в глубине узких улиц.

## Глава 12. Затишье

Торгисл с ноги открыл дверь в свой дом. Утро совсем недоброе. В голову лезут непонятные мысли и образы… Да-да! Эти нахлынувшие сомнения в правильности выбранного пути доводят мужчину до крайности. Почему-то именно сейчас Торгислу стало страшно за то, что творится в его жизни. Король Северян скоро узнает о том, что его сын был убит в Йорвике. И тогда огромное войско разъяренных мужчин придет на свои драккарах в порт города. Они будут убивать каждого мирного жителя медленно и жестоко до тех пор, пока один из них не выдаст Торгисла и его отряд. Бежать? Но что дальше. Вскоре все северные земли будут знать о том, что отряд этого старого викинга разыскивается королем северян за подлое убийство. Да пусть подлое: всем искренне наплевать на короля и его семью… Но не наплевать на солидное вознаграждение, которое гарантирует Дьярви тому, кто поможет поймать старого ублюдка Торгисла.

— А может принять бой?! — спросил сам у себя викинг и, тут же схватившись за голову, понял, что сказал полную чушь.

Воевать малым отрядом против десятков тысяч воинов? Не это ли наиглупейший поступок? Торгисл, качаясь, подошел к дубовому столу. Пахнет старьем. Здесь сыро и темно. Он подвинул к себе деревянную кружку и небольшое бочкообразное ведерко с хмельной брагой. На полу все так же валяется убитый Сигурд. Много крови. У стен мертвые девки. Воины Сигурда зарубили их топорами. Одна из девиц по всему видимо пыталась доползти до двери, да так и померла, оставив за собой кровавую линию. Торгисл со злость бросил пустую кружку в тело Сигурда и взяв обеими руками ведерко с брагой, стал жадно вливать в себя этот перекисший напиток. Едкое зелье быстрыми ручьями побежало по усам и бороде, закапало звонко на пол. Торгисл чуть было не захлебнулся, закричал во всю глотку и, отбросив в сторону брагу, быстро выбежал из дома. На крик мужчины сбежались воины. Один из викингов выхватив топор буквально подскочил к своему вождю.

— Что-то случилось? — он огляделся подозрительно по сторонам и поняв, что врагов тут нет, сложил свой топор обратно за поясной ремень. — Мой вождь! Торгисл? Что произошло?

Торгисл поднял суровый взгляд на стоявших рядом мужчин. Он медленно осмотрел их и задумчиво почесал затылок.

— Сигурда убили. И шлюх!

— А его воины? — удивленно спросил один из викингов почесывая свою бороду. — Где его воины? Я надеюсь они не ушли?

— Ушли! Как есть ушли! — Торгисл вытянул руку в сторону залива и треснул себя ладонью по лбу. — Блядь! Так и знал, что эта шлюха…

— Эта шлюха? О ком ты? — спросил воин, который подскочил к Торгислу самый первый.

— Так! Всем приготовить коней! Идем в Герд! Полная боевая готовность, сегодня мы перебьем всех, кто встретится на нашем пути и сожжем соседей дотла! Во имя Одина! Что встали, ублюдки? Кому сказано седлать коней!!!! — брызжа слюнями закричал Торгисл и выхватив топор грозно посмотрел на своих воинов.

Те немного замешкались, кто-то откашлялся виновато и весь отряд поспешил удалиться в конюшню. Старый викинг дождался пока все исчезнут с главной площади и с кислой миной отправился обратно в дом. Допивать брагу.


Астрид добралась до въездных ворот Герда. Воительница лихо соскочила с коня и затарабанила в деревянную дверь. Через несколько минут маленькое окошко открылось и на нее уставился один из наемников Солнцеслава.

— Открывай же ворота! — грозно закричала Астрид своим писклявым женским голоском.

— Подожди! — рявкнул наемник и с шумом закрыл окно.

Послышались звуки мужских шагов по деревянным лестницам: кто-то поднялся на вышки. Еще мгновение и с обеих сторон въездных ворот воины свесили мешки. По чьей-то команде они перевесили их через сухие доски и высыпали содержимое к ногам Астрид. Окровавленные головы ее воительниц глухо покатились по земле. Эти смешные гримасы девушек заставили Астрид вскрикнуть. Руки моментально вспотели и все тело затряслось от страха. Она, ничего не соображая, вскочила на свою лошадь и со всех сил погнала ее подальше от этого ужаса. Несколько стрел вылетело следом за ней. Одна из них попала девушке в плечо, и она кубарем слетела в овраг. Столб пыли медленно рассеялся и краем глаза Астрид успела проводить удаляющуюся вдаль лошадь. Даже здесь, в овраге, слышно, как скрипят открывающиеся двери ворот Герда. Астрид схватилась за плечо и, укусив себя в руку, завопила от боли. Кровь жжется. Наконечник стрелы где-то там… У самой кости… Скребет по плечевому суставу. «А если отравлена?» — со страхом приходят мысли в голову девушки и тут же исчезают от новой волны боли.

— Попал! Я же говорю, видел, как слетела с кобылы! — послышался голос одного из наемников.

— Сейчас посмотрим! — ответил второй и уже через несколько секунд на Астрид уставился здоровенный голубоглазый мужчина. Его русые волосы как попало лежат на голове. Под глазом красуется рваный шрам. Дар войны. — Привет! Чего убегаешь то? Стрелять приходится! Сильно задели тебя? — он улыбнулся и подмигнул девушке. Астрид, пытаясь скрыть свой страх и дрожь, поднялась на ноги.

— Вы убили всех моих воительниц!!!

— Ты убила нашего воина. Отличного воина! — так же спокойно ответил голубоглазый наемник.

— Всего одного! Ублюдка, который пытался изнасиловать меня! А вы убили десятки девушек! — закричала Астрид и схватилась за плечо, которое завыло от резкого движения.

— Наш воин не пытался тебя изнасиловать. Не так мы воспитаны! К чему ложь? И поверь… Будь твоих воительниц хоть тысяча, они не стоят и одного нашего бойца. — вмешался уже другой наемник и быстро спустился в овраг к девушке.

Он размахнулся и вдарил ей по затылку огромным кулаком. Сознание Астрид затуманилось, ноги подкосились, и она с грохотом упала на землю.


По извилистой каменной дороге отряд Торгисла направляется в Герд. Воины в полном вооружении. Создается ощущение, что мужчины и лошади слились в одно целое… Небывалая ярость, грубость и запах смерти. Да! Запах сотен убитых…. Он преследует каждого из отряда. Впереди всех мчится Торгисл. Его черный конь с облезлым белым хвостом то и дело спотыкается, получает удар плетью и с криком снова несется вперед. С еще большей яростью. Все остальные воины неуклонно следуют за своим вождем. Как призраки. Как мертвецы. Однажды в дальних странствиях Торгисл и его отряд на дряхлом судне подошли к берегам неизвестной земли. Их драккар не выдержал бы еще одного плавания, доски палубы прогнили насквозь, борта разбиты, а мачта подобно тонкой ветви была сломана пополам от шторма. Земля, к которой они подошли была пуста… С одной стороны! А на другой было целое поселение рыбаков. Не меньше нескольких десятков людей, все мирные жители: женщины и дети. Мужчины в это время ловили рыбу неподалеку от берега. Торгисл велел сжечь здесь все дотла. Холодно и зло воины из его отряда молча исполняли приказание вождя. Каждого жителя этого поселения убивали без жалости и сомнений. Когда рыбаки увидели огонь и дым над землей то поспешили вернуться…. На берегу их уже поджидал Торгисл со своими воинами. Нагло ухмыляясь и потирая здоровенные ладони, викинг велел мужчинам сойти на берег. Рыбаки повиновались и были жестоко убиты. На их лучшем драккаре отряд Торгисла снова вышел в море и исчез за горизонтом, оставив позади себя десятки убитых людей… Разрушенные судьбы… Кровь и огонь.

— Торгисл! — один из воинов сравнял свою лошадь с вождем и указал рукой в сторону дороги. Там несколько неизвестных мужчин разделывают убитого оленя. Герд уже где-то близко, но насколько известно Торгислу в городе практически нет мужчин. Только наемники! Но эти не похожи на воинов с далекой Руси. Отряд Торгисла сравнялся с неизвестными, которые уже встали вокруг своей добычи и повытаскивали топоры. Торгисл спрыгнул с лошади и подошел к ним почти вплотную.

— Так-так! Шесть мужиков на одного оленя? Вы что тут делаете? Разделываете его или насилуете? Ха-ха-ха!! — он нагло отодвинул плечом одного из мужчин и плюнул на тушу животного. — Че молчим, ублюдки? Кто старший?

— Ну я! — один из мужчин поднял высоко голову и крепче сжал свой топор.

Его глаза извергают омерзительную злобу и ненависть ко всему живому. Это видно сразу. Руки чуть дрожат. Но не от страха. Нет! Они дрожат он злости. Этот мужчина не северянин, хотя по нему сразу видно, что профессиональный воин старой закалки. Такие выживают одни среди сотен тысяч на поле боя.

— Проваливайте своей дорогой и нам не придется сегодня убивать вас. — он сплюнул в ноги Торгислу и сделал шаг вперед. — Проваливай ты и твои собаки! Вон с моей дороги!

— Ого-го!!! — восхищенно вскрикнул Торгисл и поднял руки к небу. — Хвала вам великие Боги! Ну наконец то! Наконец то!!! Уххху!!! Как же я долго этого ждал!

— Чего? — удивленно спросил этот же мужчина, совершенно не понимая, что происходит. От неожиданного действия Торгисла все мужчины вокруг мертвого оленя странно отступили в сторону. — За что хвала? Да что же…

— Я столько ждал! Ээээх! Прямо легкий ветерок в сердце после долгого штиля. Мужики! — громко крикнул Торгисл своим воинам. — Валите этих полудурков! — он махнул рукой, давая понять, что пора бы уже исполнить приказание.

Недолго думая с воинскими криками, викинги соскочили на землю и приняли убивать ошарашенных мужиков. Некоторые из них даже не успели поднять своих топоров, как в голову прилетело сырое железо. Сам Торгисл с огромным удовольствием прикончил двоих мужчин, включая того, с которым беседовал. Когда вокруг остались лежать одни трупы отряд снова двинулся дальше по дороге, подняв столб пыли. До Герда осталось совсем немного.

## Глава 13. Не злите конунга

Войско северян вышло к побережью моря. Соленый ветер хлещет лицо, сушит его морской солью и тут же омывает брызгами волн. Тихо и спокойно. Где-то там за морем находится их родная земля! Север. Женщины готовят вкусные блюда, детишки бегают по улице, размахивая деревянными палками и в полный голос смеются. Там… Да-да… Где-то там. А здесь вражьи берега, измученные братья и отсутствие еды. Викинги шли долгое время, тропами оленей и зайцев, устали и изголодались. Все надежды были исключительно на небольшую провизию, что оставалась на их драккарах да то, что смогут поймать в пути. Орм, воин, что решил взять бремя управления войском на себя, свесив голову, спотыкаясь, плетется вперед, не глядя. Настроение в ноль. Остальные викинги, наблюдая за унылым новоиспеченным вождем еще сильнее вгоняют себя в дурное настроение. Кто-то в толпе сказал: «Эх… сейчас бы сюда Ниялля. Быстро бы все оживились». Другой подхватил: «Да уж. А может зря мы его к столбу то?». И снова молчание. Когда викинги зашли за мыс, который скрывал их драккары то все как один замерли в оцепенении. Вместо могучих деревянных кораблей по мокрым камням бьются обгорелые доски да тряпки. Все драккары сожжены дотла.

— Орм! — протяжно, буквально воя, один из мужчин протянул руку в сторону мыса, схватился обеими ладонями за голову и упал на колени. — Орм! Да как же так-то!!! Наши драккары!

— Вижу! — огрызнулся Орм и все его тело охватила нервная дрожь.

— Что ты видишь, урод? — раздался за его спиной голос огромного викинга. Один из лучших воинов Йорвика. Он положил руку Орму на плечо и сильно сдавил его пальцами так, что все кости и сухожилия захрустели, перебивая шум морского прибоя. — Зря мы, братцы, конунга своего бросили! Он бы нас выручил. Придумал бы как выбраться нам из этой ситуации! Видимо придется всем нам на этой земле погибнуть. Наемники с этим Солнцеславом, это они все сожгли. Утащили наше золото и корабли огню предали.

— Но ведь Ниялль же и велел золото сгрузить им на драккары? — возразил другой воин.

— Конечно! — снова отозвался здоровяк. — Только вы сами подумайте, глупцы, сколько бы Ниялль не делал странного, всегда оказывалось, что так и нужно было сделать! Видимо был у него план тайный, а мы предали его. Горе нам теперь! Боги наказывают! Корабли сожгли и на нас огонь найдется! — викинг положил руку на топор и со злостью посмотрел на Орма. — А в этого ублюдка видимо сам Локи вселился! Убейте же его!

— Меня??? — завопил мужчина и выпятил глаза.

Через несколько секунд в его голову прилетел острый топор, который пробил череп и брызги крови легли на бороды мужчин. Один из воинов медленно подошел к убитому, поставил ногу на челюсть и с силой вытащил свой топор. Все викинги одобрительно проводили его взглядами.

— Что дальше делать будем? — спросил у здоровяка пожилой викинг.

— Да! Чего делать то? — подхватил другой.

— А вот что! — отозвался здоровяк. — Нужно нашего конунга выручать идти! Да извиняться все будем! Со всех клятву возьмем, что никогда более не посрамим Богов да не предадим нашего вождя! Все я верно говорю?

Молчание. Здоровяк сделал шаг вперед и во всю глотку закричал.

— Все я верно говорю, ублюдки????!!!!!

— Дааааааа!!! Дааааа!!!! За Ниялля!!! — закричали мужчины и весь отряд, развернувшись последовал за здоровяком, который ободрившись, пошел обратно в сторону леса. К городу Джарроу.


Озлобленный Ниялль поднялся на крутой холм сразу за городом Джарроу. Он уселся возле большого серого камня, в тени которого невозможно разглядеть человека. Отсюда весь город как на ладони. Прекрасно видно каждого воина, что осматривают улицы. Чуть дальше, за старыми сожженными домами дорога виляет вправо и резко поднимается в гору. Там на самой вершине несколько всадников, среди них Брендон, король соседних земель. Воинам, что его окружают, уже выдан приказ убить Алфорда, если тот вернется с золотом. Даже единая монета в его карманах может говорить о том, что этот жадный правитель Джарроу нашел свои денежки и взял несколько монет с собой, дабы найти наемных перевозчиков, которые помогут ему перепрятать сокровища. Ниялль сплюнул на свои ботинки и усердно стал обтирать их друг об друга.

— Одно дерьмо у этих Англичан! Земля отличная, а засрали конкретно. Свиньи! — он злобно сверкнул взглядом в сторону города.

Когда процесс очистки обуви от присохшей грязи не дал эффективного результата, Ниялль в бешенстве вскочил на ноги и со всех сил пнул по здоровенному камню. Резкая боль отдалась в пальцы ног и хрустнув, кость большого пальца уперлась в кожу. Глаза конунга округлились, он инстинктивно сел на задницу и схватился за ногу.

— Блядь! Блядь! Палец сломал! Да блядь же!!! — викинг буквально зарычал от злости и боли. Внизу в городе, двое воинов остановились и оглянулись в сторону места, откуда был слышен голос Ниялля. Они посмотрели прямо на него и один из них, выхватив свой меч, закричал во всю глотку.

— Враг на холме! Враг! Враг! — второй воин поддержал своего собрата и оба они ринулись бегом в сторону конунга.

Ниялль достал топор, моментально забыв про боль сломанного пальца, стал спускаться на них. Но когда следом за мужчинами стали выбегать остальные воины, конунг резко остановился, чуть было не слетев вниз, развернулся и быстрым прыжками стал подниматься повыше в гору. Подальше от толпы разъяренных Англичан. Возле него, буквально плотную, пролетело несколько стрел от арбалетов. Конунг делает выпады то вправо, то влево, пытаясь сбить столку стрелков. Но это тормозит его и несколько сильных мужчин стремительно приближаются. Ниялль поднялся на самую вершину горы и от увиденного там, расплылся в довольной улыбке. Меланхолично, плавно и очень нагло, викинг повернулся к врагам. Поднял свой топор, предупреждая, и воины с сомнением стали сбавлять ход. Это было удивительно, отчего один единственный враг так нагло смотрит на них. Некоторые бойцы даже остановились, не зная, как себя вести в такой ситуации. Ниялль еще раз улыбнулся и махнув топором в сторону Английских воинов, закричал во весь голос.

— В бой, ублюдки! Перебить этих уродов! — ровно через секунду раздался оглушительный крик войска северян, что в самый последний момент успели подойти к городу.

По счастливой случайности они были по ту стороны горы и как раз поднимались к вершине. Сигнал конунга в виде команды перебить Англичан, звучал для них как прощение за предательство и с небывалым задором эти северные воины стали перебивать своих врагов. Викинги очень быстро порубили топорами несколько десятков мужчин, которые преследовали Ниялля, и только хотели обрадоваться победе, как с дальней улицы с криками «За короля!» показалось огромное войско англичан. Около тысячи пеших бойцов с поднятыми мечами, ровным строем двигаются на викингов. Позади них едет сам Брендон, король соседних земель, в окружении всадников. Алфорда, правителя города Джарроу не видно. С почтенного расстояния по боевой команде, сыны Англии как один замерли на месте. Еще через мгновение они расступились в стороны пропустив вперед Брендона и всадников. Король выехал чуть вперед и, вытянув шею, закричал.

— Я хочу поговорить с вашим вождем! — он обвел взглядов викингов.

К сожалению, никто из них не понял, что сказал этот толстый мужик на лошади. Северяне виновато посмотрели на своего конунга, который стоял позади всех, ковыряясь немытыми руками в грязных зубах.

— Что замерли, полудурки? — громко и яростно сказал Ниялль. — В бой!

— Что он сказал? — спросил Брендон у рядом стоящего воина, но тот только пожал плечами.

Не успел король поднять головы, как в его голову со свистом прилетел острый топор. Кровь брызнула на воинов, лошадь заржали от страха и неожиданности, некоторые встали на дыбы. Лошадь короля зарядила копытом по морде другой лошади, та лягнула третью. Все английские воины растерялись и их ровный строй распался. Снова раздался оглушительный рев северян и сотни суровых мужчин бросились на врагов! Они стали рубить их топорами. Больше половины войска Брендона — молодые ребята, которые еще только вчера сосали титьку у своих мамань. Они бросились врассыпную. Дальше свое дело сыграл инстинкт стада, когда взрослые английские мужчины, видя разбегающееся в разные стороны войско, трусливо побросали оружие и побежали следом, стягивая на ходу с себя тяжелые кольчуги, чтобы было удобнее бежать. Викингам не пришлось долго биться, так как оставшихся воинов перебили в два счета.

Ниялль неторопливо доковырялся в зубах, встряхнул плечи и крепко сжав топор пошел к своим воинам, которые с песней добивают полуживых бойцов. Викингов очень развеселило бегство Англичан и от собственной значимости они явно возгордились. Краем глаза конунг заметил силуэт человека в переулке, который выпятил на Ниялля испуганные глаза, послышался шум падающего на бегу тела, громкое ругательства и протяжный стон распластавшегося на дороге мужчины. Ниялль медленной походкой, раскачиваясь из стороны в сторону двинулся следом. Через пару минут он заметил ноги Арфорда за дверью сарая. Конунг ухмыльнулся и со всех сил метнул свой топор в старые доски. Острая сталь воткнулась по самую рукоять, а правитель Джарроу буквально закричал от ужаса.

— Христос, спаси родненький! Не знаю я другого отца кроме тебя! Люблю, каюсь, спаси меня бедного! Раба твоего несчастного! — закричал толстый правитель протяжно завывая.

Все лицо моментально опухло от слез, оно покраснело и стало похоже на задницу овцы. Ниялль подошел к двери, открыл ее и с размаху врезал Алфорду кулаком прямо в нос. Тот тут же заткнулся, схватился за лицо пытаясь остановить кровотечение и с грохотом свалился на землю. Свернувшись клубком, он сильно задрожал и стал вслух читать бессвязные молитвы.

— Ублюдок, встань на ноги. — Ниялль поднял к небу лицо и закатил глаза. — Боги!! Ну почему мне вечно попадаются они дебилы? — викинг подошел к двери и вытащил свой топор. — Если не встанешь, я тебя убью! — медленно сказал он Алфорду, но тот даже не шелохнулся.

Тогда конунг, недолго думая, размахнулся и со всех сил всадил топор несчастному правителю в спину. От удара, открыв беззвучно рот, Алфорд вытянулся как по струнке, получив следом удар топором по голове. Ниялль вытер лезвие топора, сплюнул на бесполезное тело толстого мужчины и пошел обратно к своим бойцам. В какой-то момент ему стало так хорошо и спокойно, что впервые за долгое время викинг запел веселую песню:

«Старые Руны

Танцуют на теле —

Убитых мною,

Врагов…

Я топором

На них нарисую, —

Дань для своих

Богов!»…

Ниялль вдохновился песней, улыбнулся широко-широко, раскинул руки в стороны и буквально крича продолжил петь:

«Бойтесь, бегите,

Подходят драккары —

К вражьи лихим

Берегам…

Вы поскорее

С земли уходите, —

А золото с элем

Оставьте нам!!!»

_Хахахахахахахаха!!!! — засмеялся Ниялль и его смех скользнул по всему городу Джарроу.

Как раз последний переулок. Конунг вышел обратно к горе, возле которой столпилось все войско северян. Викинги с недоумением и восхищением смотрят на своего вождя. Не слышно даже шепотов. Каждый из них боится начать что-то говорить и каждый чувствует вину перед Нияллем за предательство. И конунг это явно заметил.

## Глава 14. Расплата

Астрид очнулась, привязанной к столбу в центре Герда. Вокруг ни единой живой души. Тишина. Ей жутко холодно, несмотря на лето, земля ледяная. Руки вывернуты так, что кажется кости вот-вот проткнут нежную кожу девушки. Сухожилия ноют и нервно дергаются в легких судорогах. На одну ногу ей пристегнули цепь со старой ржавой наковальней. Видимо для того, чтобы предотвратить быстрое бегство в случае если ей удастся развязать руки. Губы высохли и потрескались. Больно. Нужна вода. Всего глоток. Хотя бы глоток. Девушка подняла тяжелый взгляд и осмотрела место, где она находится. Словно здесь была чума, которая выкосила живых людей. Ей стало страшно и жутко захотелось куда-нибудь спрятаться. Плечо ноет от острой стрелы, но его кто-то из наемников заботливо обработал травами и перемотал чистой льняной лентой. Это девушка отметила сразу как очнулась, потому что именно рана от стрелы дала знать о себе острой болью еще в бессознательном состоянии.

— Ну здравствуй, Астрид, правительница Герда! — раздался голос позади девушки. Чувствуется акцент, это наемник Солнцеслава. Астрид попыталась вывернуть назад голову, чтобы посмотреть на мужчину, но как не пытайся, а в таком положении это сделать невозможно. Только новая порция боли отдалась по всему телу. — Как настроение? — продолжил собеседник.

— Почему вы меня привязали как собаку? — еле выговорила девушка и закашляла. — Ответь же мне? — панически попыталась крикнуть она, но новая порция кашля заставила ее замолчать. Астрид сплюнула на землю кровью и уставилась на красное месиво. «Почему я плюю кровью? Неужели это…» — страшные мысли легли в ее голову, и она снова потеряла сознание. Последнее, что ей удалось увидеть перед собой, это мутный силуэт человека, который только что говорил с ней. Она даже почувствовала, как он крепко схватил ее за плечи и попытался поднять с земли.


Отряд Торгисла подъехал в въездным воротам Герда. Уже смеркается. За высокими деревьями выползает наглая луна. Торгисл соскочил с лошади и ухмыляясь подошел к воротам. Он стал пинать по ним со всех сил и закричал во весь голос.

— Астрид! Астрид!!!! Выходи, родненькая! Поговорить бы нужно! — моментально словно по реакции, двое наемников забрались на вышки по обеим сторонам ворот. Они заняли позиции и направили арбалеты на Торгисла и его воинов.

— Кто такие? — задал вопрос один из них.

— Лучший друг Астрид! Вот, повидаться приехали. Позовите-ка ее сюда! — улыбаясь ответил Торгисл и подмигнул говорившему, но в полусумраке этого нельзя было разглядеть. Только зловещее темное лицо здоровенного викинга да всадники позади него.

— Ожидайте! — крикнул наемник и спустился вниз.

Второй остался на вышке, не спуская своего арбалета с Торгисла. Послышались громкие шаги на лестнице, и вскоре спустившийся воин совсем пропал.

— Убери ты эту дрянь, от греха подальше, дружище! Погоди-ка… А не ты ли помочился на нас в прошлый раз? — удивленно воскликнул Торгисл и попытался разглядеть стоявшего на вышке.

— Ну я… — смущенно ответил тот и еле сдержался, чтобы не захохотать. — А что?

— Ничего! — все также улыбаясь, ответил Торгисл. — Даю слово, что твой арбалет будет торчать из твоей задницы! Хахахаха!!!

— Прежде ты будешь убит от моей стрелы! — громко и грозно сказал наемник и выстрелил из арбалета в Торгисла.

Стрела прошла мимо его лица, оставив рваную полосу на щеке. Кровь моментально полилась на шею, затекая за ворот и горячо обжигая грудь. Торгисл сделал быстрый выпад назад и ушел за своих бойцов, которые выставили щиты, закрываясь от стрел. Только они хотели выхватить свои топоры и обойти стену, как раздались громкие голоса наемников по ту сторону ворот и старые деревянные двери со скрипом открылись. К Торгислу и его воинам спокойно вышли все наемники, что остались в городе по указу Солнцеслава. Даже выстреливший в Торгисла мужчина, спустился вниз. Вперед выдвинулся старший из всех.

— Что тут происходит, и кто вы такие? — задал он вопрос викингам, которые с сомнением и непониманием опустили свои щиты, разглядывая этих смельчаков с далекой северной Руси. Вперед вышел Торгисл, закрывая раненую щеку ладонью.

— Ты тут старший? Кто из твоих воинов пустил стрелу в меня? — нагло выкрикнул он.

— Я старший. Один из моих людей. Кто именно, тебе знать не положено. И правильно сделал! Еще вопросы? — твердо ответил наемник и осмотрел Торгисла с ног до головы. — Ты чего такой грязный? Небось после хмеля пьяный по канавам ползал? — он усмехнулся и плюнул викингу в лицо. — Проваливай отсюда, урод! Не тебе с нами силой меряться!

Торгисл покраснел, побледнел, выхватил свой топор и с криком: «Убить ублюдков», бросился на наемников! Все его воины последовали за ним. Наемники приняли бой и началась кровавая битва. Торгисл даже забыл про раненую щеку, он стал размахивать своим топором и в бою нехило задел одного из своих бойцов. Когда от скользкой крови топор выскользнул из рук, Торгисл принялся руками хватать воинов и швырять их в разные стороны. Одному наемнику викинг вцепился пальцами в глотку и с треском переломал шейные позвонки. Голова несчастного обмякла и повисла на мертвом теле. И, казалось, что ничто не способно остановить этого грозного воина, пока ему не прилетело в голову обухом топора. Здоровенный викинг с шумом грохнулся на землю подняв столб пыли. Перед его глазами упал последний воин из его отряда. Застывшее на лице безумие и Торгисл потерял сознание.

## Глава 15. Испытание

— Ну что молчим? — Ниялль ухмыльнулся на одну строну лица и оскалился как матерый волк. — Бросили своего конунга! Раздели меня догола. Перед Богами опозорили. А теперь стоите тут и молчите? — он обвел тяжелым взглядом все войско северян.

Здоровяк, что велел убить Орма и направил войско спасать Ниялля, вышел вперед.

— Мой вождь! Прости нас. Локи попутал! Это все его злые духи. Мы убили того, кто поднял против тебя бунт. Разбили его череп в куски. Знаем, что у тебя был план как выбраться отсюда и вернуться домой! — он поклонился конунгу и все викинги позади него поступили так же. — Так скажи нам, вождь, какой у тебя план?

— План? — ничуть не смутившись, ответил Ниялль. — Мой план прост, ублюдки! Мы идем захватывать следующий город! Он вниз по течению реки. Перебьем этих трусливых крыс, отберем богатства и корабли! Вернемся домой к холодам!

— Но, вождь! — здоровяк явно не поверил своим ушам. — Если даже в Джарроу не было кораблей, так с чего ты решил, что они будут в следующем городе?

Ниялль сделал омерзительное лицо, фыркнул и закатил глаза. Здоровяк в смятении отошел подальше. Мало ли, что может выкинуть этот мрачный конунг.

— Если я сказал, что у них есть корабли, значит они у них есть! — Ниялль буквально затрещал от злости, сжал кулаки и бросил ледяной взгляд на здоровяка. — Ааааа! Боги! Гребаный ублюдок. Ты видел сколько воинов пришло сегодня в город? — нервно продолжил он.

— Видел, вождь!

— Так вот! У такого войска просто не может не быть кораблей. Джарроу маленький городок, здесь одни рыбацкие лодчонки! А следующий имеет тысячу вооруженных мужчин, которые служат своему правителю. Значит и корабли там есть. — Ниялль нервно замахал рукой в сторону викингов, которые в полной тишине слушают своего вождя. — Что встали? Солнце высоко! Выдвигаемся сейчас же!

Викинги молча стали разворачиваться и медленно пошли в сторону реки. Здоровяк с понурой головой последовал за ними. Ниялль еще сильнее взбесился и буквально закричал им вслед.

— Да здравствует конунг Ниялль! Да здравствует конунг Ниялль, ублюдки!!!! Вас всему учить нужно??? — он окинул взглядом воинов и те тут же оживились.

Сначала один, потом второй и дальше как гром, единым голосом, мужчины хором стали повторять слова конунга! Каждый из них оживился и с новой порцией задора они двинулись дальше. Ниялль покачал головой, треснул себя ладонью по лбу и, раскачиваясь, словно на драккаре в открытом море, пошел следом.


Англия. Земля здесь плодородная! Большие урожаи почти каждый год. Даже во Франкии не настолько рыхлая землица как здесь. Тут она особенная. Земледельцы с севера были бы очень рады приобрести себе кусок такой земли. А если захватить ее всю? Нет ничего нереального. Все возможно! Если местные жители не могут постоять за свою землю, значит она им не принадлежит. Земля должна принадлежать сильным. Тем, кто способен возделывать ее и защищать. А если народ слаб, его удел служить тем, кто силен. Да! Именно сильным принадлежит этот мир, а слабые должны обслуживать их или искать себе новую землю. Скудную и твердую. Дабы учиться на этой земле быть сильными! Воспитывать в себе ярость и любовь к жизни. На такой земле они точно научатся ценить то немногое, что у них есть. И защищать придется! А когда поймут, тогда пусть возвращаются и пытаются забрать свою плодородную землю обратно. Вот тогда викинги бы сочли их за равных.

Войско северян измотано долгой дорогой. Несколько дней мужчины плохо питались и пили мало хмельного меда, которое отлично бодрит. Город Джарроу тоже особо не может порадовать их своей щедростью: наибольшая часть мяса и хлеба ушла на ладьях Солнцеслава, а остальное было съедено в ночной пьянке. Сейчас, проходя мимо курятника, несколько викингов увидели тощую полуощипанную курицу, которая преспокойно занималась своими делами выискивая зернышки в земле. Северяне наперебой принялись ловить ее, усердно отвешивая друг другу неслабых тумаков. В конце концов один из викингов свалился в плохо закопанную выгребную яму и вылез оттуда под хохот своих собратьев. Дерьмо Англичан буквально свисало с его ушей. В ярости викинг набросился на хохотавших мужчин, за что получил топором в грудь. Несчастный захлебнулся от собственной крови. Конунг Ниялль был страшно зол на воинов и был вынужден объявить о том, что сегодня следует остаться в Джарроу, а не идти дальше. Убитого воина предали огню. Остальным было выдано задание обыскать город в надежде найти хоть немного еды для уставших викингов. На город медленно опустился сумрак и где-то в ночной тишине грозно закричал одинокий ворон.

— Хугин! — деловито сложив руки высказал свое мнение один из мужчин, вглядываясь туда, откуда был слышен крик ворона.

— Почем тебе знать? — возразил рядом стоящий воин. — Может это Мунин!

— Ага, — ответил третий, — может это просто ворон!

— Идиоты! Вы нашли еду? — раздался голос Ниялля позади мужчин. Все разом обернулись и уставились на конунга. — Чего вылупились? Делами нужно заниматься, а не волынить!

— Вождь! Мы слышали Хугина!

— Почему это Хугина? — прервал его другой воин и обратился к Нияллю. — Мой вождь! Там Мунин кричит! Хороший знак! — он указал рукой в сторону темного леса.

— Мой вождь! — третий викинг вышел вперед и заглянул прямо в глаза конунгу. — Я думаю это просто аппетитная птица, которую можно было бы пожарить на костре или сварить из нее насыщенный бульон со свежими травами! А эти, — он указал рукой на рядом стоящих воинов, — придумывают себе отговорки, только бы не ловить вкусную птицу!

Ниялль наклонил голову и стал, что-то шептать себе под нос. После он сжал кулаки, медленно поднял тяжелый взгляд на викингов и бросился на них. Конунг нанес сокрушительный удар одному в висок, второму прилетело с ноги в пах, а вот третьему повезло итого меньше: ему Ниялль всадил нож по самую рукоять в живот. Все три воина с грохотом свалились на землю. Двое буквально завыли от сильной боли. Третий схватился за живот, свернулся клубком и застонал. Ниялль наклонился и перерезал ему глотку охотничьи ножом.

— Встали! И пошли ко всем остальным. Если хоть кто-то узнает о том, что здесь случилось, вы не жильцы! — конунг плюнул на мужчин и те, ковыляя, поплелись к общим кострам.

Ниялль схватил убитого викинга за ноги, напевая себе под нос веселую песню, поволок его подальше от места убийства, в заросли травы. Он скинул его в небольшой овраг, чуть сам туда не слетел, вытер руки об кожаные штаны и улыбаясь пошел к остальным воинам, которые громко смеясь, отдыхают у костров. Все войско северян расположилось на берегу реки. Жарится найденная еда, варится крупа и пьется все, что было найдено в Джарроу. Кто-то умудрился найти сотню раз перебродившую брагу… По сути почти уксус. Но воины умело разбавили ее водой и разливая в кружки передают своим собратьям. Некоторые, изрядно перепив такого небезопасного напитка, свалились спать крепким сном. Остальные либо дерутся, либо громко смеются, пытаясь пересмеять друг друга. Ниялль остановился в относительной близости, напротив своего войска и в какой-то момент ему стало так жалко этих уродов… Просто за то, что они глупы и неразумны. Пьют каждый раз, когда им это взбредет в голову. Не ведают элементарной меры. Да появись сейчас внезапно враг, перебили бы их всех без особых усилий. Викинг уселся на землю, сложил под себя ноги и стал просто молча смотреть на горящие костры, людей и все то, что творится сегодня на этом берегу. На вражьем берегу проклятой Англии.

## Глава 16. Оскорбить Богов

Раннее утро. Дождь льется не переставая. Темные тучи заволокли все небо. То и дело Один бьет в наковальню и шум кузнечного ремесла раздается громом по всей земле. Только викинги поймут. Только они ведают правду о том, что творится сейчас там. На небесах. Когда яркие вспышки молний хлещут по полям и лесам, озаряют собою целые города и поселения, ударяют в бушующее море, каждый северянин ведает о великих Богах! И понимает, что это не гнев их, а поддержка! Всемогущие, славные Боги вместе с праотцами, где-то там высоко, пируют в честь северян! Рекою льется сладкий мед, стекает по бородам павших когда-то воинов. Они смеются и дружно ужинают… Ни к чему в такие моменты думать о чем-то другом! Еще немного, огромные врата откроются и в зал славы вбегут тысячи врагов. Викинги вместе с Богами похватают мечи и топоры, опрокинут тяжелые столы и примут этот бой… Последний бой. Чтобы ранним утром снова проснуться живыми, вкушать яства с собратьями, жестко брать женщин и пить сладкий перебродивший мед.

В Йорвике, местные жители начинают обговаривать план по установке нового временного правительства до возвращения Ниялля. Все были очень рады, когда на пороге дома конунга появился Торгисл и щедро раздавал золотые монеты. Но сейчас… На данный момент, ни один из жителей Йорвика не может твердо сказать, что хотел бы и дальше видеть этого старого викинга своим вождем. «У него больше нет монет!» — раздаются фразы со всех уголков города. Когда Торгисл со своими воинами уехал по дороге в Герд, люди решили, что пришла пора самим решить вопрос с тем, кто будет ими управлять. На эту роль было выдвинуто несколько кандидатов, но в конце концов их выбор лег на самого молодого воина, который не пошел в набег со всеми, а остался в городе. Ведь если Торгисл вернется в город, кому-то придется ему дерзить в лицо, защищая место вождя. По сему это недурное дело спихнули на молодого викинга.

— Ты просто находись в доме конунга! А если вернется этот старый хлыщ, ты просто заяви ему нагло в лицо, что теперь ты новый вождь этого города. Понял? — объясняет старый одноглазый земледелец молодому воину.

— Батенька! — возмутился парень. — А если он убьет меня?

— Не убьет! Не переживай, нас вон сколько. Справимся!

— Старые вы все! А сильные викинги с Нияллем в Англии. Ох, страшновато мне, — препирается воин.

— Дык, если ты всего будешь бояться, то и Вальхаллы никогда не увидишь! А исполнишь волю народа, то того и гляди, разрешит тебе Один хоть глазком на нее посмотреть! Согласен? — одноглазый ехидно ухмыльнулся и положил руку на плечо парня. — А еще вождем побудешь! Мы все тебе подчиняться будем!

— Думаешь дозволят мне Боги на Вальхаллу посмотреть? — тихо произнес воин на ухо старику и доверчиво заглянул ему прямо в глаза.

— Дозволят, дозволят! — мягко ответил старик и подтолкнул парнишку в сторону дома конунга. — Ступай! И правь нашим городом!

Молодой воин сначала робко, но пройдя уже несколько шагов, уверенно пошел в дом конунга. Это крайне странная ситуация, когда земледельцы вместо того, чтобы заниматься своим хозяйством в отсутствии конунга, пытаются установить новую власть. Тем более таким способом. Но как не странно, все люди это одобрили и, проводив нового вождя одобрительным взглядом, с чувством выполненного долга пошли по своим домам. Ни один из них не проникся мыслью о том, что тот, кого они поставили управлять городом не имеет для этого ни капли опыта. Инстинкт людей требовал себе пастуха, но вместо него они поставили у власти такого же трусливого барана.


Торгисл очнулся в грязном сарае. Судя по отвратительному запаху, здесь совсем недавно находилась протухшая скотина. Напротив него в большой деревянной клетке спит Астрид, ее туда бросили и накрепко закрыли стальные засовы. Несчастная девушка зажалась в угол и уснула в крайне идиотской позе. Торгисл тяжело поднял взгляд и улыбнулся.

— Какая милашка! Так, и где же мы? — он огляделся по сторонам.

Ноги и руки связаны. На тело наемники одели кожаный жилет, а за спиной связали его с деревянной опорой, что держит крышу. В таком положении крайне сложно двигаться, при этом выбраться практически невозможно.

— Ничего себе меня тут зацепили! Моя голова? — все так же вслух продолжил викинг. — Что с моей головой? Болит! Боги! Шутите, ублюдки? Ха-ха!

От сильной вони голову дурманит хлеще, чем от удара обухом топора. Вмятина на голове добротная, наверное, ее можно было бы разглядеть, если бы не огромный заплывший синяк, который образовался на месте удара. Вообще, если посмотреть на Торгисла со стороны, можно решить, что это не человек, а чудище из страшных легенд. Его избитый кровавый вид, этот красно-синий шар на поллица и огромный рост. Борода спутана и похожа на грязные высушенные водоросли, которые достали из болота и зачем-то положили под солнце. Дверь в сарай со скрипом открылась и к Торгислу подошел один из наемников.

— Ну как дела, здоровяк? — он улыбнулся и протянул к губам Торгисла деревянную флягу с водой.

Торгисл стал жадно пить ледяную воду. Когда наемник убрал от него флягу, викинг сплюнул на землю и стар ругаться.

— Вот люди пошли! Да в наше время врагов сразу убивали. А ты мне водичку таскаешь! Может мне тебя в жены взять? — он сделал страшный вид, но получилось как-то глупо и смешно.

— Мы воспитаны иначе! Торгисл, брат Ниялля. — Наемник подмигнул викингу и продолжил. — Сегодня в Герд приехал посыльный от Солнцеслава. Они уже на берегу, разгружают добытые сокровища.

— Ниялль вернулся? — Торгисл явно обрадовался, неясно почему.

— Нет. Дело в том, что Ниялль со своим войском остался в Англии. И он не сможет вернуться обратно!

— Это еще почему? — удивленно воскликнул викинг.

— Солнцеслав велел сжечь все их корабли! Ладно, дружище, мне пора! Не скучай тут! — с этими словами наемник вышел из сарая и громко хлопнул дверью.

Торгисл, ошарашенный не смог промолвить ни единого слова. Его лицо исказилось в кислой мине, и викинг просто обмяк, низко наклонив голову. Что бы не случилось между братьями — они всегда останутся одной кровью. Торгисл тяжело выдохнул воздух, крепко сжал свои кулаки и впервые за всю сознательную жизнь, пустил слезу. Сначала одна, за ней вторая и после уже целым градом тяжелые соленые слезы стали падать на старые доски пола. Викинг попытался сжать глаза, остановить эти предательские слезы, но они с новой силой все больше и больше погружали его в горесть и обиду. Торгислу захотелось рыдать так громко, как это было возможно, но он, стиснув зубы молча глотал накопленные за долгие годы печали. В одно мгновение он понял, что всегда был одинок и так одиноким волком и умрет. Не будет детей, что продолжат его род и поведут за собой воинов во славные битвы. Не будет жены, что приготовит ему в старости кашу. И не будет брата, который прикроет спину не за монету звонкую, а за то, что он защищает свою кровь. Защищает своего.


На берегу Йорвика работа идет полным ходом! Все корабли Солнцеслава подошли к берегу. Оживленно беседуя друг с другом, наемники выгружают богатства, привезенные с далеких Английских берегов. Воины проголодались и первым делом планируют отправиться в Герд к своим соратникам, что остались помогать Астрид возделывать землю. Уж у них то найдется чем перекусить.

— Вы двое! — крикнул Солнцеслав наемникам, что остановились попить воды. — За мной! Навестим Йорвик, узнаем новости.

— Выполняем! — дружно ответили воины и последовали за своим предводителем, который уже уверенным шагом ступает по дороге в Йорвик.

Тут только подняться на холм, миновать пару улиц и вот уже центральная площадь, где находится дом конунга. Когда наемники поднялись в город и двинулись вдоль одной из улиц, местные жители в страхе стали прятаться в своих домах. В городе разгром. Свинарник. Всюду раскиданные инструменты, на дороге валяются очистки от кореньев и прогнившие травы. Солнцеславу даже стало не по себе от такого зрелища, впервые он видит на севере настолько ужасное состояние города. После боя везде валяются порубанные части людей да обгоревшие дома, а здесь мусор, хаос и вонь.

— Мы уходили в набег, тут такого не было! — заметил один из воинов.

— Почему люди прячутся? — добавил второй.

— Они всегда прячутся. Оттого, что трусливые. А вот грязь и отвратное состояние, это их рук дело. Исключительно! — Солнцеслав резко развернулся к наемникам. — Пойдемте-ка, братцы, отсюда! Только мимо конюшни пройдем, заберем коней да телеги! Ну этих поганых северян.

— И то правильно! — улыбнулись наемники и втроем они отправились в сторону конюшни.

Все это время не переставая льется дождь. Нынче Боги не радуются победам своих сыновей и не чествуют их. Напротив, им до одури противно видеть, как этот чудесный мир, что был построен великими людьми, разрушают ленивые и отвратительные люди.

## Глава 17. Войско Ниялля

— Сегодня пора менять все! Хватит позорить и меня и наших Богов! Ублюдки! Раньше я мог на вас положиться, а что теперь? Теперь вы ущербны! «Мы устали!», «Мы хотим домой!», «Дайте кушать!» — Слушать противно! — Ниялль выставил все свое войско в точные ряды.

Взяв в руки тяжелую палку, он ходит туда и сюда, громко говорит, так, чтобы каждый из воинов смог его услышать. Викинги стоят, не дыша. По четкой ровной линии. Если вдруг кто-то отступает назад или напротив делает шаг вперед, то тут же получает палкой от Ниялля.

— Вы знаете меня еще простым воином, таким же, как и каждый из вас! Вместе под одними знаменами мы бороздили моря, отдавали дань нашим Богам, покоряли самое непреступное! Сколько? Скажите мне, сколько великих войск мы положили к нашим ногам? Сколько славных поединков прошли?! Да каждый из вас смог выжить среди тысяч других! А сейчас, вы похожи на скот! Чуть что и пьете до изнеможения, вечно ноете и всего боитесь. Отвратительно и унизительно понимать, что я — ваш конунг! Ты!!! — закричал Ниялль воину, который шатнулся назад, нарушив ровный строй. Конунг буквально подлетел к нему и с размаху врезал тяжелой дубиной по плечу. Мужчина стерпел боль, рука мгновенно опухла и на месте удара образовался огромный синяк. — Встать в строй, ублюдок!!!! — завопил конунг и мужчина тут же выровнялся по линии.

Ниялль замолчал, сделал смертельно мрачное лицо и медленно… Молча… Стал ходить вдоль своих воинов заглядывая каждому из них в глазах. Рассматривая их души.

— Сегодня мы находимся на далеких вражьих берегах! У нас нет кораблей, нет еды и почему-то мне кажется, что среди нас не осталось воинов. Настоящих мужчин! Настоящих викингов! Так слушайте указ своего вождя. С сегодняшнего дня до возвращения в Йорвик я запрещаю каждому из вас пить хмель. Даже малый глоток карается смертью. Четкое повиновение своему конунгу! Кто не выполнил даже самый малый приказ — смерть! Подъем каждый день с восходом солнца! Первые лучи ударили по земле и каждый из вас должен уже стоять в ровном строю, ожидая меня. Кого в строю не оказалось — смерть. Если кто-то высказался против моего слова, что его ждет, ублюдки?!!! — закричал во всю глотку Ниялль и раскинул в стороны руки, в одной ладони крепко сжимая дубину.

— Смерть!!!! Смерть!!!! Смерть!!!! — хором закричали все воины.

— Что его ждет, ублюдки?!!!! — повторил Ниялль еще громче.

— Смерть!!!! Смерть!!!! Смерть!!!! — глухим, но безумно громким ревом викингов наполнился весь Джарроу.

Этот крик подобен грому. Ниялль встал по центру своего войска и ледяным взглядом посмотрел на северян.

— До полудня всем собраться и выходим! Идем вдоль реки до следующего поселения, возьмем свое и не опозорим наших Богов! Всем разойтись! — он махнул рукой в знак того, что викинги свободны.

Мужчины выдохнули и пошли заниматься своими делами. Каждый из них был смертельно рад, что наконец-то кто-то дал им пинка под зад. Ни единого обиженного. Ниялль стал для них по-настоящему достойным правителем. И каждый понял, что пришло время перемен. Пришло время Ниялля.


Не менее сотни викингов встали с двух сторон широкой реки, выставляя сети для ловли рыбы. По указу Ниялля каждый из них должен был заготовить к полудню не менее одной бочки улова. Задание не из легких, но к счастью местная река просто кишит будущим обедом. Другим мужчинам Ниялль велел идти в город и отыскать как можно больше морской соли, круп и овса. Оставшиеся воины либо точат оружие, готовясь к предстоящим битвам, либо отлавливают лошадей и снаряжают их в телеги для дальнейшего похода. Несчастные лошади только обрадовались своей свободе, свободно выгуливаясь по окрестностям Джарроу. При виде страшных викингов они начинают лихо скакать по кустам и полям, но куда им против северной закалки и смекалки. Тем более азарта больше у воинов, ведь их конунг велел собрать определенное количество лошадей. В случае, если воины не справятся, в наказание им придется тащить все предназначенное для телег на себе. А это бочки с рыбой, крупы, провизия, оружие, шкуры и как можно догадаться, сам Ниялль сядет сверху. Отличная мотивация для разленившихся мужчин.

— Да нет, я же говорю, я ей сразу так и ответил: никакой семьи! А она через месяц притаскивается и живот показывает, вот говорит, вырос! Нет ты представь только! — седой викинг точит топор, сидя на трухлявом пне. Его собеседник низкорослый мужчина с очень большим пузом. Борода клоками, растет непонятно как.

— Ха-ха! А ты чего? — отвечает он.

— Нет, ну а что я ей скажу то? Говорю — не мой ребенок, знать не знаю!

— А она?

— А она в слезы! Давай кричать, что мол я обманщик, бросил, подвел и прочее. Да ведь она шлюха, спит со всеми подряд. Я лично видел! — воин явно разозлился и лихо скользнул пальцем по острому лезвию топора. — До кости резанул, глянь!!! Аааа! — он зажал рану и принялся вытирать кровь сухой тряпкой.

— Сам лично? Прям видел, как с другими была? Ну даешь… Не! Я бы сразу ей шею свернул. — удивляется другой воин.

— Так шею бы свернул, если бы любил! Так? А мне она даром не нужна! Пусть спит с кем хочет, не мне ее судить. — нервно махнул рукой мужчина. — Ну и тем более! Я точно уверен, что ребенок не мой. Ну, был уверен, пока конунг Ёдур не велел мне пойти к провидцу, что с Богами общается.

— Да ладно??! К самому провидцу отправил? — собеседник выпятил на мужчину глаза и создалось ощущение, что они вот-вот выкатятся наружу. — Ого-го! Ничего себе! Ха!

— Ага. Провидец так и сказал, мол брошу ребенка, век мне счастья не видать и не попасть мне в Вальхаллу! Обязан растить и любить… Как своего! Нет! Ты представь, так и сказал: как своего! То есть заранее зная, что ребенок то не мой! — мужчина встал на ноги и потянулся. — Как же палец то так неосторожно… Зараза! До кости резанул!

— Как в Йорвик вернешься, сразу к ней? — спросил собеседник.

— Придется! Дите то уже подросло, бегает, папой величает. Я к чему все это говорю! Ты не слышал, слухи ходят, мол провидец с этой шлюхой спал и ребенок его? Поговаривают, что он сам об этом признался Палю, сыну Ёдура!

— Неее, друже, не слышал! Нужно спросить у мужиков! Сейчас, Омунд, поди сюда, дружище!! — крикнул низкорослый воин викингу, что пакует шкуры в тюки.

— Чего?

— Чего, чего! Сюда иди говорю!

— Ну чего? — воин подошел ближе и уставился на него. — Мне работать нужно! Говори быстрее!

— Ты не слышал, мол провидец спал с женой этого? Говорят, ребенок от провидца, а нашего бойца провел! — низкорослый указал рукой на воина. — Его ребенок, представляешь! Слухи ходят!

— Так всем давно известно! Еще при Ёдуре, все знают. — мужчина пожал плечами и развернувшись пошел обратно паковать шкуру. — Не отвлекайте по пустякам! — кинул он за спину и принялся дальше работать.

— Ну вот, видишь, как выходит! Значит только я не ведаю.

— Вернусь домой, выгоню эту шлюху вместе с ребенком на улицу! — со злостью проговорил воин и нервно сжав кулаки, пошел к побережью.

— Расскажи потом, чего там произойдет то! — закричал следом низкорослый мужчина и, поднявшись с земли, пошел следом. — Погоди, я с тобой!


Все войско Ниялля явно приободрилось и каждый из мужчин вдохновился на новые битвы. Словно очнулись после пьяного дурмана, появились силы и желание двигаться вперед. Даже тот воин, которому конунг врезал дубиной по плечу, с огромным удовольствие занимается ловлей рыбы рассказывая другим северянам о том, какой все-таки у них отличный вождь. Все группы воинов, кто бы и чем бы не занимался, не раз упомянули в своих беседах конунга Ниялля. Вспомнили и о том, как тот убил Ёдура, как глядя на него невольно заряжаешься желанием двигаться на врага и даже о том, что на вражьих берегах они сейчас только благодаря Нияллю. Конечно, драккары сожжены, а богатства увезли наемники, но все-таки они здесь, перед Богами! Показывают себя, испытывают и живут! Впервые за всю историю правления Ниялля, его действительно стали ценить и уважать. Бояться и верить в него.

## Глава 18. Потерять все

Корабли наемников остались в порту Йорвика. Солнцеслав оставил на каждом из них по одному воину, которым было велено следить за целостностью кораблей. После увиденного в городе, он посчитал, что безопасней будет сделать именно так. Кто знает, что могут вытворить местные жители. Или сожгут или разберут по кускам. Сам же, с остальными воинами, Солнцеслав двинулся по дороге в Герд. Впереди идут лошади, таща за собою нагруженные золотом телеги. Здесь ровно половина всех богатств, которые были добыты на далеких Английских берегах. Солнцеслав решил отдать эту долю Астрид, для восстановления города и возможности нанять на службу новых бойцов из других поселений. Он еще не ведает о том, что здесь случилось. Не знает он и о убитых воительницах, взятых в плен Астрид и Торгисле, о том, что наемники, которых он оставил помогать Астрид, держат плотную оборону в городе.

Сразу по прибытии в город Йорвик, Солнцеслав послал посыльного в Герд, который должен был сообщить наемникам о том, что прибыл предводитель. Воины устали и проголодались, по сему все надежды именно на них. К тому же нужна провизия для того, чтобы отплыть от северных берегов и отправиться домой… На Русь. На сегодняшний день все наемники ужасно соскучились по своим родным, землице и готовы на все, чтобы скорее вернуться домой. Да и сам Солнцеслав устал от викингов и их вечного хаоса. Устал от битв, крови и криков. Пора домой. На родимую Русь.

— А не спеть ли нам песню, братья? — Солнцеслав улыбнулся и чуть замедлил шаг, чтобы пропустить вперед шумных лошадей.

— Давайте! — весело ответил один из наемников.

— Ага! Давайте! — подхватили другие.

— Старые земли, хранимые нами, — начал Солнцеслав запевать.

— Верой и правдой творящие мир! — хором запели наемники.

И уже все вместе, мужчины дружно стали петь песню с самого ее начала.

«Старые земли, хранимые нами

Верой и правдой творящие мир.

Будем в бою мы сражаться клинками, —

Дома напишем правдивую Быль!

Нет и не будет замены павшим

И никогда не найдем мы покой!

Ну а сегодня забудем про наших —

Вспомним врагов!

И дружно: в бой!!!»

— Эээх! — грустно сказал Солнцеслав. — Скорее бы уже домой вернуться. Сейчас в Герде наших заберем, провизию и в путь! — он улыбнулся и снова прибавил шаг, догоняя лошадей, что отъехали вперед. Дорога завиляла, запетляла и позади совсем растаял Йорвик. Где-то там в порту остались корабли… Соленое море и брызги волн, разнесенные по ветру.


Торгисла и Астрид вывели на улицу. Главная площадь забита людьми, все местные жители были приведены сюда для важного объявления. Люди стоят кто как, многие сонные, раннее утро. Сегодня солнце более-менее светит из-за облаков и временами даже припекает. Ленивые птицы мягко ласкают своими крыльями легкий ветерок, которые играется и танцует с ними в незабываемом танце жизни. В такие моменты лучше просто лечь на крышу одного из домов и расслабиться, наблюдая за этим великолепием. Но куда там… Наемники все утро ходили по домам местных жителей, открывали двери и выгоняли людей на улицы. И вот, собравшись на главной площади, земледельцы да торговцы ожидают объявления, по которому их сюда привели.

— Скоро уже начнется!? — нагло выкрикнул один жирный торговец. Он перебрался в Герд относительно недавно, во время правления Астрид, из соседнего поселения. Шкуры здесь дешевые, можно собирать и вывозить за пределы Герда на продажу. — Мы тоже люди! По какому праву нас выволокли из домов?

К торговцу подошел наемник. Очень крупного телосложения. Черные как уголь глаза и светло-русые волосы похожие на колосья, что по осени нежатся под солнцем на высокогорных полях, сразу выдают в нем славянина из прибалтийского региона. Там в поселениях такие мужчины встречаются часто. Он схватил крепкой рукой торговца за плечо и наклонился к уху.

— Братишка, ты помолчи, пожалуйста. Просто стой и жди, как велено.

— А ты кто такой, чтобы мне указывать? — торговец выдернулся из-под руки наемника, покраснел как наливное яблоко да отшатнулся в сторону. Наемник попытался схватить торговца, но тот шустро зашел в толпу и давай кричать. — Люди! Да что же вы как скот то? Подчиняетесь каким-то уродам, которые и права то не имеют на нашей земле находиться! — он выскочил в центр площади, где был привязан Торгисл и Астрид. — Вот! Смотрите же! Людей связали среди бела дня, небось судить хотят? А не правительница ли это ваша? Да они власть решили захватить в городе!

Несколько наемников уже стали выдвигаться в центр площади. Увидев их, торговец выхватил маленький рыбацкий нож, украшенный драгоценными камнями и, наклонившись к Торгислу, перерезал веревки на его руках.

— Теперь ты! — сказал он, кинул нож в ноги викингу и быстро, как только мог, побежал подальше отсюда.

Торгисл не теряя времени схватил нож, перерезал веревки на ногах и встал, раскинув в стороны руки.

— Подходите, ублюдки! — викинг буквально изменился в лице.

Небывалая злость изувечила его до неузнаваемости. Казалось, что ярости в этом здоровяке нет предела. Трое наемников ринулись в бой. Один успел зарядить Торгислу с кулака в челюсть, но тот быстро пришел в себя и с размаху сломал кадык несчастному воину. Тот упал на колени, схватился за шею и, хрипя, грохнулся на землю. Недолго думая, викинг схватил меч убитого и бросился на двух остальных воинов. С ними ему пришлось повозиться, но матерый сукин сын выиграл схватку. Все люди вокруг стояли, не дыша. Казалось они боятся даже пошевелиться. Торгисл огляделся, других наемников пока не видно. Он быстро схватил нож с земли, подошел к Астрид и перерезал веревки.

— Вставай! — викинг протянул к ней здоровенную ладонь. — Уходим! — девушка недоверчиво, но все-таки взялась за его руку и Торгисл помог ей встать. — Не отставай! — крикнул он ей, быстро двигаясь в сторону ворот для пастухов.

Через мгновение мужчина с девушкой скрылись из виду. Люди остались стоять на своих местах, все также не дыша. А из-за дальнего поворота показались остальные наемники, которые громко смеясь, идут к центральной площади. Ни о чем не подозревая.


— Солнцеслав, впереди трупы!

— Что за трупы? Где? — мужчина явно не был готов услышать, что где-то впереди снова мертвецы. Только стоило успокоиться и настроиться на дальнейшее плавание домой, как опять на пути встречаются проблемы, кровь и бойня.

— Там! — воин указал рукой в сторону поворота, последний изгиб перед въездом в Герд.

— Понял! Сейчас разберемся. — Солнцеслав последовал за своим воином, которые подвел его к краю дороги и кивнул в сторону убитых. Один неразделанный олень и несколько мертвых мужчин.

— Их убили вчера! Может позже, но не раньше. Охотники!

— Да… Что-то тут произошло. Не к добру это! Вели лошадям и десяти воинам вместе с ними возвращаться обратно к кораблям, остальным полная боевая готовность. Идем в город.

— Выполняю! — громко ответил воин и пошел отдавать приказ остальным наемникам.

Уже через каких-то несколько минут все лошади с золотом повернули обратно, в сторону Йорвика. А Солнцеслав и остальные воины отправились дальше, в Герд.

— Только же все нормально было! — не переставая, ругается Солнцеслав и впервые за долгие годы его пробрала настоящая злость.

Он действительно очень устал, и пора бы уже вернуться домой, продолжить род да слагать легенды. А ему приходится торчать здесь. Жажда к новому, вот что заставляет этого могучего воина жить среди таких же безумцев, плыть к дальним берегам за неизведанным и биться за землю, которая ему не принадлежит. Солнцеслав сам выбрал свои Руны. Это не прихоть судьбы. И не удел слабых. Напротив, именно сейчас наемник решил все изменить. Он вернется на Русь и начнет новую историю. Свою. На своей земле.


Наемники подошли к въездным воротам Герда. Никого нет. На вышках пусто. Двое воинов по молчаливой команде Солнцеслава лихо забрались на забор и перепрыгнули по ту сторону. Также быстро и бесшумно мужчины откинули засов и убрали бревно, что держит ворота закрытыми. И почему никто ранее не догадался, что можно сделать именно так? Тяжелые двери с легким скрипом отворились и в Герд вошел весь немалый отряд Солнцеслава. Сотни мужчин. Один из наемников поднял руку, все прислушались. Отдаленно, в центре города слышится мужской голос, который что-то громко говорит.

— Туда! — скомандовал Солнцеслав и отряд, распределившись на три группы, пошел по трем улицам, что ведут к центру. Тихо, бесшумно и крайне мастерски все воины скрылись в глубине города.


— Из-за этого, вы и живете как последние свиньи! И никогда не будет у вас счастья, до тех пор, пока вы не выберете себе нормального правителя. Да поймите же вы! Мы уйдем скоро, а вы останетесь здесь одни, беззащитные и одинокие! — громко выкрикивает один из наемников Солнцеслава, что были оставлены в Герде помогать Астрид возделывать земли.

Увидев войско, которое вышло с трех улиц, говоривший закашлял и побледнел. Воины встали позади толпы и молча наблюдают за тем, что произойдет дальше. Сам Солнцеслав грозно, не отрывая глаз, смотрит на говорившего. Другие наемники, что были оставлены в Герде, посмотрели на замолчавшего оратора и поняли, что в город прибыл предводитель. Они тут же обернулись и выстроились в ровную линию. В свою очередь увидев такое непонятное поведение воинов, местные жители стали оборачиваться за спины, и увидев целое войско, бабы стали визжать, думая, что их вот-вот убьют. Они, сломя голову, побежали в обратную сторону, мужики перепугались итого больше, побежав быстрее своих женщин. На площади осталось только несколько детей, которые улыбаясь хлопают своими большими глазами наблюдая за тем, что тут происходит. И ни один из них ни капельки не испугался страшных визгов, криков и суровых воинов. Горе тем родителям, которые убежали, не прихватив с собой своих детей.

— Ну и что тут происходит? — громко и грозно, словно гром среди бела дня, проговорил Солнцеслав.

— Солнцеслав! — воин, которые только, что говорил с местными жителями, быстро подбежал к предводителю и выпрямив спину, выслуживаясь, остановился в шаге от него. — Мы взяли в плен Астрид за убийство нашего брата! После в город прибыл неизвестный воин с малым отрядом. Мы перебили их и взяли главного в плен.

— Астрид? Где они сейчас? — в недоумении воскликнул предводитель.

— Сегодня утром тот воин вместе с Астрид бежали из города… — воин склонил голову и замолчал.

— И? И что-то еще произошло, не так ли? — тяжело спросил Солнцеслав поняв, что воин чего-то не договаривает.

— Да.

— Что да? — закричал он так, словно вот-вот разорвет воина на куски. — Четкий ответ! Что произошло?

— Этот воин! Они убил троих наших собратьев! Забрал Астрид и они сбежала через задний ход города! Там, где ворота для пастухов, выход к пастбищам.

— Бляяяяяядь. Блядь!!! — завопил предводитель и ударил с кулака в грудь воина. Тот отшатнулся, но устоял на ногах. Через несколько секунд воин упал на одно колено и схватился за грудь. — Что такое? — непонимающе спросил Солнцеслав.

— Предводитель. Простите меня. — хрипло проговорил наемник и замертво упал на землю. Солнцеслав перевернул его на спину и быстро разорвал рубаху. На груди, на месте куда он ударил его, образовалась темно-красная вмятина. Сосуды лопнули, внутреннее кровоизлияние убило воина практически моментально. Предводитель положил ладонь на лицо мужчине и закрыл ему глаза. Медленно, тяжело и очень грустно он поднялся на ноги и посмотрел на своих воинов. Один за другим они стали бросать оружие на землю, разворачиваться и уходить в разные стороны. Кто-то группами, кто-то в одиночку.

— Куда вы? Мужики? — закричал Солнцеслав и непонимающе стал вертеться из стороны в сторону, глядя на то, как уходят его воины. — Стойте! Это приказ! — он схватил одного из них за рубаху и повернул к себе лицом. — Ты куда собрался?

— Что? И меня в грудь лупанешь? Ну давай! — брызжа слюнями, завопил мужчина и выдернулся из крепких рук предводителя. Он с отвращением плюнул ему в ноги и развернувшись медленно пошел вслед за остальными воинами.

— Братья. — с горечью промолвил себе под нос Солнцеслав и сел на землю. — Куда же вы… Братья!

## Глава 19. Ярость Торгисла

Торгисл и Астрид миновали пастбища, что прилегают вплотную к Герду, а за ними начинаются темные леса. Отсюда, если забраться на горы, можно разглядеть дорогу между Йорвиком и Гердом. Да она как на ладони! Видно каждый камень, а самое главное, можно прекрасно осматривать кто и откуда едет. Увидел Торгисл и войско Солнцеслава, которое зашло в Герд. Не пропустил он мимо глаз и десять воинов, которым было велено увести обратно к кораблям возы с золотом, которое Солнцеслав привез с далекой Англии.

— Ты оставайся здесь! Я кое-что сделаю и вернусь. Все понятно? — обратился Торгисл к Астрид. На улице уже совсем темно. Костер они не разожгли, чтобы не выдавать своего местонахождения.

— Почему я должна оставаться здесь? И вообще, почему с тобой? — с дрожью в голосе проговорила Астрид.

— Потому что ты, теперь моя жена! — буркнул викинг и, выхватив топор, стал спускаться с горы, к дороге.

— Жена? — с ужасом проговорила Астрид и дернулась вперед.

Но крепкие веревки, которыми Торгисл привязал ее к дереву, надежно держат слабое тело девушки. Она усмехнулась от страха, а в голове мелькнула мысль: «А если придут волки? Хорошо же им будет меня обгладывать!».


Торгисл лихо миновал каменные уступы и мягко съехал по горной насыпи. Весь вечер дотемна матерый хищник наблюдал за легкой дымкой, которая поднималась выше деревьев от костров наемников, что остановились на ночлег съехав с дороги. Десять славных мужчин. Им велено увезти золото к побережью Йорвика, обратно на корабли, что стоят в заливе. Торгисл выхватил топор и быстро побежал по дороге, подобно зверю, он прекрасно ориентируется в ночи. Старый, злой и безумно огромный викинг. Если Ниялль мелкий и злобный, то его брат Торгисл пусть стар, но подобен скале. Непреступная северная скала. Камень. Викинг остановился там, где, по его мнению, должен быть съезд с дороги. Он стал искать следы деревянных колес телег. Нагруженные доверху золотом, они оставляют за собой очень глубокие борозды.

— Ага! А вот и мужички. Хе! — тихо пробурчал Торгисл и стал очень медленно подкрадываться по мокрой траве. В глубине леса послышался смех мужчин. Торгисл прислушался. Отдаленно трещит костер. Слышно, что болтают в полголоса и лишь несколько человек. Значит остальные уже спят. — Подождем! Подождем… — ухмыляясь произнес викинг и завалился под толстенное дерево, положил топор на колени и задремал.


У одного костра сидят четыре наемника. Еще шесть завалились спать прямо на траву, накинув на себя теплые шкуры. Костер почти догорел. Один наемник потягивается, зевает и говорит остальным.

— Ну что, братья? Пора бы выспаться уже! Как считаете? — он еще раз зевнул и, не дождавшись ответа, лег на спину.

— Да можно! — подхватил другой.

— Ну давайте! А я останусь сторожить. Только смените ночью, тоже посплю. — ответил третий и, ударив себя по щеке ладонью, дабы отогнать нахлынувшую усталость, стал ковыряться палкой в углях костра.

Четвертый наемник просто молча отошел подальше, покрутился на месте, подобно псу, что готовит свое место к ночлегу, и свалился спать, даже не подстелив под себя шкуру. Через полчаса наемники все дружно храпели в полный голос. Только один воин все также остался сидеть у костра. Он то и дело роняет голову, практически утопая в манящих снах, но тут же одергивает себя, умудренный опытом и начинает дальше ковырять палкой в едва-красных углях.


Темная ночь совсем заволокла пространство. Ничего не видно в метре от себя. Наемник, что сторожит костер поднялся на ноги и, подкинув в кострище сухих веток, стал усердно раздувать угли. Через мгновение, одна за другой, веточки начали схватываться пламенем, и мужчина довольный протер руки.

— Ух! Да будет костерок! Вот так, мои дорогие братья! — он посмотрел уставшими глазами на спящих мужчин и подошел к одному из них. — Братишка! Вставай! — он подергал его за плечо. Спящий наемник схватился за рукоять меча, но увидев своего, тут же успокоился.

— Чего, дружище? Я только дома был! А ты меня разбудил!

— Извини, друже! Последи за костром, будь добр, посплю и я! — с сожалением в голосе проговорил мужчина.

— Ааа! Поспать не дают! Ладно, ложись. — наемник поднялся и сел возле костра, что-то бурча себе под нос. — Да ну вас! Кому мы нужны то? — с этими словами он опрокинулся на спину, подложил под голову руки и громко захрапел. Мягкие, добрые сновидения погрузили его в великолепный мир… Родная земля… Дом и матушка.

А в темноте злобно сверкнули глаза Торгисла. До наемника чуть слышно долетел мерзкий смех и хлопок потирающих ладоней. «Хе-хе… ублюдки!» — но отогнав от себя эти миражи, воин снова утонул во снах.

Викинг подождал несколько минут, пока не убедился, что все наемники точно уснули. Раскачиваясь, без особой осторожности он подошел к тому, кто уснул на посту. Торгисл достал из своего ботинка здоровенный охотничий нож и, схватив несчастного за голову, зажав ладонью рот, медленно перерезал ему глотку. При этом, викинг старался вогнать нож как можно глубже лезвием в мягкую плоть сурового воина. Тот булькнул, задергался и через мгновение судорожно замер в смертельной ужасающей позе. Торгисл вытер рукавом с себя кровь, обтер нож об штаны и обыскал наемника. На поясном ремне он нашел странный клинок: лезвие настолько тонкое и ровное, словно это игла, надетая на рукоять. Искусно выделанные камни разных цветов красуются на изогнутой гарде. Длина клинка впечатлят, ну точно от локтя до кончиков пальцев.

— Вот это вещица! Оставлю-ка я ее себе! — ухмыльнулся Торгисл и с восхищением осмотрел клинок.

Действительно очень интересное оружие. Наемник подобрал его на Английских берегах в городе Джарроу! Этот клинок принадлежал одному из местных торговцев. Скорее всего произведен он был мастером с востока, именно оттуда едут в Англию и Франкию умельцы, ювелиры и торговцы специями да тканями. Торгисл покрутил в воздухе странное оружие и подошел к другому спящему наемнику. Этот самый громкий: храпит так, что перебивает всех. Викинг сел возле него на корточки и подставил тонкий клинок к его уху. Хорошенько все измерив, он с силой треснул по руке, что держит рукоять, кулаком и словно вонзили раскаленное железо в масло: нож прошел сквозь ухо наемника через всю голову. Тот дернулся и умер, даже не проснувшись… Широко открыв рот. Глаза несчастного замерли в ужасе. Торгисл восхищенно выпятил глаза, одобрительно кивнул и стал подходить ко всем спящим воинам по очереди и каждому точно так же он вонзил острый клинок в ухо. Ни один не смог проснуться и увидеть своего убийцу. Ни один не смог сказать ни единого слова. Десять убитых. Десять славных воинов, не вернутся более домой.

Старый викинг ушел в темноту, уводя за собою нагруженные телеги с золотом. Бедные лошади снова тащат по грязи эти богатства, следуя за одним единственным человеком.


Астрид сильно замерзла, а веревки, что стягивают ее тело, не позволяют элементарно растереть тело, разогнать кровь. Тонкие губы стали синими, а дрожь — постоянной. Астрид даже позабыла о том, когда это началось… Наверное, тогда, когда ночной холод накрепко окутал ее тело. Кроме того, желудок постоянно ворчит и всасывает пустоту: да… Она ужасно голодна и по ощущениям, сейчас, наверное, съела бы целого оленя. Да хоть какую сухую рыбешку поглодать, это уже было бы превосходно. Мысли девушки прервал яростный волчий вой, которым наполнился лес. Астрид прижалась сильнее к дереву и постаралась задержать дыхание. От страха. Но сердце предательски застучало так, что это было слышно гораздо сильнее какого-то там дыхания.

Позади себя она услышала шаги…

— Нет! Нет! — закричала Астрид во всю глотку и ее истошный крик заставил волков замолчать. На лицо девушки легла грубая мужская ладонь.

— Заткнись, дура! Ну зачем? Чтобы нас сожрали здесь? До чего же тупая девка! — он отпустил ее и вышел из-за спины. — Че разоралась?

— Где ты был столько часов? Я думала это волки! — Астрид не в силах сдержаться, сжала синие губы и зарыдала, заливая горячими слезами перемерзшие ноги. Торгисл молча подошел и перерезал веревки. Только девушка встала, как позади них сломалась сухая ветка.

— Лезь на дерево!

— Что?

— На дерево, блядь!!!! — закричал Торгисл и буквально подлетел к девушке. Он схватил ее и посадил к себе на плечо. — Хватайся за ветку! За ветку, живо!!!! — зарычал викинг и девушка залезла на толстенную ветку. Она обняла могучее дерево обеими руками и закрыла глаза.

Торгисл повернулся в кромешную тьму. Из мрака на него смотрят два горящих глаза. Северный волк: жестокий, как сами викинги. И огромный, как Торгисл среди других воинов. Два врага встретились этой ночью и уйдет отсюда, только один. Один!

— Ну иди сюда! Ублюдок! Подыхать так с честью! — викинг развел в стороны руки и крепко сжал ладонью свой топор. От него веет смертью. Веет кровью, криками врагов, сотнями душ. Из темноты появилась еще одна пара глаз. И еще одна… И еще… И еще… Стая волков. Семь северных дьяволов. А во главе их сам Фенрир — сын Локи. Бога подлеца. Бога ненавистника. Бога предателя. — И больше врагов встречал мой топор! И больше крови омывало его, чем вы, ублюдки, выпили за свои жалкие жизни. И ни одна тварь сегодня не выйдет живой из этого леса!

Торгисл выпрямился, напряг все свои мышцы до упора и во всю глотку закричал на северных псов так громко, как это было возможно. Его крик превратился в рычание дикого зверя. И весь лес отразил его эхом. На дереве Астрид сильнее прижалась к сырой коре и зажмурила глаза. Ей стало так страшно.

— Мне смерть не страшна! Я сын своих праотцов! Со мной мои Боги! Встречайте меня в Вальхалле!!!! Так что же вы смотрите, гребаные твари???! Мы бьемся сегодня или нет????!!! — закричал Торгисл и бросился на волков.

В эту же секунду, вожак стаи одним прыжком налетел на него и повалил на землю, но матерый викинг откинул его в сторону и, размахнувшись топором, пробил череп второму волку, который налетел на него следом. Третья псина обошла его со спины, но при попытке прыгнуть на него сзади, получила с разворота топором в шею. Страшный визг и собака лежит на земле, а из шкуры хлещет красная кровь.

— Аааааа! — зарычал Торгисл и в этот момент на его шею бросился вожак стаи.

Одно движение и могучая глотка викинга проткнута насквозь. Два волка следом схватили его за ногу и плечо. Вожак стаи, Фенрир, зарычал, не выпуская из пасти шею викинга и волки, заскулив, отошли в сторону. Последний рывок мужчины, хруст шейных позвонков и тело воина застыло навсегда.

## Глава 20. Редкая удача

— Ровнее держимся! Спины не клонить! Ровнее я сказал! — кричит Ниялль на воинов грозно сложив деревянную дубину себе на плечо. — Не умеете себя вести, будете приучаться к порядку через дубину! Вас здесь сотни ублюдков, если хотите вернуться живыми домой с этой проклятой Англии, придется слушать своего конунга и беспрекословно выполнять любые, отданные мною приказы! Все ясно??!

— Да, вождь! — хором ответили викинги.

— Громче!

— Да, вождь!!!! — закричали воины, раздирая свои глотки до максимума. Словно Тор ударил своим молотом по наковальне, так громко звучит этот яростный бас северян.

— Хорошо! — ухмыльнулся Ниялль и вышел вперед викингов. Дорога от Джарроу хорошо разъезжена, и уже понятно, что впереди один из крупнейших городов Англии. Теперь конунг уверен в своем войске и, впервые, поставил себя настолько четко и устойчиво, что каждый воин теперь и мысли не пускает в свою голову о том, чтобы предать Ниялля или свергнуть его.

Впереди показалось двое всадников.

— Ниялль! — к конунгу подскочил один из викингов. — Прибыли разведчики!

— Я вижу! Вернись в строй!

— Да, вождь! А что дальше делать будем? — увлеченно спросил викинг.

Ниялль молча свесил дубину и мертвым взглядом посмотрел на него. Мужчина откашлялся и поспешил вернуться в общую колонну. Через минуту в метре от конунга остановились всадники. Двое мужчин, Ниялль отправил их еще утром по дороге, узнать, что же там впереди. Они соскочили с коней и встали перед конунгом. Ниялль повернулся к войску и рукой дал знать, что им следует остановиться на почтенном расстоянии, дабы не мешать важному разговору.

— Говорите! — одобрительно кивнул конунг. Один из всадников сделал шаг вперед, вытянулся и посмотрел Нияллю прямо в глаза.

— Вы не выспались, вождь?

— Я тебе сейчас череп пробью!

— Извини, вождь! Не мое дело! Там впереди широкий разлив реки. У берега стоят восемь кораблей, это не драккары, вождь! Похожи на корабли продавцов рабами.

— Сколько людей?

— Немного, вождь! Человек пятьдесят на берегу. Много бочек, видимо провизия!

— Дальше!

— А что дальше? — удивленно спросил уже второй всадник.

— Ты заткнись! Если мне потребуется от тебя что-то узнать, я задам тебе конкретный вопрос. А ты, — обратился он снова к первому всаднику, — продолжай! Что у них с воинами?

— Не видно, вождь! Наверное, ушли в город, охраняя своих хозяев, которые повели туда рабов на продажу. — викинг пожал плечами.

— Отличные новости! — ухмыльнулся Ниялль и повернулся к войску. — Сотня мужчин из первого ряда, выйти и встать позади меня! — в это же мгновение мужчины поспешили выполнить приказ своего вождя. Молча. Не прошло и минуты, как сотня викингов уже стояли за спиной Ниялля. — Хорошо! — одобрительно кивнул конунг. — Все остальные остаетесь здесь! Не расходится, полная боевая готовность.


Ниялль и сотня северян быстро пошли дальше по дороге, туда, где у берега ждут своей смерти, ни о чем не подозревающие, люди. Река постепенно стала расширяться и через час пешего пути воины заметили тонкую дымку костров. Если присмотреться, то можно разглядеть возле берега силуэты кораблей. В разы больше, чем драккары викингов. Похожи на ладьи Солнцеслава, но другого строения.

— Черные? — тихо спросил у конунга один из воинов.

— Да! Нужно подойти ближе и посчитать, сколько там кораблей! Возьми половину мужчин и заходите с того холма. — Ниялль вытянул руку, указывая на правую сторону дороги. Воин, вдохновленный таким доверием со стороны вождя, попытался выслужиться, вытянулся во весь рост и громко закричал.

— Пятьдесят воинов! За мной!!!

И тут вдалеке послышались крики мужчин и даже женщин. Те люди, что сидели возле кораблей, торговцы рабами, от крика викинга и стали разбегаться кто-куда. Наибольшая часть полезла на корабли. Ниялль треснул себе ладонью по лбу, дернулся нервно и закричал своим воинам.

— В бой, ублюдки! Перебить всех! Да корабли сохранить! В бой же!!!! — он махнул топором, и сотня северян бросились по дороге туда, где были видны дымки костров.

Тот воин, который закричал, выдав весь отряд, тоже попытался бежать вместе со всеми. Но Ниялль в прыжке схватил его за плечо, развернул к себе и со всех сил вдарил ему рукоятью топора под глаз. Большой синяк моментально заволок собою чуть ли не половину лица воина. Тот ошарашенно отступил, схватился одной рукой за ушибленное место и паническим взглядом впился в своего вождя.

— За что, вождь? За что же? — он затрясся как побитая собака и от страха никак не может решить: бежать ему или стоять на месте.

Ниялль медленно стянул с себя рубаху, обнажив кривые ребра, десятки шрамов и безумно мускулистое тело. Да, страшное, но крайне крепкое телосложение. Руки настолько жилистые и твердые, что с трудом верится, что ими вообще можно двигать. Синие вены выбирают наружу, наливая кровью маленькие, но подобные камню кулаки. Этот человек пугает своей неестественностью, избитостью и демоническим ликом.

— Вождь! Прости вождь! Что я не так сделал! — затрепетал мужчина и кинул на землю свой топор. — Я не стану биться с тобой!

— Тогда ты просто сдохнешь, ублюдок! — брызжа слюнями, но при этом крайне спокойно выговорил Ниялль. Злость. Безумная злость: вот чем пахнет и веет от этого викинга. Он положил все оружие на землю, и напряг мышцы тела, сжав кулаки. — Как же вы меня достали! — закричал конунг и бросился на викинга в бой.

Тот принял его автоматически и попытался ударить своего вождя, но Ниялль наклонился, ушел от удара и, подскочив так высоко, как это было только возможно, врезал кулачищем воину в челюсть. Тот отшатнулся, упал на одно колено и, тут же вскочив, с страшным криком атаковал конунга. Ему даже удалось врезать один раз Нияллю по лицу. Конунг отступил несколько шагов, выводя противника пойти на него и резко затормозил, сбив воина с цели. Заставил его замешкаться. В этот момент Ниялль всей ладонью зарядил викингу в пах и сжал словно стальными щипцами все его хозяйство. Воин открыл рот и беззвучно закричал. Панически. Ужасно. Конунг посильнее схватил его за пах и, отступив в сторону, буквально поднял воина над землей, уронив спиной на землю. Викинг не смог даже свернуться клубком, он просто судорожно стал хватать ладонями землю и вопить беззвучно так ужасающе, как это было только возможно. Ниялль медленно поднял топор воина, подошел к нему, наступил на оба плеча, так, чтобы его лицо было прямо по центру и размахнувшись всадил острую сталь в лоб несчастного. Кровь брызнула на лицо и одежду. Запачкала траву вокруг. Безумие и ужас навсегда застыли на лице викинга. Конунг сошел с него, снова одел свою рубаху, взял оружие и раскачиваясь из стороны в сторону, словно в открытом море, поплелся по дороге к своим воинам.


Эта Англия. Она ужасно богата своими плодородными землями, но так отвратительна и бедна настоящими умельцами, которые были бы способны ее возделывать. Которые смогли бы поднять эти королевства… Да что там королевства?! Всех королей давно пора привязать к лошадям, а место правления отдать викингам! Уж они-то точно смогут возделывать эту богатую землю, выращивать на ней множество всего. Маленькие детки северян не будут вынуждены рождаться на скупых холодных камнях. Здесь они вырастут еще сильнее, сытее и быстрее научатся различному ремеслу. Ведь здесь больше возможностей! Почему таким славным народам, как викинги, достались камни? А этим зажранным ублюдкам настолько богатые земли? Это несправедливо. Ниялль дошел до места, откуда начинается резкий спуск дороги вниз, туда, где лежат десятки убитых викингами людей. Северные воины обходят берег осматривая, что за припасы находятся у реки и не осталось ли здесь кого из живых. У самого берега стоят высокие тяжелые корабли, некоторые сели на мель. «Вот идиоты!» — подумал ниялль, — «Кто же по реке на таких кораблях то ходит! Понятно почему они не пошли на них в сам город, а остались здесь», — он кивнул головой своим воинам в знак того, что одобряет их действии и, спустившись к ним, раскачиваясь, пошел проверять корабли. На одном из них к краю подошел викинг и закричал конунгу.

— Мой вождь!

— Что там еще? — спокойно ответил Ниялль.

— Это нужно видеть! — улыбнулся мужчина и махнул конунгу рукой, приглашая пройти на корабль. Ниялль сплюнул на землю, фыркнул, но все-таки пошел за ним. Он лихо забрался на судно и попрыгал по палубе.

— Крепка! — ухмыльнулся конунг.

— Сюда, вождь! — крикнул воин и показал на спуск в трюм корабля. Ниялль медленно подошел к входу и, наклонившись, заглянул внутрь. Там чуть светло от одной убранной доски с палубы. Так делают специально, чтобы дневной свет попадал внутрь, когда перевозят рабов.

— Ну и что я должен увидеть? — зло ответил Ниялль и посмотрел на воина. Тот растерялся, подошел к вождю и, наклонившись, заглянул в трюм.

— Так вон же, вождь! — он указал на огромный длинный ящик, в таких христиане закапывают в землю умерших людей. Ниялль спрыгнул в трюм и подошел к ящику. Одним движением руки конунг опрокинул крышку и задористо воскликнул.

— Вот это подарочек! Вот это дары! Боги нынче щедры!

Воин тоже спрыгнул в трюм и подбежал к вождю.

— Да, вождь! Боги щедрые! Как думаешь, что это за плита? — он дотронулся рукой до огромной плиты, что лежит в ящике. В центре нее стоит большая непонятная печать с изображением двух коней.

— Идиот! Это цельный золотой слиток! Переплавленное золото в одну здоровенную плиту. Понятно теперь почем корабль так низко стоит в воде, он не на мель встал… Он просто перегружен этим богатством! Да этого слитка хватит, чтобы нанять себе на службу многотысячное войско, отстроить новый город и… И еще только Боги знают, что можно сделать! — Ниялль вытаращил глаза на слиток и восхищенно потер ладони.

— Да… Я в жизни такого куска золота не видел!

— Сообщи всем воинам, пора отходить! Поднять паруса, ветер дует в сторону моря, течение несет туда! Мы отправляемся домой!

— Но, вождь! Здесь мало кораблей, как мы поместимся? — удивился воин.

— Я тебе сейчас челюсть сломаю придурок! Тебе что было сказано делать? Это корабли для перевозки рабов! Здесь поместится два наших войска! Все на борт и отходим, пока не пришли торговцы с воинами. Сегодня мы не станем терять наших в бою, отправляемся домой!

— Понял, вождь! — кивнул викинг и, поднявшись по лестнице, вышел из трюма. В глубине, в полумраке, остался стоять Ниялль, трогая золотой слиток и восхищаясь его красотой.


Огромные и тяжелые корабли несутся по широкой реке в сторону открытого моря. Боги! Как же сложно управлять этими неказистыми суднами, мужчины не успели отойти от берега, как уже изнывают от напряжения: их сухожилия рвутся до предела, красная кровь приливает к головам и мутит сознание. Да! Определенно их родные драккары куда удобнее, быстрее и даже красивее. И все-таки, жажда скорее убраться с этой проклятой Английской земли, да вернуться к себе домой, заставляет мужчин не сдаваться. Как единый механизм, викинги, громко вскрикивая в такт волнам, гонят корабли к открытому морю. Ниялль стоит на палубе, поставив правую ногу на борта. Ветер… Этот ветер перемен, что путает бороду и кидает в лицо комья запаха моря: он так близок викингам. Близок Нияллю. Конунг улыбнулся, закрыл глаза и во всю глотку закричал: «Домой воины!!!Ееееххххуууу»…

## Глава 21. Дьярви

Море бушует и вызывает на бой тех смельчаков, что сегодня отважились отправиться в плавание. Небо почернело от туч и спустилось так низко к воде, что викинги задевают его головой. Никогда еще северяне не видели такого шторма! Шквал ветра ломает мачты, волны сбивают драккары друг с другом, крушат их в щепки. Но, кажется, что кораблям, которые идут к берегам Йорвика, все по плечу. И нет страха в глазах тех мужчин, которые ведут их сквозь ярость севера. Сквозь ярость Богов. Когда силы воинов уже на исходе, а корабли вот-вот развалятся на куски, шторм резко пропадает. Моментально. Словно ничего и не было. Выглядывает солнышко и даже слегка припекает мужчин. Ветерок становится легким и веселым! Голубое-голубое небо уже очень высоко над головами и виду открывается удивительный горизонт.

На одном из драккаров в самом углу, усевшись в копне теплых шкур, что связаны между собою крепкими веревками, солнцу улыбается старичок. Очень маленького роста, плечи узкие, спина сутулится от тяжелой белоснежной бороды. На голове длинные волосы, несмотря на старость, растут так, что позавидует любой. Они заплетены в тугую косу. Виски идеально выбриты острым лезвием ножа, а на коже набиты старые татуировки. Если приглядеться, можно увидеть рунические записи и небольшой драккар с воинами на борту. Искусная работа! Старичок улыбается, кряхтя встает и идет вдоль всего корабля. Могучие воины вежливо кланяются и отходят в стороны. В глазах мужчин почтение и страх. Старик забирается на корму драккара, дрожащей рукой хватается за узел корабельной веревки и подзывает к себе молча одного из викингов.

— Что ты видишь там, впереди? — хрипло произносит старик.

— Землю, мой вождь!

— А что эта земля? Не сбились ли мы с пути? Что об этом говорят твои Руны? — старик прищурил один глаз и погладил задумчиво бороду.

— Это залив Йорвика! Мы скоро будем уже там. — твердо и решительно ответил викинг.

— Йорвик. Это город… Земля, где проклятый Торгисл, кем бы он не был, убил моего единственного сына! Наследника, в ком я души не чаял. Так?

— Да, мой вождь! И сегодня мы отомстим за твоего сына! Сегодня мы сожжем все города, что находятся поблизости и найдем виновного в смерти твоего сына! — так же неумолимо твердо произнес викинг.

— Хорошо… Хорошо! — ответил старик и викинг удалился.

Этот маленький хиленький старичок: король всех северян, Дьярви. Жестокости его нет границ. Он не испытывает жалости, страха и чести. Его боятся даже те, в ком течет его кровь. За всю историю правления Дьярви, ни один из воинов не пытался отобрать у него власть. И никто… Никогда… Не спорит с Дьярви, королем всех северян. Ибо кто однажды поспорит с ним, тот более никогда не будет жить.


Дьярви очень необычно пришел к своей власти. Не по наследству и не по праву выбора воинов. Раньше, несколько десятков лет назад, Дьярви был всего лишь прислужником короля, который правил северной землей. Это был могучий воин! А Дьярви исполнял его приказы. Однажды, когда король отправился в дальнее плавание на далекую Франкию, его убили, а все войско загнали и зажали в ущелье. Случилось это так: доверился король северян одному проводнику из Франкии, который обещал провести их сквозь ущелья к неким тайным землям, где богатству нет предела. Но он обманул их, подкупленный правителем Франкии. Все викинги были зажаты в небольшом заливе среди острых скал, а при попытке выйти их ущелья по одному кораблю, их тут же жгли и топили воины Франкии. Первым из ущелья выходил король северян и был убит. Викинги без предводителя, все равно, что псы без хозяина. Началась паника, грызня и дележ власти. Тогда и пришло время Дьярви, этот старик, тогда еще сильный воин, решился в одиночку разобраться с врагами по ту сторону ущелья. Он забрался на скалы так, как не мог никто иной. Пробрался к вражьим кораблям и темной ночью убил всех воинов. Настолько бесшумно, что никто из них даже не проснулся. Да что там! Даже воины на посту не смогли его заметить и почувствовать за своими спинами. Всего выход из ущелья охраняли два корабля. Дьярви перерезал глотки сначала воинам на одном судне, а после переплыл и совершил тоже самое на другом. Когда все были убиты, Дьярви наслаждался горящими кораблями сидя на острых скалах.

Такое безумие и такая ярость, заставили викингов бояться этого старика. И Дьярви это почувствовал. Вернувшись, он объявил себя новым королем. А следующей ночью Дьярви перерезал глотки всем тем, кто, по его мнению, мог пойти против его новой власти. Так и пришла к нему роль правителя. После возвращения домой Дьярви начал собирать войско для походов на таких же викингов, как и они сами: на соседние ярлства, города и поселения. Дьярви смог покорить всех правителей севера и всех стянуть под свое знамя. Легенды о нем быстро заполонили север и вскоре все северяне, и воины, и охотники, и земледельцы знали о могущественном Дьярви, который покорил самых непокорных викингов и заставил их платить в его казну часть от добытых с набегов сокровищ. А когда до старика дошла весть об убийстве его единственного любимого сына, будущего наследника, он объявил смыслом своей жизни — месть. Собрав сотни кораблей, десятки тысяч воинов, небывалое войско викингов, он пошел через море к заливу Йорвика. Боги содрогнулись и попытались остановить его, но власть короля северян настолько сильна, что даже они не в силах ему помешать.

— Еще совсем немного. Совсем рядом! — шепчет себе под нос старик.

Он снова медленно пошел к хвосту драккара и уселся на мягкие шкуры. Опрокинув голову, Дьярви стал улыбаться солнцу.


Астрид просидела на дереве целую ночь. Ее сторожили волки, озлобленные и дико злые. Они все ждали, когда девушка уснет и свалится им под лапы, но Астрид было не до сна. Жуткий холод был этой ночью. Она все время отворачивалась от тела Торгисла, которому волк Фенрир прокусил глотку. Он просто взял и убил его. Эти псы даже не стали жрать тело викинга. Вожак стаи рычит на каждого, кто пытается подойти к его добыче и сам не ест, оттого, что убит Торгисл был не ради добычи. А ради мести. На утро, когда солнце выкатилось на горизонт, Фенрир зарычал и все волки друг за другом убежали в лесную чащу. Астрид слезла с дерева, сильно ободрав ногу, и шатаясь пошла по дороге в Йорвик. Ей страшно. Одиноко. И очень грустно. Девушка то и дело начинает рыдать, не потому, что ей жалко себя… А от того, что, несмотря на грубость Торгисла… Ей очень жалко его. К тому же, этот викинг перед своей смертью спас ей жизнь. Перед глазами постоянно стоит картина, как волк рвет ему глотку. А в ушах неистовый яростный крик Торгисла: «Ну что, ублюдки, мы будем сегодня биться или нет?!»…

— Ты обещала мне любовь! — внезапно закричала Астрид и ее крик мягко потонул в глубине пыльной дороги. Он скользнул по скалам, отразился от хвойных деревьев и глухим эхом отозвался где-то совсем-совсем далеко.

— Ты сама не уберегла ее! — вдруг послышался голос Стейнунн у нее в голове. Провидицы, хозяйки женских сердец, волшебницы севера.

— Что? — изумленно вскричала девушка. — Стейнунн? Стейнунн?!! — но как бы она не звала ее, больше голос не звучал в голове.

Астрид села на край дороги и громко зарыдала. Девушка положила голову себе на колени, поджав их плотнее под себя и попыталась уснуть. Но только легкий сон коснулся ее разума, как на дороге послышались чьи-то шаги. Астрид не стала вскакивать, ей показалось, что это опять голоса и шумы в ее голове. Шаги стали громче и после вовсе медленно остановились возле нее.

— Астрид? — раздался громкий, но жутко уставший голос Солнцеслава. — Астрид Пестрокрылая?

Девушка подняла голову и вскочила на ноги.

— Солнцеслав? Ты ли это? — удивленно воскликнула девушка.

— Я! — улыбнулся мужчина и подмигнул ей. Астрид бросилась к нему на шею и жарко обняла этого великана.

— Как ты здесь? Откуда? Как? Что же? А где твои воины? Куда ты идешь? — засыпала она его вопросами.

— Я иду в Йорвик. Все мои воины отвернулись от меня. Понимаешь, я очень их подвел. Обидел. Я дал волю злости и убил одного из своих. — грустно проговорил наемник и отстранился от девушки.

— Убил? — расплакалась Астрид не в силах сдержать нахлынувшие эмоции.

— Ну хватит. Не нужно плакать! — горячо проговорил Солнцеслав и повернулся в сторону Йорвика. — Я не ведаю что же теперь делать!

— А почему ты идешь в Йорвик? Что там? — вытирая слезы рукавом, спросила Астрид.

— Там на кораблях остались мои воины! Мы привезли золото из Англии.

— А Ниялль? Ниялль с тобой?

— Нет, моя дорогая Астрид, Ниялль не со мной.

— Тогда где же он? — непонимающе спросила девушка. — Разве вы не плыли вместе? Его убили в Англии?

— Этого я не знаю. Мы забрали золото и пришли в залив Йорвика сами. А их драккары мы сожгли. Понимаешь? — разведя руки в стороны, ответил наемник и заглянул в глаза девушки. — Я поступил неправильно?

— Ты не должен был бросать его! Не должен был! Мы должны плыть за ним! — странно, но Астрид сама не верила тем словам, которые сейчас произносила. Но почему то, ей казалось, что она говорит то, что должна сказать.

— Мы? — удивленно воскликнул наемник.

— Мы! Сколько у тебя воинов осталось на берегу?

— По одному воину на каждое судно! — ответил мужчина.

— Этого должно хватить, чтобы мы отправились на одном судне в Англию, за Нияллем? Да? Хватит, чтобы управлять судном? Ты оставил на берегу целую команду, и они не знают о том, что случилось между тобою и твоими воинами в Герде!

— Я не понимаю тебя. — тяжело проговорил наемник. — Почему мы должны плыть за Нияллем? Даже одного судна нам не хватит, чтобы забрать с собой все его войско! Их слишком много. И к тому же, я думаю он будет зол на меня за увезенное золото и корабли, что мы сожгли, уходя из Англии! — с сожалением в голосе пробормотал Солнцеслав так быстро, что было сложно понять, что он говорит. — Я не вернусь в эту Англию.

— Тогда куда же ты сейчас? — удивленно уточнила Астрид и нахмурилась.

— Я отправляюсь домой.

— Домой?

— Домой. К себе, на Русь. Я устал и больше мне нечего здесь делать. Не останусь больше в Англии!

— Можно я с тобой? — Астрид наклонила голову и посмотрела себе под ноги. Ей вдруг стало неудобно от вопроса, который она задала.

— Нельзя! — грубо ответил Солнцеслав и пошел своей дорогой. Дальше в Йорвик. Астрид даже не поняла, почему он так зло и грубо ответил ей. Но она все равно пошла за ним следом. Качаясь из стороны в сторону от усталости и переживаний.

## Глава 22. Наемник — ремесло чести

В Герде паника. Люди спрятались по домам. По городу ходят нервные наемники, срываясь на каждого, кто попадается у них на пути. Им бы всем домой, а они мало того, что без предводителя в чужом городе, так еще и не на своей земле. В конце концов ситуацию в свои руки решил взять один из воинов, который больше всех был приближен к Солнцеславу, Ратибор. Он гораздо старше своего предводителя, но при этом всегда очень ценил его. Когда сегодня на площади Солнцеслав убил одного из воинов, он вместе со всеми отвернулся от него. Но не прошло и нескольких часов, как Ратибор понял, что поступок был крайне необдуманный. Конечно, предводитель виноват, но только под его руководством можно выбраться с этой земли и вернуться домой. Именно поэтому он решил попытаться вернуть доверие наемников к Солнцеславу и наконец то выбраться отсюда. С этой поганой каменной земли. Холодной и яростной. Ратибор сумел уговорить остальных наемников собраться на главной площади. Он встал в центре и стал говорить.

— Мои братья. Мои воины. Мои друзья. Каждый из вас знает меня! Я Ратибор — сын Тихомира, плотника, что строит дома на благо людей. И сейчас я хочу, чтобы вы меня просто выслушали. — он посмотрел тяжело на наемников и откашлялся. — Мы должны вернуться под командование Солнцеслава. Мы все устали. То, что он сделал не поддается объяснению. Он виноват. Но без него, нам не вернуться домой. В заливе Йорвика стоят наши корабли!

— И что ты предлагаешь? — выкрикнул один из воинов.

— Я предлагаю вернуться под его командование, сесть на корабли и уплыть домой.

— И мы просто простим ему убийство нашего брата? — злобно выкрикнул другой наемник.

— Нет! Мы придем на Русь и отдадим его под суд! — громко сказал Ратибор, и все наемники молча уставились на него. — Пусть его судят наши! Главное, вернуться домой.

— Это справедливо! — сказал один из наемников и вышел вперед. Он повернулся ко всем остальным мужчинам и спросил. — Справедливо? — все воины стали кивать головами в знак согласия и уже через несколько часов сотни быстрых лошадей помчались по дороге в Йорвик.


Солнцеслав дошел до холма, откуда открывается вид на все побережье моря. По правую сторону дорога виляет к Йорвику. Он встал, вытянулся во весь рост и подставил ладонь ребром над глазами, защищаясь от солнца. Глаза резко изменились, и наемник побледнел. То, что предстало его взору не поддается никаким объяснениям. Весь берег просто заставлен драккарами! Сотни кораблей, тысячи воинов, словно муравьи кишат на берегу, разгружая оружие и провизию. Солнцеслав даже ударил себе по щеке, но картина не пропала. Позади него послышались шаги Астрид и мужчина обернулся.

— Что случилось? Что с тобой? — непонимающе спросила девушка.

— Смотри! — мужчина указал рукой в сторону залива. Астрид подошла ближе и тоже присмотрелась к заливу.

— Это Ниялль? — задумчиво спросила она.

— Нет, ты что. У него нет столько воинов и тем более кораблей. Если бы он и раздобыл корабли, то только Английские. А это драккары викингов. Никогда столько кораблей не видел! А войско! Сколько здесь мужчин? Пять тысяч? Десять? — он покачал головой, и снова всмотрелся вдаль.

— Как страшно. — Астрид затрясло. Слишком много событий для одной девушки за последние несколько дней. Слишком много. Она прижалась к могучему торсу Солнцеслава, но он с силой ее оттолкнул от себя.

— Отвали! — выкрикнул он и зло сверкнул глазами.

— Солнцеслав, что с тобой? Я не узнаю тебя! Почему ты так со мной обращаешься? — чуть не плача, спросила девушка.

— Потому, что ты — ведьма.

— Ведьма?!

— Ведьма! Вокруг тебя все гибнут. И нет тому удачи, кто связался с тобой. Не смей трогать меня или я придушу тебя прямо здесь! — он схватил ее за рубашку и подтянул к себе. — Не смей ко мне подходить! — наемник с силой швырнул девушку не край дороги.

— Я поняла. Прости! — заплакала Астрид и, поднявшись с земли, скромно встала позади него.

Солнце ослепляет так сильно, словно так и хочет сжечь глаза. Но это так красиво. Этот закат над заливом. Горизонт ледяного моря. Невозможно долго смотреть, но так хочется. Солнцеслав решил осторожно спуститься в город и пробраться ближе к воинам. Там же его корабли, а на них его воины. Он тихо и быстро побежал по дороге в Йорвик, а Астрид, все также ковыляя и покачиваясь, медленно двинулась следом.


Наемники добрались до Йорвика только ночью. Весь берег озаряется кострами викингов, которые громко смеются, жарят мясо и распивают хмельную брагу. Рев от их голосов стоит такой, что слышно даже здесь.

— Кто это такие, Ратибор?

— Не ведаю, друже! Но их там невиданное войско. Это понятно уже сразу. Что тут творится? — Ратибор удивленно почесал затылок. — Не догнали мы Солнцеслава стало быть!

— Стало быть так. Что дальше делаем?

— Ждем утра, а там посмотрим. — тихо ответил наемник и повернул свою лошадь к съезду с дороги. Тут огромные камни у основания скал, которые прекрасно укроют несколько сотен наемников на эту ночь. — Костры не разжигать! Заприметят.

— Добро! — отозвался кто-то среди мужчин, и все последовали за Ратибором.


Солнцеслав и Астрид остались на ночь в одном заброшенном сарае на окраине города. Им так и не удалось рассмотреть ближе и уж тем более понять, что за непрошенные гости прибыли на побережье Йорвика. Солнцеслав решил дождаться утра, чтобы пока все спят постараться подобраться к ним как можно ближе. Но больше всего его волнует живы ли наемники, которых он оставил сторожить драккары. Их не могли не заметить. Если бы заметили, то непременно убили. Но наемники воины опытные и могли сообразить переждать где-то до возвращения войска. Ночь заволокла все окрестности и Солнцеслав, уставший залез на сеновал, что находится в заброшенном сарае. Трава вся перепрела, наполовину сгнила, зато мягко и тепло. Он залез почти полностью в сухую солому, закинул руку на глаза и практически моментально захрапел. Астрид дождалась пока он уснет и тихо легла рядом. Она все ближе и ближе двигается к могучему воину и, убедившись, что он спит крепким сном, совсем прижалась к нему. Уткнувшись носом в плечо наемника, Астрид плавно погрузилась в глубокие сны.

Когда солнце еще не выглянуло из-за горизонта на весь Йорвик лег густой туман. Он заволок собою и залив с морем, и тугие скалы, и дома мирных жителей, что спят в своих домах, тихо похрапывая. Уже стало немного светло, хотя солнце еще не видно. Солнцеслав зевнул, открыл глаза и, ошарашенный, отскочил подальше от Астрид.

— Я же сказал не подходить ко мне! — выкрикнул он и схватил девушку за волосы. — Ведьма! — он быстро осмотрел сарай, в котором они остались ночевать. Увидев возле дальней стены подпорку из тонкого дерева, наемник встал и потащил к нему Астрид. — Посиди пока здесь! Я не хочу причинять тебе вред, но и близко к себе не подпущу. — Зло сказал он и, поделив волосы девушки на две ровные половины, связал их за подпорку так, что голова Астрид оказалась плотно привязанной к деревянной палке на несколько крепких узлов.

— Нет! Прошу! Не бросай меня здесь! Солнцеслав, что с тобой случилось? Ты никогда не был таким свирепым! — завизжала девушка.

— Заткнись! — грозно сказал мужчина и вышел из сарая. Позади него раздалось истошное рыдание бедной девушки. Но наемник сделал вид, что ничего не слышит и быстро пошел подальше отсюда. В сторону побережья. Он миновал несколько улиц и остановился у края последней из них. Отсюда видно, что творится на берегу. Тысячи воинов спят на шкурах, многие подвыпили за ночь. Постовых нет. Наемник накинул капюшон из волчьей шкуры и спокойно пошел в самую глубь спящего войска. Туда, где находятся его корабли. Вид тут ужасающий: сотни драккаров заполонили все побережье. Тысячи воинов преспокойно спят под ногами Солнцеслава, не ведая о том, что враг идет прямо через них. Наемник дошел до первого из своих кораблей, это самый близкий к берегу, а значит большая вероятность, что именно здесь могут скрываться наемники. Если их не убили. Мужчина тихо залез на палубу и спустился в трюм. Прямо у входа на корабельной веревке висят головы убитых наемников. Все до одного. Здесь. На одной веревке.

— Ээй! Дружище! — закричал кто-то громко за бортом. На берегу. Солнцеслав достал свой меч и подошел к краю ладьи. На него улыбаясь смотрит Дьярви, седой старик стоит с топором в руках… А позади него собирается все больше и больше воинов. Сотня, две, три… Все викинги начинают просыпаться, потягиваются, зевают и, хватая оружие, заходят за спину своего вождя. — Как дела, Торгисл? — улыбнулся старик.

— Но я не Торгисл! — возмутился наемник и спрыгнул на берег. Он вытянулся во весь рост и представился. — Солнцеслав! Наемник с Руси. Вы убили моих воинов!

— И правда! Убили, кажется. Ну… Случается! — снова улыбнулся старик! — Всякое бывает, не так ли? А ты, Торгисл, зачем пришел?

— Я же сказал, что я не Торгисл! А ты кто будешь? — грозно спросил наемник.

— Я отец того юноши, которого ты убил. Так говоришь ты не Торгисл? Но ведь у меня и свидетели есть! — он повернулся за спину и что-то шепнул одному из воинов. Тот отрицательно помахал головой. Старика это явно взбесило. — И правда не Торгисл! — с мерзким выражением лица проговорил Дьярви. — И что мне с тобой делать? Я отпускаю тебя! Иди отсюда, и чтобы я тебя больше не видел!

— Пойти то я пойду, мой друг. Но только с твоей головой! — усмехнувшись проговорил наемник.

— Что? — удивленно спросил старик. — Что ты сказал? С головой моей? — он повернулся за спину и посмотрел на свое войско. — Идиот, один взмах руки, и ты покойник! А ты мне дерзишь?

— Ты убил моих воинов. И теперь ты должен ответить за это! Я погибну, несомненно. Но на одного меня придется не меньше сорока твоих воинов. А если повезет, то и твою голову заберу с собой!

— Ты мне нравишься. Нет! Правда! Отличный воин. Смелый! Не хочешь пойти ко мне на службу? — спокойно спросил старик.

— Я хочу твою голову! — улыбнулся Солнцеслав и крепко сжал рукоять меча. — Поделишься?

— Забирай! — крикнул старик и махнул рукой в сторону наемника.

Тут же несколько воинов пошли на него с топорами. Солнцеслав только сделал шаг назад как на холме, за войском Дьярви, раздался рев бычьего рога. Неумело, но уж как смогли отвлечь, три наемника Солнцеслава на конях застыли на холме. Дьярви обернулся, схватился за спину одной рукой и давай хохотать.

— Хахахах! Небось подмога твоя? Ох-хо! Давненько я так не смеялся! — все войско викингов один за другим тоже принялись хохотать.

А на холме, за тремя всадниками выехало все войско Русичей! Сотни лошадей, сотни славных воинов. Старик изменился в лице и замолчал. Перестали смеяться и викинги. Всеобщее молчание прервал смех Солнцеслава!

— Ахахаха-ха! Ну что, обосрались?! Аха-ха-ха!!!!

— Обосрались? — у старика глаза на лоб вылезли от такой наглости. Он нервно повернулся к своим воинам, махнул рукой и завопил. — Убейте его! Убейте всех! В бой же!!!!! — моментально, как цепные псы, все викинги бросились в сторону всадников и на Солнцеслава.

Наемники как один ринулись в ответную атаку. Многотысячное войско северян против нескольких сотен наемников. На каждого наемника не менее трех десятков викингов. Преимущество Русичей в конях и длинных мечах, которыми удобно рубить врагов находясь в седле. И кровью залилось все побережье моря. Крики мужчин, панические взгляды тех, кто ищет свои отрубленные конечности, звон стали и безумство воинов. Самое большое войско севера сражается с отрядом наемников с далекой Руси. Один Русич был сбит с коня обухом топора и упал в толпу. Его просто растоптали заживо. Солнцеслав, стоя один против нескончаемой толпы воинов, весь в крови, уже еле держит свой меч. А на него все налетают и налетают те, кто не успел устать в бою. И каждый мечтает заполучить честь, убить наемника и показаться перед Богами! Проявить себя! Заполучить почет побратимов. Не менее сотни убитых у ног наемника. Он кидает себе под ноги трупы и ступает по ним. Полуживые, некоторые из них, хватают его за ноги, кусаются и пинаются. То и дело Солнцеславу приходится прыгать в сторону, но толпа северян все настигает и настигает его. Наконец за спинами врагов появились первые всадники, они прорвались к своему предводителю и стали рубить северян со спины. Сообразив, что позади них враги, викинги принялись оборачиваться на всадников, и Солнцеслав, пользуясь моментом, стал с новой силой размахивать мечом по спинам своих врагов. В толпе наемник увидел старика, Дьярви, его практически затоптали. Он весь в крови, и своей, и чужой, еле дышит. Солнцеслав бросился к нему и вытащил его из-под ног врагов.

— Ну нет, ублюдок! От своих баранов ты не умрешь! — с этими словами наемник размахнулся мечом и мягко срубил голову старика.

Она покатилась по берегу и попала в морские волны. Солнцеслав взял голову за длинные волосы и, размахнувшись, кинул ее в толпу викингов. Один за другим, северяне стали складывать свое оружие и ложиться не берег залива. Величайший позор для викинга сложить свое оружие. Но другие викинги, видя, как их собратья сдаются, стали поступать так же. Через несколько минут около двух тысяч выживших викингов лежали на берегу, прикрывая свои головы руками. Все наемники окружили мужчин и встали со всех сторон, исключая любое бегство противника. Солнцеслав, уставший, сел на одну из бочек, которую выгрузили викинги на берег вчера вечером. Он вытер рукавом с себя кровь и обратился к северянам.

— Ваш вождь мертв! Его больше нет. Вы теперь свободны от подчинения! Сейчас мы возьмем провизию и все, что нам может понадобиться в долгом плавании и спокойно уйдем из залива Йорвика. Запомните тот день, когда величайшее войско викингов сложили свое оружие перед Русичами! Боги все видят. И ваш позор в том числе. Лежать на земле до тех пор, пока мы не отплывем. Хоть один поднимет голову, и мы перебьем всех!

— Можно слово! Слово! — закричал один викинг, не поднимая головы. Солнцеслав положил руку на свои глаза и постарался успокоить бьющий словно по наковальне пульс. — Встань!

Воин оглядывая поднялся на ноги.

— Говори! — наемник махнул рукой.

— Что нам теперь делать? Не жгите корабли, чтобы мы могли вернуться домой.

— Видите этот город? Это Йорвик! Самое большое поселение северян. И здесь нет правителя! Мы уходим, я дарую этот город вам на правах нашей победы! Ступайте и живите! Драккары ваши не сожжем, но несколько возьмем с собой! Выбирайте нового правителя и… Запомните этот день!


Через несколько часов, доверху нагруженные корабли наемников, ушли из залива Йорвика. Две тысячи викингов проводили их взглядами, стоя на берегу. Русичи ушли домой. Солнцеслав оглянулся последний раз и всмотрелся на холм, где лежит дорога в Герд. Там, на самой вершине холма, стоит силуэт девушки. Это Астрид Пестрокрылая. Ей пришлось отрезать себе волосы, чтобы освободиться. Она подняла руку и помахала отплывающим кораблям. Но этого наемник не смог увидеть. Исчезли паруса за горизонтом. Исчез и последний корабль наемников.

## Глава 23. Возвращение

Море спокойное, но при этом ветер достаточно сильный. Он заполняет собою тугие паруса и гонит корабли викингов обратно на север. Мужчины радостно общаются друг с другом, громко обсуждая Англию, добытое случайным способом сокровище и, конечно же, Ниялля, который как всегда оказался прав во всем. Кто знает, что бы могло случиться с воинами, если бы они не решили вернуться к своему конунгу. Ведь эта Англия… Это далеко не север. А за головы викингов дают неплохую награду. Сейчас все успокоились и отдыхают. У них полно провизии, которой хватит до конца плавания. Каждый из них ведает и о слитке золота, что лежит в трюме одного из кораблей. Мужчины уже даже обсуждали вопрос того, откуда взялось такое золото у торговцев рабами и пришли к выводу, что они просто переплавляли все заработанное золото в один слиток для того, чтобы его было сложно украсть. Сложно вынести с корабля. Но по всему видимо торговцы не подумали о том, что у них просто возьмут и уведут все корабли. Что они найдут на берегу той реки, где были убиты все их люди? Как теперь они смогут вернуться к себе домой?

— Ниялль! — закричал один мужчина, что стоит на корме судна и следит за горизонтом.

— Что там? — конунг встал и подошел к воину. Он поднялся к изголовью корабля и присмотрелся туда, куда указал мужчина. Там, на горизонте, появилось несколько драккаров викингов. — Это еще кто такие? — Ниялль почесал свою бороду и вздохнул. — Никакого спокойствия. Трубите в рог, ублюдки! Боевая готовность! Все корабли вывести в одну широкую линию! Если не глупцы, обойдут нас стороной! Выполнять!

— Да, вождь! — хором отозвались викинги на корабле и принялись гудеть в рог, давая понять другим кораблям о боевой готовности.

Через десять минут все восемь кораблей выстроились в одну широкую линию, а воины, похватав свои топоры, застыли в ожидании. Четыре драккара плывут прямо на них.

— Что там за идиоты сидят? Четыре драккара идут на восемь здоровенных кораблей? Ааа! — конунг ударил себя ладонью по лбу. — У нас же корабли работорговцев! Есть наше знамя? — обратился он к рядом стоящему викингу.

— Не ведаю, вождь!

— Так узнай! И поживее! — рявкнул Ниялль.

— Да, вождь! — выкрикнул викинг и убежал к воинам, уточнять на счет знамен. Не успел конунг вздохнуть, как он снова стоял возле него. — Есть четыре знамени, вождь!

— Поднять знамена! — Ниялль махнул нервно рукой, давая понять, что пора выполнить приказ.

— Есть! — крикнул мужчина и убежал.

Через несколько минут каждый второй корабль поднял знамя викингов. Это знамя уже знают на всем севере: знамя конунга Ниялля. Черный флаг, на котором красуется кровавый ворон. Ниялль стал смотреть на реакцию драккаров. Все четыре судна сбросили ход, опустили паруса и подняли в ответ белое знамя с изображением руны Феху.

— Ничего себе! Да это мужики из Бранда! — удивленно сказал викинг, стоявший возле конунга.

— Бранда? — переспросил Ниялль.

— Да, вождь! Это город чуть дальше от побережья Йорвика! В нескольких днях езды на лошади. Там небольшой город, Бранд. Отличные ребята, викинги. Промышляют тем, что ходят в набеги на Англию. Мы раньше с ними сотрудничали, поставляли им мясо с высокогорных пастбищ взамен за оружие и одежду, что они привозили с дальних берегов.

— Хорошо! Хватит болтать. Дай сигнал нашим кораблям стоять на месте, а мы отправимся к ним!

— Понял, вождь! — мужчина поднял рог и два раза загудел в него. С остальных кораблей раздался аналогичный звук. — Добро! Можно идти!

Мужчины взялись за весла и принялись грести в сторону четырех драккаров, что все так же спустив паруса стоят на месте. Якоря хорошо удерживают их, но от ветра все равно то и дело драккары швыряет в стороны. Когда корабль Ниялля подошел еще чуть ближе, один из драккаров двинулся на него. Они сравнялись. На судне около двадцати викингов. Бородатый добродушный здоровяк, держась за корабельную веревку, встал на борт и улыбнулся Нияллю.

— А ты, Ниялль! Конунг, о котором складываю легенды!

— И что? — грозно ответит Ниялль и осмотрел мужчину. — Ты кто будешь?

— Меня зовут Вагни, ярл города Бранд. Мы почти соседи с твоим Йорвиком!

— Куда вы идете? И почему так беспорядочно?

— Мы идем к тебе навстречу! Ходят слухи, что тебя бросили наемники у побережья Англии, там, где неприступный город Джарроу. Ты первый, конунг Ниялль, кто сумел захватить этот город! — Вагни ухмыльнулся и подмигнул Нияллю. — Отдаю тебе должное, ты — отличный вождь!

— Зубы мне не заговаривай. Кто слухи распускает? — мерзким голосом проговорил конунг.

— Астрид Пестрокрылая. Она приехала к нам несколько дней назад и рассказала о тебе. Мы вынуждены были пойти за тобой. Дело в том, что в город пришли неизвестные воины. Астрид рассказала о том, как наемники сражались с многотысячным войском короля северя — Дьярви!

— С самим Дьярви? И что… Наемники… Где они? — удивленно воскликнул Ниялль.

— Они перебили почти все войско северян. А оставшиеся две тысячи сложили перед ними оружие и легли на землю, прося пощады! Наемники ушли к себе на Русь. А две тысячи воинов разъезжают по городам, грабят, убивают и насилуют женщин. Настоящий хаос начался на севере. В наш город, в Бранд, приехала сотня викингов! Мы вступили с ними в схватку и почти одержали победу, но следом за ними приехали еще двести викингов. Они убили детей, женщин, сожгли наши дома. Только вот, — мужчина грустно указал на четыре драккара, — это все что уцелело. Мы пошли за тобой!

— А где Астрид? — укоризненно посмотрел Ниялль на мужчину и тот ухмыльнулся.

— Конунг Ниялль, она с нами на корабле! Астрид! Выйди, пожалуйста! — закричал Вагни, обернувшись, из трюма в капюшоне вышла девушка. Она медленно сняла капюшон и слезно посмотрела на Ниялля. — Вот она! Если бы не ее помощь, мы бы даже не узнали всего этого.

— Здравствуй, Ниялль! — тихо проговорила Астрид и горячие слезы закапали на старые доски палубы.

— Ты чего ревешь? — спросил Ниялль.

— Твой брат…

— Торгисл? — удивленно переспросил конунг.

— Да.

— Мой брат ушел в море! Он странник и его зовет туда сердце! Ведаю! — улыбнулся Ниялль.

— Твой брат мертв. Конунг Ниялль.

— Как мертв? — по всему телу пробежали ледяные мурашки, Ниялль дернулся и побледнел. — Как мертв?

— Прости! Он спас мне жизнь, укрыв от волков. Я сама видела, своими глазами, как Фенрир в обличии мирского волка вцепился в его глотку. Это был нечестный бой. Волки атаковали стаей. А твой брат… Он бился до самого конца, как и подобает настоящему воину. — Астрид еще сильнее заревела, пытаясь зажать рукой рот и остановить рыдание. Ниялль опустил глаза куда-то вниз и задумчиво замолчал.

— Конунг Ниялль! — прервал его размышления Вагни.

— Что? — выкрикнул конунг и с небывалой злостью посмотрел на мужчину.

— Разреши перейти под твое командование!

— Разрешаю! Поднимайте паруса и отправляемся в Йорвик! — Ниялль сжал кулаки и плюнул в море. — Фенрир говоришь… Брата моего убил… Ублюдки! Всем поднять паруса!!!! Идем домой!!!! — зарычал викинг и со всех драккаров раздался воинственный боевой клич рогов.

Мужчины закричали, взялись за весла и стали дружно грести под всеми парусами в сторону северной земли, разгоняя драккары настолько быстро, насколько это было возможным.


Ниялль посмотрел на небо. Ему показалось, будто из облаков сложился лик его брата… Он смеется… Ухмыляется… «Ну здравствуй, брат? — слышится ему голос. Ниялль протянул руку к небу и тихо произнес: «Брат… Ты отправишься со мной в Англию?» … «Ха-ха-ха! Я же странник… Я всего лишь морской странник!» … И голос растворился… Только одна горячая слеза упала с щеки Ниялля.

## Глава 24. Сойти с ума

Воины Дьярви разгулялись не на шутку. Местные жители уже смело говорят о том, что грядет Рагнарек. Настолько страшен и ужасен тот хаос, который навели воины. Мало того, что они все разгромили, так еще и мирных жителей, земледельцев да ремесленников, убивают ради забавы. Вчера вечером под громкую пьянку, викинги заставили трех толстых торговцев бежать наперегонки! Тому, кто придет первый они гарантировали жизнь. Когда тот прибежал и, запыхавшись с чувством победы, грохнулся на землю, викинги дали ему в руки нож и велели убить двух мужчин, которые остались позади. Торговец бросился на них и прирезал каждого с такой яростью, словно занимался убийствами всю свою жизнь. Викинги улыбнулись и… Привязали его к двум лошадям… По одной ноге к каждой. Лошадей пнули под зад, и они разорвали на части толстого торговца, который визжал на весь Йорвик. Если в городе итак все было развалено после отплытия Ниялля, то теперь и вовсе превратилось в хаос и разгром. Такое здесь впервые.

— Мой вождь! Земля! — закричал воин Нияллю, когда на горизонте появился берег залива Йорвика.

— Я вижу, полудурок! — грозно ответил конунг.

Только он привел себя в порядок, научился быть спокойнее, как известие о смерти брата выхлестнуло викинга до предела. Злость вернулась. Ярость и небывалое безумие. Сойти не так уж сложно с ума тому, кто всегда висит на волоске. В один миг Нияллю стала противна вся земля викингов… Весь этот быт… Эти мужчины, женщины, дети. Все это… Ему захотелось уничтожить. Сжечь дотла. Зарубить каждого… И втоптать в землю.

— Трубите в рог! — закричал воин и все корабли, один за другим, издали воинственный клич, который скользнул к скалам и отразился по всему берегу Йорвика.

Викинги Дьярви стали выползать к заливу, непонимающе озираясь. Пьяные, грязные и ничего не соображающие, они протирают глаза, опираются друг на друга и с сомнением переговариваются, пытаясь сообразить, кто плывет к берегам Йорвика. Догадок нет. Кто-то высказал свое мнение, мол это вернулся Солнцеслав. Всех охватила паника. Они еще помнят, даже будучи пьяными о том, как им пришлось сложить оружие ради того, чтобы выжить. Опозориться перед Богами. Быть проклятыми до конца своих дней и все только потому, что страх перед Русичами пленил их сознание. Когда корабли Ниялля подошли близко к берегу, викинги Дьярви притащили местного жителя и потребовали объяснить им, чье знамя с изображением кровавого ворона красуется на суднах.

— Это Ниялль! Конунг Йорвика!

— Что за Ниялль? — удивленно спросил один из воинов. — Наемники же нам город подарили! Дали волю жить здесь.

— Ниялль. — испуганно проговорил местный житель.

— Опасен? — прищурив глаз, спросил воин.

— Нет! Добродушный тип! Воины у него вообще слабые. — обманул местный житель.

Викинги отпустили его и, удовлетворенные ответом, решили принять бой. Они стянули на берег почти всех воинов, которых смогли найти. Из двух тысяч викингов Дьярви им удалось собрать около тысячи. Все остальные либо убиты, либо в других городах, занимаются грабежами и разбоем.


Восемь кораблей Ниялля и четыре драккара Вагни медленно подошли к берегу Йорвика. Вплотную. Тишина. На берегу, застыв в ожидании, стоит тысяча воинов. Они тяжело дышат, а биение сердец слышно даже здесь. Через несколько минут на борту одного судна появляется Ниялль. Он зловеще смотрит на войско и лихо прыгает на берег. Спокойно, не спуская взгляда с викингов, Ниялль достает свой топор и ухмыляется.

— Кто главный, ублюдки?

Воины молчат. Около сотни мужчин позади всей толпы тихо стали сваливать. Озираясь по сторонам, они пригнувшись легко проскальзывают по натоптанным тропам поглубже в город. Ниялль, видя эту картину, ухмыльнулся так зловеще, что вся тысяча викингов отшатнулась назад. Это нужно просто видеть, вся эта картина, эта ситуация… Хватает за душу и не отпускает… До самого конца.

— Кто главный? — Ниялль подошел к викингам и стал заглядывать каждому из них прямо в глаза.

Ни один из них даже не попытался посмотреть в ответ. Они просто, молча стоят, не в силах сдвинуться с места. Это необъяснимое явление, когда страх настолько сильно душит настоящих воинов, которые славятся своей жестокостью… Да их боится и Англия, и Франкия и множество других земель. Люди в страхе разбегаются перед ними… Но здесь, сейчас… Они как испуганные щенки боятся одного единственного мужчину… Конунга Ниялля. Тысяча славных воинов! Один викинг вышел вперед и засунул свой топор за поясной ремень.

— Конунг Ниялль! Я слышал о тебе. Разреши встать на твою сторону!

Ниялль молча махнул головой, давая понять, что можно присоединиться к ним. Увидев эту картину, викинги облегченно выдохнули и один за другим стали убирать топоры да переходить на сторону Ниялля. Тысяча воинов единогласно приняли нового вождя. Сам Ниялль, поняв, что битвы не будет и все здесь теперь принадлежит ему, велел своим воинам сходить с кораблей. Теперь у него есть Йорвик, огромное войско викингов и целый флот драккаров, которые ранее принадлежали Дьярви, Вагни и торговцам рабами. Есть все… Но нет кровного брата.

Золотой слиток, привезенный из Англии, аккуратно подняли и отвезли на лошадях в дом конунга. Ниялль снова прошелся по городу и велел сегодня же привести все в порядок. Всем воинам выдали работу и Йорвик ожил… Люди облегченно вышли из домов и каждый был рад видеть возвращение своего конунга. Застучали топоры по дереву, викинги чинят порт, дома и мосты. Женщинам велели заняться готовкой еды для воинов, детвора бегает по улицам задорно смеясь. Только конунг Ниялль невесел. Он сел в своем доме на ящик с золотым слитком и грустно, упиваясь медом из деревянной кружки, запел песню:

«Борода моя черная-черная

Скроет грубость и смех в бою —

Льется-льется песня веселая,

Я ее врагам спою!»…

— Я ее врагам спою. — повторил Ниялль и с силой швырнул кружку меда на деревянный пол.

## Глава 25. Найти Фенрира

На следующее утро конунг позвал к себе двух воинов.

— Схватить Астрид и посадить на цепь! Как псину! — буркнул он, медленно натачивая лезвие топора.

— Есть, вождь! — отозвались викинги и удалились. Ледяной взгляд Ниялля застыл. В нем нет эмоций. Вообще никаких. Он холоден. Зол. Ужасен.

Спустя полчаса воины нашли Астрид Пестрокрылую. Она находилась в срубе у самого залива. Это тот самый дом, куда разместил однажды Ниялль ее и Ингрид. Тогда, Астрид впервые разглядела в Ниялле настоящего живого человека, который умеет быть добрым и открытым. Умеет чувствовать и заботиться. Вчера вечером девушка пришла в этот сруб, чтобы просто выспаться и набраться сил. Викинги влетели в дом и один из них схватил Астрид за волосы. Второй подхватил ее ноги и в таком положении они понесли девушку в центр города. Астрид страшно визжит и извивается. Ее короткие волосы, которые ей пришлось отрезать, чтобы освободиться после того, как Солнцеслав привязал ее к опорной палке, постоянно выскальзывают из рук викинга, и он, то и дело, подбрасывает голову Астрид в воздухе и снова ловит ее за волосы, крепко сжимая цепкими пальцами.

— Пустите! Ну пустите же меняяяя… — рыдает девушка.

Воины вышли на улицы Йорвика и уверенно двигаются в сторону главной площади. От истошных криков несчастной все люди стали украдкой выползать из своих домов. За спинами воинов собралось немало местных жителей. Толпа становится все больше и больше. Они аккуратно ступают следом. Возле дома конунга уже столпились воины. Их созвал Ниялль в случае, если придется сдерживать толпу. А сам тем временем спокойно мастерит что-то из длинного бревна и палок. Он напевает себе под нос странную песню, ухмыляется и активно забивает железные гвозди в бревно. Может показаться, что он прекрасно себя чувствует. Но стоит посмотреть на его мертвые глаза и ледяной ужас ложится на душу даже самых смелых воинов. Демон. Сам Бог Локи.

Викинги притащили девушку и посадили ее в прямом смысле слова на цепь. Толпа встала полукругом вокруг площади. Все непонимающе смотрят на происходящее. Ниялль встал, обернулся к Астрид и задористо произнес.

— Фенрир говоришь? — он подмигнул девушке и Астрид сквозь слезы ответила.

— Ниялль! Что со мной будет? Что ты хочешь сделать? Прошу тебя… Не нужно! — она сильно зарыдала и вцепилась пальцами в землю. — Ты убьешь меня?

— Фенрир значит! — качая головой, снова промолвил конунг и принялся дальше мастерить свое творение.

Люди стали перешептываться. Тогда один огромного роста викинг вышел в центр площади и закричал.

— Все заткнулись! — он обвел взглядом испуганную толпу. Настало молчание. Воин вернулся на свое место. Ниялль громко одобрительно крикнул, что-то на непонятном языке и повернулся к мирным жителям.

— Однажды… — начала он, — Я был в Англии. Не помню точно какой это город! Так вот. Были мы там вместе с моим братом, Торгислом! — он снова посмотрел на Астрид и подмигнул ей, — Так вот! Когда мы вошли в город, то увидели на странных крестах сгоревшие тела девушек. Тогда мы поймали их местного жреца, который утверждает, что имеет силу общаться со своим Богом. Иисусом! И спросили у него: «Дружище, скажи, что за девушки висят на крестах и почему они сожжены?». Знаете, что ответил нам жрец? Он сказал: «Это ведьмы, которые колдуют против нашего Бога! И мы сожгли их для того, чтобы отдать дань Иисусу. И истребить этих тварей! А крест, на котором висит каждая из них, это полная копия того креста, на котором однажды был убит Иисус». Мы с братом очень удивились! Наверное, вы согласитесь с тем, что странно убивать людей так же, как был убит твой Бог. — Ниялль, прищурясь, посмотрел на людей, обернулся и осмотрел с ног до головы своих воинов. — И мы пришли к выводу, что эти жрецы, точно такие же ублюдки, что однажды убили Бога, в которого они так свято верят. Нет никакой разницы! Но несмотря на это, сегодня я решил провести точно такой же обряд и сжечь ведьму на кресте. Никогда своими глазами не видел, так давайте сегодня вместе посмотрим на это зрелище?

— Нееет! Неееет! — закричала Астрид и стала буквально захлебываться в своих слезах. Она принялась дергаться на цепи, хватать все вокруг и задрожала так, словно ее непрерывно било молнией в грозу. Один из воинов подошел к ней и прижал ногой к земле. Чтобы не дергалась.

— Привязать эту шлюху к кресту и вкопать его в землю! — завопил конунг.

Несколько мужчин тут же принялись исполнять волю своего вождя. Они схватили девушку, которая не нашла в себе силы даже дергаться и накрепко привязали ее к деревянному строению. Двое других воинов уже выкопали яму, в которую аккуратно поставить крест. Пока несколько мужчин удерживают его, другие засыпают землей и закладывают камнями. Они отпустили крест только тогда, когда убедились, что он плотно стоит в ровном положении. Ниялль подозвал рукой к себе одного из воинов. — Вынесите мне мой стул из дома и вели мужикам заложить основание креста соломой и дровами!

— Понял, вождь!

— Стой! Это не все.

— Да, вождь!

— И факелы принести. Воинам вели встать позади народа. Ни один человек не должен отворачиваться. Пусть все видят, как горит эта тварь! — конунг побледнел и его глаза стали еще злее и безумнее, чем были когда-либо. Воин поспешил удалиться для исполнения воли своего вождя. А Ниялль повернулся к людям и без каких-либо эмоции сказал.

— Попрошу вас всех задержаться! На время проведения данного действия. А после вы все свободны!

Люди со страхом посмотрели на своего конунга, на крест с Астрид, на ее обнажившуюся грудь, что торчит из-за порванной рубахи, на татуировки, что скрывают клеймо рабыни… На воинов, что встали позади них и не дозволяют никому покинуть площадь. И каждый боится сказать слово. Пошевелиться. Вдохнуть воздух полной грудью. Мрак и ненависть. Страх и дрожь.


Конунг Ниялль сел на высокий стул. Он опрокинулся на спинку и улыбнулся Астрид.

— Готова?

— Прошу… Не нужно… — донеслось легкое рыдание девушки.

— Меду мне! — крикнул Ниялль и тут же один из воинов поднес конунгу деревянную кружку, украшенную резными Рунами.

Второй воин налил туда сладкий хмельной мед, который прекрасно настоялся на бруснике. Ниялль залпом выпил его, пролив больше половины на свою бороду и одежду. Викинг снова долил кружку до полна.

— Сжечь тварь! — махнул он рукой и Астрид завопила на весь Йорвик.

— Неееееет! Неееееет!!!!!

Молоденький мужчина молча поднес к соломе факел… И все озарилось пламенем. Девушка стала дергаться на кресте, извиваться словно змея и кричать так, что крик ее стал заживо раздирать души стоящих здесь людей. Кто пытался отвернуться и не смотреть на это зрелище тут же получал удар палкой от воинов, которые ходят туда и сюда, исполняя указание вождя. Пламя костра схватилось за пятки девушки и крепко уцепившись поползло выше. Астрид потеряла сознание от адской боли. Ниялль поднял кружку меда к небу и произнес:

— За тебя! Мой брат!

## Глава 26. Мифическая Ирландия

— Вождь, ты звал меня? — обратился Вагни к Нияллю.

— Да! Если я за тобой позвал человека, значит стоит догадаться, что я тебя звал! — мягко ответил Ниялль, запихивая в меховую суму горячие лепешки. Вчера сожгли Астрид Пестрокрылую, а сегодня конунг решил уйти в леса и найти убийцу своего брата. Совсем с ума сошел. Наверное, он все же идет для того, чтобы найти самого себя. — Вагни, я тебе доверяю. Как и ты однажды доверился мне и пошел со мной на битву, ведая, что войско Дьярви гораздо больше нашего. Мне нужно уйти, не ведаю на сколько. И я желаю оставить управление Йорвиком на тебя.

— Но, вождь! — прервал его Вагни.

— Замолчи и слушай! — грозно нахмурился Ниялль и продолжил. — Я не передаю тебе свои земли, а лишь временно даю право управления на время моего отсутствия! Мне нужно решить некоторые очень важные дела.

— Да, вождь!

— Разве я не велел тебе заткнуться?

— Да, вождь! Ты велел мне замолчать и слушать! Я молчу и слушаю, вождь. — отозвался Вагни и сделал серьезное лицо, пытаясь скрыть радость от того, что ему доверяет сам конунг Ниялль.

— Ублюдок. — Ниялль треснул себя ладонью по лбу и покачал головой. — Ты можешь просто заткнуться?

— Да, вождь!

— Блядь! Пошел вон отсюда, ублюдок!!! — завопил конунг и, схватив топор цепкой хваткой, бросился на Вагни. Тот ошеломленный выбежал из дома и побежал по улице без оглядки. Ему все время казалось, что конунг вот-вот бросит ему в спину топор. Ниялль вышел следом и, тяжело дыша, от злости стал смотреть на тех людей, что находятся на площади. Когда его взгляд скользнул через небольшой отряд воинов, что стоят на улице громко о чем-то беседуя, ему показалось, что там стоит Торгисл. Ниялль открыл широко глаза, сделал несколько шагов в сторону мужчин и протянул руку. — Торгисл! — воскликнул он и мужчины все дружно обернулись. Конунг опустил руку, нервно дернулся и быстрыми шагами удалился обратно в дом, громко хлопнув дверью.


Солнце поднялось высоко над городом, небрежно бросая свои скудные лучи по скалам и побережью. Крышам домов досталось совсем ничего. Иногда небольшие тучки пробегают по небу, закрывая собою северное солнце и тогда становится вообще темно, почти как ночью. Все местные жители занимаются своими делами. Кто-то колет дрова и складывает их в круглые стопы. Одна девушка, молодая, но жутко измученная пыталась быстро пройти через улицу. Ей навстречу вышло несколько воинов, один из них схватил девушку за руку и на ее плече показалось клеймо рабыни. Воин ухмыльнулся, зажал несчастной рот и стал заталкивать в рядом стоящий сарай. Остальные викинги зашли следом. Последний из них, озираясь, тихо закрыл дверь.

Ниялль вышел на улицу и, качаясь, словно на драккаре в открытом море, медленно пошел по улице к берегу залива. Местные жители провожают его взглядом. У каждого свои мысли относительно вождя. Кто-то смотрит на него с сожалением и грустью. В чьих-то глазах отражается ненависть и злость. Двое викингов быстро догнали своего конунга и стали идти позади него, исполняя роль охраны. Ниялль повернулся, исказил лицо и помахал рукой, давая понять, что им не следует идти за ним. Мужчины поклонились и поспешили удалиться. Когда Ниялль вышел к краю холма, на котором стоит Йорвик, он сел на плоский камень, подогнул под себя ноги и стал вглядываться за горизонт моря. Там, у берега, что омывается солеными волнами, ходят маленькие люди. Они занимаются своими делами. Дальше залив, окруженный острыми скалами, расширяется в открытое море и убегает вдаль… Вдаль… Нияллю страшно захотелось отправиться прямо сейчас в плавание на одном единственном драккаре. Взять с собою только тех воинов, кто способен молчать и беспрекословно исполнять его приказы. Да! Он бы с огромным удовольствием уселся на корме судна, держась за крепкие узлы на корабельных веревках, и просто сидел бы так часами. Открыть новые земли. Увидеть то, чего он не видел еще никогда. Что там? За другими заливами? Что если пройти по течению, что топит многие драккары смельчаков? Что будет там? Какая там земля? И какие люди? Есть ли у них Боги? Какие? Эти вопросы донимают и перегружают сознание конунга. Сегодня утром он твердо решил уйти в леса, но тогда он потеряет все, что у него есть. Йорвик, войско, власть. А поставить себе временную замену в виде того же Вагни, все равно, что просто отдать правление города глупцу. Ниялль присмотрелся за тонкую ленту горизонта и потряс головой. Еще раз пригляделся. Там, еле видно, к земле идет парусное судно. Опытным глазом сразу понятно, что это не драккар. Ярко-красные паруса набиты до предела попутным ветром и судно стремительно несется к побережью.

— Гости? — удивленно спросил сам у себя конунг. — Гости! — ответил тут же и встав с камня, стал быстро спускаться к заливу.

Когда судно подошло еще чуть ближе, местные жители, а также воины стали стягиваться на берег. Всем было любопытно, что это за одинокий корабль, столь странный, несется к северной земле. Ниялль встал на деревянный помост и, улыбаясь, стал ждать, когда судно подойдет ближе. Странно, но сердце его стало биться очень сильно и порою кажется, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Конунг не может сдержать улыбки, а ладони рук вспотели. Злость, обида и усталость рассеялись в один миг. Никогда еще такого не испытывал этот вечно злой викинг. И это заметили воины Ниялля, приободрившись, они тоже растянулись в широких улыбках! Невероятную энергию несет этот изящный корабль. Вблизи можно рассмотреть его в деталях, увидеть ту грацию, с которой он рассекает волны. Построен на славу! В два раза выше, чем драккары викингов и в несколько раз быстрее, чем ладьи наемников с Руси.

Радость на лице конунга сменилась непониманием. Он отшатнулся и закричал.

— Все дальше от берега! В сторону! — с этими криками Ниялль быстро спрыгнул с деревянного помоста и отбежал подальше от берега.

Раздался визг женщин и детей, викинги ошарашенно стали хватать тех, кто не понял, что тут происходит и побежали подальше от берега. Буквально через минуту волны с огромной скоростью вынесли на побережье столь восхитительное судно! Острый конус корабля разнес в сторону серые камни и скрипя, словно гнутся деревья в сильный ураган, судно накренилось и свалилось боком на берег. Доски сломались, мачту переломило пополам от сильного удара и в воздухе застыло молчание. И воины, и местные жители и даже Ниялль, все стояли не в силах произнести и слова. Такое в Йорвике впервые. Ниялль пришел в себя и, схватив топор, быстро побежал к кораблю. Он зацепился проушиной топора за деревянную балку, подтянулся, перекинул ноги и скрылся к глубине судно. Викинги окружили корабль со всех сторон и не ведая, что делать, просто стали ждать своего вождя. Послышалась возня внутри трюма корабля, ругань Ниялля после глухого стука головы о бревно и снова молчание. А через несколько минут конунг появился у бортов держа в руках девушку. Она, уронив голову, украшенную ярко-рыжими волосами, явно без сознания. Отсюда видно, что все лицо в веснушках. Руки, шея и даже ноги, тоже покрыты дарами солнца. Невозможно не отметить ту красоту, изящество и грацию, какой была наделена эта девушка: казалось, природа, подарила ей все самое лучшее! Ниялль закричал воинам.

— Что встали, ублюдки? Взять девушку, отнести ко мне в дом! И чтобы ни единый волос с ее головы не упал! Все ясно? — он наклонился и подал двум сильным викингам девушку.

Они аккуратно приняли ее и понесли в город. Остальные викинги и местные жители все так же молча наблюдают за происходящим. Ниялль снова исчез в глубине корабля. Прошло больше получаса, воины стали волноваться и один из них решил пойти следом за вождем, но только он хотел запрыгнуть на судно, как у борта снова появился Ниялль. Он держит в руках небольшой сундук, но видно, что тяжелый. Лицо его перемотано тряпкой. Конунг наклонился, сдернул с лица мокрую тряпку и подал воинам сундук.

— Положить его на землю и не трогать! — с этими словами Ниялль разбежался и спрыгнул на берег. Воины расступились. Конунг отряхнулся и сел на сундук.

— Что там такое, вождь? — удивленно спросил один из викингов.

— Все мертвые. Девка жива! — запыхавшись, ответил конунг и протер лоб. — Умерли от истощения, кажется долго были в море! Последнюю воду и еду отдали девке, но и она без сознания. Лежала на полу, видимо выбросила с лежака, когда корабль потерпел крушение. Ему еще повезло, что не в щепки разнесло!

— Откуда он? Построен умельцами! — вдохновленно продолжил викинг и все воины стали стягиваться к своему вождю. Им интересно наблюдать, как конунг что-то рассказывает, впервые за долгое время. За их широкими спинами выглядывают местные жители.

— Мы с моим братом, Торгислом, ходили на корабле в дальние плавания. И однажды мы попали в сильное течение, за Англией. Там, нам казалось, что смерть где-то близко. Но все обошлось, и мы выбрались на неизвестную землю. Там мы пробыли несколько недель, пока чинили наш драккар. За это время мы не встретили людей, мы считали, что это острова. С нами плавал Ульф, это человек, которые прекрасно разбирается в навигации. В это время он хворал и не мог сориентировать нас, что же это за земля. Но когда мы ушли оттуда, он смог разобраться и сказал, что земля эта зовется Ирландией. О ней складывают мифы и легенды. Никто не был там. А те, кто говорит, что были — лжецы и обманщики. После этого мы множество раз пытались найти ее, пробраться туда, но все было тщетно. Лихие ветра, что гонят бурное морское течение в дальние воды, крушат корабль и ломают наши мачты.

— Хочешь сказать… Что это судно из Ирландии? — удивленно выкрикнул местный житель, выглядывая из-за спины одного из воинов. — Я слышал про Ирландию! Не могу поверить, что этот корабль оттуда.

Ниялль прищурил глаза и с азартом посмотрел на мужчину.

— Видишь сундук, на котором я сижу?

— Видим! — хором отозвались люди. Воины закивали головами.

— В нем я увидел карту, странную до одури. Она нарисована прямо на бумаге, листы дерева, какими пользуются в Англии. Но чтобы на этих листах изображали моря, земли и скалы, я вижу впервые. Мы такую видели на дощечке, когда ходили в набег на город Джарроу. Я уверен, что эта карта — дорога к Ирландии. Изучу ее сегодня же и возможно в ближайшее время мы сможем отправиться в набег на новые земли! — конунг улыбнулся и встал с сундука. — Корабль сжечь дотла, ничего оттуда не брать и не выносить. Сжечь и закопать остатки. — с этими словами Ниялль поднял сундук, сложил его себе на плечо и напевая веселую песню под нос, стал подниматься по дороге в сторону Йорвика. Пропала злость, ярость и обида. Пропали переживания. Новые ветра кинули к ногам конунга Руны дороги. Руны перемен. Ветер завыл сильнее, зовя сердца викингов в новые странствия.

## Глава 27. Никому не верить

Рыжеволосая красавица. Она привлекает внимание всех мужчин. И всегда привлекала. Дербхэйл — дитя солнца. Дитя Ирландии. Когда ее отец собрался впервые покинуть далекие Ирландские земли, она напросилась с ним. Кто может отказаться от такого, потрясающего воображение, плавания? Новые земли, море и ветра. Команда из тридцати бравых ребят на корабле с красными парусами, стояли у бортов, провожая взглядом родные края. Сердце каждого наполнялось страхом и грустью, радостью и счастьем. Тревога отступала назад, опьяненная романтизмом, и с новой силой накатывала на них. До дрожи в руках. Мужчины делали вид, что им холодно, растирали тело и нервно смеялись, отвлекаясь от этих волнений. Но каждый знал, что это страх. Это пьяная дрожь. Боязнь далеких и неизвестных земель. Отец Дербхэйл держал ее за руку, сжимал крепко и только она одна не боялась никого и ничего! Ее манили дальние края и странствия. Молодая и романтичная она хотела скорее увидеть новые земли, о которых ее отец рассказывал с самого детства. Ирландия еще никогда не отправляла своих сыновей так далеко.


Ниялль всю ночь просидел возле девушки. Он отгонял от себя сон и заботливо смачивал тряпкой с холодной водой лоб и шею рыжеволосой красавицы. Не оторвать взгляд. Впервые в этом суровом мужчине проснулась забота и трепет за жизнь человека. Нияллю стало так противно за то, что когда-то он мог позволить себе спать с грязными шлюхами, которые отдаются каждому за звонкую монету. Он никогда не обращал на это внимание, а теперь ему противно. Он забыл обо всем. Не хочется отходить от девушки, просто утонуть в ее красоте, забыться навсегда и захлебнуться в запахе ее волос. Очередная порция сна накатила на мужчину и он, откинув голову, провалился в яму усталости и сновидений. Но тут же очнулся от тихого голоса Дербхэйл.

— I Gcás Ina Mé? — произнесла девушка и открыла глаза. Она попыталась повернуть голову в сторону Ниялля, но тут же скорчилась от сильной боли. Во время кораблекрушения она получила серьезный удар в районе затылка. Ниялль подложил ей туда мягкую шкуру и всю ночь следил за ее состоянием.

— Что ты сказала? — конунг вскочил со стула и наклонил ухо над губами девушки.

— I Gcás Ina Mé? — повторила она и ее губы легко задели ухо мужчины. По телу Ниялля пробежала легкая дрожь. Он выпрямился и посмотрел на девушку.

— Ничего не понимаю! Боги! Она же с другой земли. — он стал ходить по комнате туда и сюда, что-то обдумывая. После с шумом выскочил на улицу, громко хлопнув дверью.

Дербхэйл осталась одна.


Ниялль сел на лошадь и поскакал на самую окраину Йорвика. Здесь, на отшибе, живет провидец. Слепой старик. В бывшем отличный воин… Да… Когда-то он ходил во славные набеги, наравне со всеми воинами. Пока однажды не ослеп в бою. После этого мужчина стал видеть вещие сны. Видеть будущее. Он предсказывает многое, но за высокую плату. Даже от конунга. Ниялль добрался до его дома. Небольшой старый сруб, который стоит в тени высоких сосен. Дорожка к дому усыпана скорлупой орехов. По бокам дорожки криво-косо кто-то соорудил перегородки. Конунг впервые приехал к провидцу, ходят слухи, что все предсказания сбываются. Ниялль открыл дверь и вошел внутрь.

— Занято! — хрипло бросил конунгу провидец.

Там, за столом, освещаемые лучиной, сидят два человека. Один старик в черном капюшоне, провидец. Второй — воин, берсеркер, с огромным топором на коленях. Ниялль молча подошел к берсеркеру, схватил его за бороду и холодным клинком скользнул по его шее. Воин даже не успел сообразить, что случилось, лишь схватился обеими руками за прорезанную глотку, захрипел и свалился на пол. Все тело мужчины задергалось в конвульсиях, кровь захлюпала и стала заливать пол. Ниялль спокойно поднял упавший стул, сел на него и уставился на провидца.

— Теперь свободно, старик! — грозно сказал он и положил окровавленный нож на старый вонючий стол. — Ты знаешь кто я?

— Ты знаешь кто я? — эхом отозвался провидец.

— Ты издеваешься? — Ниялль нахмурил брови и повторил вопрос. — Ты знаешь кто я и почему к тебе пришел?

— Ведаю! Ты викинг!

— О Боги! Как ты догадался? — выкрикнул конунг и со всех сил стукнул кулаком по столу. — Спрошу лишь один раз. Мне сказали, что ты всегда говоришь правду. Нужны мне ответы на вопросы. Ответишь верно, отсыплю золота и велю воинам построить тебе новый дом. Но если не ответишь… В Йорвике не останется провидца, и я уверен, что Боги меня в этом поддержат.

Старик нервно дернулся на стуле и сглотнул слюну.

— Я устал! Сегодня, я не могу принять никого. Приходи завтра на рассвете.

Ниялль молча встал из-за стола, медленно подошел к старику и со всех сил треснул его головой об стол. Так же медленно он вернулся на место и снова спросил у провидца.

— Так ты знаешь кто я?

— Ты конунг Йорвика! — тихо ответил старик, удерживая ладонь на ушибленном лбе. — Ты убил моего гостя и Богам это не понравится.

— Зато Богам понравится жертва, которую я им принесу в виде одного жалкого провидца, если тот не ответит на мои вопросы. — грубо сказал Ниялль и продолжил. — Недавно в город прибыл человек. Доколе ты все ведаешь и Боги шепчутся с тобой, ответь, кто прибыл в город и что ждет меня с ним дальше?

Провидец поудобнее уселся на стуле, протер свои слепые глаза и плюнув на стол, стал водить по слюне указательным пальцем. При этом издал крайне странные звуки, похожие на крик вороны, где-то в глотке и шум копыт лошадей по каменной дороге. Ниялль откинулся на спинку стула и с невозмутимым видом стал наблюдать за происходящим. Через несколько минут конунг не выдержал и прервал столько впечатляющее зрелище.

— Старик, ты там все?

Провидец остановился. Замер. Вытер палец об стол и ответил.

— Ты был в набеге. И привез оттуда славного юношу! И этот юноша представляет какую-то ценность для тебя. Он сын короля? Ты хочешь от него потребовать выкуп золотом? — спросил старик, подняв высоко указательный палец.

— Ты меня спрашиваешь? — все так же спокойно ответил Ниялль.

— Да, так и есть. Ты хочешь получить от него выкуп. Ну что же, это верная дорога. Король предложит тебе большие богатства. — улыбнулся провидец.

— Хорошо! Давай, успехов тебе. — сказал конунг и встав из-за стола пошел на улицу.

— Я все верно сказал? — крикнул ему вслед старик.

— Да, конечно же! — ответил Ниялль и закрыл дверь. Он поставил к двери крепкую опору и улыбнулся. — Почему мне везде попадаются лжецы и ублюдки?


Через десять минут дом провидца полыхал в жарком пламени. А конунг Ниялль на коне рванул обратно к своему дому. Последняя надежда узнать тайное, провалилась. И нет догадок, что происходит и чего ждать дальше.

## Глава 28. Пророчество

— Вы не слышали, говорят наш конунг сжег провидца?

— Да ладно? Врешь?

— Нет же, сходи сам посмотри! От дома старика ничего не осталось. Уголь один!

— Ужас какой. А кто сказал, что это именно конунг?

— Так все говорят! Видели его, как на коне оттуда мчался к себе домой. Вроде кузнец, что у края города то живет. А еще… Знаешь, чего говорят?

— Чего?

— Да вот поговаривают, что провидец то не один был в доме! А мол был там еще берсеркер, страшнючий! Боятся его все! — торговец наклонился к уху покупателя и шепнул загадочно. — Конунг то наш девку себе привез домой! С корабля, что разбился вчера у нас на берегу!

Покупатель, мужчина в возрасте, по всему видимо воин. Он сделал удивленные глаза и посмотрел на торговца.

— Говоришь девку? Про корабль то я слышал. Ну и ну! — протянул грубым голосом мужчина и взял рыбу из рук торговца. — Ладно, пошел я, детей кормить нужно! — с этими словами он не оборачиваясь, пошел вон с рынка.

Торговец посмотрел ему вслед и причудливо покачал головой. Сегодня в городе оживленно. Приехали люди с ближайших поселений, развернуты рынки, все продают еду, одежду, украшения да оружие. Сотни людей медленно прогуливаются сквозь торговые лавки. Маленькие детишки бегают туда-сюда в попытках стащить или выпросить чего-нибудь вкусненького. Один мальчик попытался украсть у толстого торговца коренья, из которых варят отменную похлебку, но, спотыкнувшись, снес всю лавку с товаром. Тут же налетели другие детишки и, расхватав то, что упало на землю, скрылись из виду. Один несчастный мальчик был пойман за ухо и его родителей теперь ждет незавидная участь.

Конунг Ниялль все время просидел в своем доме, возле лежака с Дербхэйл. Он любуется ее красотой, тонкостью губ и изяществом тела. Девушка больше не просыпалась, но о ее наискорейшем выздоровлении сообщает легкое похрапывание. Она что-то усердно делает во сне, иногда улыбается, губы выговаривают слова на неизвестном языке и после снова замолкают. Нияллю любопытно это наблюдать и чем дальше он упивается ее красотой, тем сильнее чувствует прилив крови в своем черством и грубом сердце.


К вечеру этого дня улицы опустели. Все ушли по своим домам, а приезжие торговцы завалились спать прямо в своих лавках, охраняя их. Двери некоторых домов чуть приоткрыты, туда-сюда со скрипом открываясь, они выпускают и запускают внутрь пьяных викингов. Слышится смех, дружное бормотание и частные одобрительные крики воинов, которые устраивают мордобои. Здесь же огромное количество самых разных шлюх, на какую не посмотри, сразу станет жалко: избитые лица, уставшие глаза и потерянный вид. Одежда изорвана в клочья, на руках и ногах синяки. По первой команде пьяных ублюдков, некогда мечтавшие о любви девушки, обязаны ползти и обслуживать грязных и вонючих воинов. Никто не обращает на них внимания до тех пор, пока организм не потребует облегчиться. Огромный рыжеволосый викинг с густой как шерсть медведя бородой, развлекается сразу с двумя рабынями. Он уселся на стул, поставив перед собой на колени молоденькую рабыню. Прежде ей завязали руки за спиной. Крепко ухватившись в ее волосы своими цепкими пальцами, воин заставляет ее ублажать его ртом. Девушка кашляет, дергается и плачет. Но всем все равно. Да и куда ему, рыжему викингу, обращать на это внимание, когда тем временем другая рабыня отвлекает его своей пышной грудью. Она постарше и опытнее, поэтому как можно сильнее завораживает внимание мужчины, дабы он не опомнился и не посадил ее на колени перед собой, сменив молодую. Помнится, совсем недавно двух рабынь сожгли, после того, как они захлебнулись от изнасилования.

Ночь бросает на улицы города перевернутую Руну Уруз. Она несет жестокость и опасность. Советует не рисковать. «Одумайтесь», — шепчет городу северный ветер, но викингам не до этого. Ведь сегодня ночью рекою льется хмель, а развратные девки, рабыни и местные, пленят сознание могучих викингов. Только в доме конунга, сегодня рождается настоящая любовь. Это чувство. Это отвращение к всему тому, чем он жил и дышал ранее. Непонятное. И убийственно желанное.

Дверь в дом вождя с силой открылась. Сильный скрип и удар по стене, чуть не разбудили Дербхэйл. Ниялль вскочил, схватил свой топор и без раздумий бросился на тех, кто вошел в его дом. Двое мужчин, один викинг и другой раб, стояли на пороге. Конунг прыжком с силой вышвырнул обоих сразу на улицу, мягко, словно для малого дитя, закрыл дверь и злобным взглядом уставился на незваных гостей.

— Вы что, ублюдки? Смерти своей желаете? Так прямо сейчас оба сдохните! Этот то ладно, — конунг указал топором на раба, — а ты то — викинг! Небось перепил, отродье ублюдочное?! — злые глаза Ниялля буквально ошарашили викинга.

— Прости меня, вождь, новость срочная, сразу к тебе побежал! Сдуру в дверь то с ноги шарахнул.

— Сдуру?! — заскрежетал сквозь зубы Ниялль и, подпрыгнув со всех сил, ударил воина с кулака в дыхалку. Тот скрючился и стал жадно глотать воздух, схватившись за отбитую грудь. Конунг поднял его лицо к себе за волосы и мерзко проговорил. — В следующий раз я тебя убью.

— Да, мой вождь! — испугано ответил викинг.

— А теперь говори, что за такое важное событие, что ты решил нарваться этой ночью и рискнуть своей жалкой жизнью! — конунг посмотрел на луну и постарался успокоиться. Воин выпрямился, отдышался и, посмотрев на раба, ответил.

— Этот человек знает о том, что за слиток ты привез из Англии.

Ниялль удивленно посмотрел на раба. Потом на мужчину. Снова на раба и подошел вплотную к викингу. Тот сглотнул слюну и продолжил.

— Мой вождь. Он знает, где еще можно взять десять так слитков.

— Откуда он знает? И откуда ты знаешь, что он знает? — Ниялль закатил глаза и странно посмотрел себе под ноги. Он устал, плохо спит, следя за Дербхэйл, и уже путается в собственных фразах.

— Один из воинов Дьярви говорит на Английском. Этого раба мы привезли из Англии, он прятался на одном из кораблей. Как раз на том, где был слиток. Ты знаешь кто он такой?

— Нет! Откуда мне знать? — конунг отошел от воина и сплюнул в сторону. — Живее говори, что там?

— Это сын короля в Англии. Тот город, куда мы пошли, но не дошли, помнишь?

— Так!

— Тааак?! Местный король дал взамен своего сына, как гарантию, что с золотом ничего не случится. Десять таких же слитков золота, как ты привез из Англии, повезли к этому королю. Кто-то, те кто прибыл на этих кораблях, хотели выкупить землю в королевстве. А мы, — воин снова посмотрел на раба, — утащили их золотой слиток, а также сына короля, за которого он сделает все, что угодно! Ты понимаешь? — у мужчины буквально загорелись глаза. Ниялль подошел к рабу и посмотрел на него.

— Говоришь, это сын короля?

— Да! — тихо и загадочно проговорил воин.

Он сдернул с плеча раба одежду, там красуется большое тату с изображением двух коней, точно такая же печать стоит на золотом слитке.

— А почему у него такая же татуировка, как и изображение на слитке?

— Вождь! Они поставили по указу короля на каждом слитке их символ! Это символ местного правителя. Ну что?

— Раба оставляешь у меня. Ступай и выспись! Когда солнце поднимется над горизонтом, собирай всех воинов на побережье. Мы идем в Англию! — зловеще и дьявольски искусно проговорил Ниялль и взяв сына короля за веревку, повел в дом.

Дверь мягко закрылась и только воин в ночной тишине, весело напевая песню, пошел к себе домой. По пути он прошелся мимо разгульного дома.

— Нет! Ну заслужил же кружку меда? — спросил он у себя. — Конечно же, заслужил! — тут же ответил он и зашел внутрь.


Ниялль велел рабу сидеть в углу дома. А чтобы он никуда точно не ушел, конунг накрепко стянул на шее раба веревку, другой же конец был привязан к специальному кольцу, что висит на стене. Это кольцо вбивается в домах ярлов и конунгов специально, если вдруг в доме нужно будет разместить шлюху, собак или иную скотину. Ниялль подошел к Дербхэйл и заботливо укрыл ее теплой шкуркой. Стараясь не скрипеть полами, он сел за стол, подтянул к себе огромную деревянную миску с жареным на кости мясом и стал глодать его. Когда конунг взял пустую кружку из-под меда и понял, что она пуста, а налить нечего, он с силой кинул ее в раба.

— Аааа! — зарычал Ниялль и тут же, вспомнив про Дербхэйл, зажал сам себе рот. Он ухмыльнулся и посмотрел на сына короля, ныне раба на северной земле. — Вот видишь, как? И кричать то нельзя! И меду нет! А ведь я конунг. Да ты небось голодный? Лови! — с этими словами конунг бросил к ногам юноши обглоданную кость. Парнишка схватил ее и стал обеими руками жадно обсасывать, желудок предательски забурчал и стал буквально выть от того, что кроме сока от кости, больше еды не предвидится.

— Ну вот и славно! — проговорил Ниялль, улыбнулся и, встав из-за стола, пошел спать.

## Глава 29. Дербхэйл

Ирландия совсем не преуспела в мореходстве. Да что там говорить, эти острова изолированы от всего мира. Бывает происходят настоящие события, когда у берегов разбиваются странные корабли. Это всегда очень радует местных жителей, они с огромным любопытством рассматривают погибших моряков, их одежды, утварь и зубы. Да, именно зубы. Вы представьте только, как отличаются зубы у разных людей! А у Ирландцев особенно. В эти нелегкие для всех времена, Ирландия прекрасно преуспевает в письменности, картографии и искусстве. Но самое главное, в чем преуспела Ирландия — это, конечно же, в духовенстве. Христианство здесь царит везде. Повсюду. Сотни храмов построены для людей: все несут туда свои звонкие монеты.

Но запомните. В Ирландию нельзя пускать викингов. Никогда. Даже если вам безумно этого захочется, запомните: никогда не пускайте в Ирландию викингов! Потому, что Ирландия — это богатые просторные земли, где очень много скота, богатств и прекрасных девушек. Здесь совсем немного воинов, которые бы смогли защищать родные края от натиска северян. Ладно англичане, если эти умудрятся однажды приплыть на эти острова, им подавай только земли да власть. Но северяне! Эти ублюдки сожгут здесь все, разграбят церкви, увезут девушек. Не пускайте викингов в прекрасную Ирландию. Вы думаете Дербхэйл и правда такая красавица? Да у себя в Ирландии она едва ли может сравниться красотой со своими подругами. Каждому викингу там найдется по славной девице, с которыми можно поступить как угодно: поиметь на месте или увезти к себе в Йорвик и иметь там.


Дербхэйл всегда жила в богатстве и сытости. Повезло родиться дочерью исследователя, который был лучшим другом правителей различных городов в Ирландии. Именно ее отец впервые решил отправиться в далекое путешествие на корабле в иноземные края. Еще будучи совсем маленькой, Дербхэйл наблюдала за тем, как к их берегам прибывают странные корабли. Случалось, такое, что корабли не разбивались об скалы, напротив останавливались вдалеке на горизонте. Они стояли там долго, люди на них о чем-то размышляли и после паруса исчезали навсегда. Однажды ее отец и несколько мужчин на самодельной лодке, которая была собрана еле как, погребли к одному из кораблей. Это было то самое судно, которые разбилось у берегов Йорвика. Отец Дербхэйл выкупил этот корабль за огромные богатства, которые он выпросил в долг у знакомых правителей. Когда срок выплаты долга подошел вплотную, ему пришлось собирать команду и уплывать в поисках новой земли, народов и богатств. Самое же главное, что интересовало этого безумца, это исследование новых земель и моря. К слову говоря, он был первым в Ирландии, кто решил вопрос с тем, как создавать карты. Сундук, который нашел Ниялль на корабле, принадлежал именно отцу Дербхэйл, а карта — это первое точное начертание берегов Ирландии, которое он создал лично. На это ушла почти вся жизнь седого старика. И вот, сегодня, отец Дербхэйл мертв, как и вся его команда. По счастливой случайности в живых осталась только его дочь, которую выхаживает сам конунг Йорвика.


— Отец! Но ты же не умеешь управлять судном! — однажды спросила у отца на корабле девушка.

— Дочь моя, чтобы управлять куском деревяшки, много ума не нужно! — улыбнулся старик и подмигнул своей дочери. Она увидела в его взгляде безумство и страх.

— Папа, — промолвила Дербхэйл. Она вытянула руку куда-то в даль и испугано выкрикнула. — Папа, что же это?!

Старик медленно повернулся туда, куда указывала его дочь. Там, сплошная черная завеса шторма, несется прямо на одинокий корабль. Вся команда со страху побросали свои посты и дела, скрывшись в глубине трюма. Как бы старик не кричал им и не требовал выйти наружу, никто не стал его слушать. Всем было страшно. Ему пришлось увести свою дочь ко всем остальным. Его руки дрожали так, словно в них непрерывно било молнией. Страх и потерянность в глазах пугали команду еще больше, чем сам факт несущегося шторма.

Затишье. Скрип корабля… Мгновение и все судно затряслось от небывалой силы и мощи шторма.


Вся команда была раскидана по трюму. Некоторые получили переломы, остальные отделались ссадинами и ушибами. Отец Дербхэйл ударился головой о балку, получив сильнейшее сотрясение. Мужчины смогли очнуться только через несколько часов после шторма, ранним утром. К несчастью они попали теперь в полный штиль. Если драккары викингов рассчитаны на греблю веслами, то этот корабль был исключительно парусным судном и попав в штиль люди были обречены стоять на одном месте. Вода была настолько гладкой, что увидеть хоть малейшую волну было целой радостью для измотанных и голодных людей. Ах да, кстати, о голоде и жажде попить воды: еды и питья нет. Последние куски старых лепешек раздают по кусочкам. Больше всех досталось Дербхэйл, как единственной девушке на судне.

— Всем ровно по одному ломтю! — выкрикивал старик, ломая сухую лепешку. — Моей дочери, дадим два куска, она девушка! — продолжил он.

— А почему мы должны давать ей больше, чем остальным? Здесь все равны! — грозно ответил худой мужчина. Вся команда собралась на палубе.

— Она ведь девушка! — настойчиво ответил старик.

— Лучше бы мы ее не брали с собой! И к тому же мы ведем судно, и нам нужно много есть, чтобы были сила! А твоя дочь ничего не делает!

— Да! — закричал другой мужчина. — Это нечестно!

— Верно подмечено! — крикнул третий и вся команда стала поднимать вверх руки в знак протеста.

Старику пришлось впервые поделить всю еду ровно. И эта была последняя еда. Со следующего дня воинам вообще нечего будет есть. Но он скрыл этот факт от своей команды, боясь агрессии. Уже этой ночью Дербхэйл была впервые изнасилована одним из мужчин, который велел ей молчать и после приходил каждую ночь, совершая свое черное дело. В один прекрасный момент девушка не выдержала этого и вонзила нож мужчине прямо в живот, прорезав в нем здоровенную дырищу. На крик умирающего сбежалась вся команда. Девушку обвинили в убийстве, никто не поверил ей об изнасилованиях и о том, что она могла это столько дней терпеть. Никого так же не смутил труп убитого со спущенными штанами и торчащим наружу хозяйством. Дербхэйл и ее отца заперли в небольшой комнатке. Впрочем, вскоре они оттуда успешно выбрались и измотанные прошлись по всему кораблю. Повсюду валяются мертвые и еле живые мужчины. Каждый из них готов сожрать сам себя, если бы нашлись на то силы. Голод сотворил с ними ужасное, а обезвоживание довело до крайности: тела усохли настолько, что невольно передернется даже самый матерый убийца. И в тот момент, когда Дербхэйл и ее отец выбрались на палубу, налетел сильный ветер… И вот их корабль потерпел крушение на побережье залива, у самого большого поселения викингов, города Йорвика.

## Глава 30. Держать в страхе

— Ох уж эти Руны. Чего только не скажут, когда по ним пытаешься узнать о прошлом. А кто прошлое воротит — тот себя обрекает на дурное будущее. Таков закон. Такова плата за верные ответы.

— Молчи и делай, что тебе велят! — огрызнулся конунг и уставился на выпавшие Руны. — Что это значит? — он посмотрел вдумчиво на воина.

— Ну смотри! Эта Руна: РАЙДО — успешная дорога, вождь! А вот эта Руна: КЕНАЗ — факел, огонь, пламя, найденное!

— И?

— И все… Вождь! Две Руны выпали же! — воин посмотрел на Ниялля и облизнул свои сухие губы. Его борода растет хрен знает как, одни клоки. Это бесит и раздражает конунга. Но воин этот, со слов других викингов, прекрасно гадает на Рунах.

— Полудурок! — воскликнул Ниялль. — Я тебя спрашиваю, и что это значит?

— А каков был твой вопрос? — спросил мужчина.

— Что с Англией? Если мы сейчас пойдем в набег.

— Успешная дорога, вождь, и найдем то, зачем пришли! — ухмыльнулся воин.

— Ладно. Тогда еще один вопрос! — конунг почесал затылок и посмотрел на свой топор. — Скажем, есть одна особа!

— Осооооба?! Ха! — выкрикнул удивленно викинг, но тут же встретил злобный взгляд своего вождя. Мужчина поперхнулся и замолчал.

— Ты! Скажи, дай, подскажи мне, придурок, хоть одну причину, почему мне не стоит тебя сейчас же убить?

— Но вождь, я же неспециально! Прости, вождь. Да что же! Давай, что там дальше? — испуганно залепетал мужчина.

— Эта особа, — конунг посмотрел сомнительно на воина и продолжил, — она мне нравится! Что дальше ждет меня с ней?

Воин молча вскинул руку и выбросил на старый пень деревянные Руны. Все упали на землю и только три Руны остались на пне.

— Руна Гебо, значит дар Богов. Руна Наутиз, это будущее.

— А эта? — Ниялль указал длинным тощим пальцем на третью Руну. — Что значит эта Руна?

— Руна Тора, моя вождь. — воин побледнел и вытер рукавом свой лоб. Ледяной пот лег на его лицо.

— И что она значит?

— Это Руна Совуло, мой вождь. И она перевернута. В сочетании с вышеописанными Рунами, могу лишь сказать, что дар Богов и будущее не тебе… Вождь… Они предначертаны девушке. А тебе Руна Совуло несет крах и разорение. Разрушительное начало, мой вождь, — в голосе воина проскользнул страх и рассеянность. Он явно не знал, как вести себя.

Ниялль молча встал и пошел в сторону своего дома. Но через несколько шагов остановился, повернулся к мужчине и тихо спросил.

— И что мне нужно делать?

— Убить ее, вождь. — твердо ответил викинг и сложил все свои Руны обратно в мешочек. Когда он поднял взгляд, буквально мгновение спустя, конунга на площади уже не было. Мужчина не услышал шагов, скрипа закрывающейся двери и… Вообще ничего. Удивленный он встал на ноги, отряхнулся и пошел к заливу, куда к полудню должны прийти все воины Йорвика.


Север суров. И прекрасен. Невозможно его не любить, если в тебе живет дух воина. Залив Йорвика окружен тугими скалами. Волны омывают их, точат. Сегодня солнце разжарило землю, можно понежиться в его лучах и прогуляться куда-нибудь подальше от города. Как и поступили многие семьи. Некоторые оседлали лошадей и отправились в гости к своим родственникам в другие поселения. Не везет сегодня, наверное, только викингам, воинам Йорвика: их всех с раннего утра подняли на ноги и заставили собираться к построению, что состоится на берегу уже в полдень. А вы только представьте, каково просыпаться мужчинам, которые всю ночь упивались хмельной брагой да пели песни в гулящих домах? Некоторым приходится выливать на голову ледяную воду, чтобы они могли просто встать на ноги. Напрочь убитой войско, можно брать и захватывать город. Кстати говоря, и пьянка то была устроена в честь соединения войска Дьярви с войском Ниялля. И теперь под знаменами Йорвика, все воины как один должны следовать за Нияллем.


В полдень викинги выстроились на побережье моря ровными колоннами. К слову, такое четкое построение они изучили только при правлении Ниялля, до этого ни один вождь не держал воинов в такой строгости и контроле. «Контроль и порядок! Контроль и порядок», — твердит конунг бойцам день и ночь, вбивая эту фразу в их бестолковые головы. На сегодняшний день каждый из них знает, что такое контроль и порядок. А вот воины Дьярви пока просто смотрят на воинов Ниялля и копируют с них, что нужно делать. Так что палкой им пока не прилетало, но это все-таки вопрос времени. Ведь конунг уже смекнул, что крепкая дубина — отличный мотиватор.

— Всем построиться! Конунг Ниялль! — выкрикнул здоровенный викинг и быстро встал в строй.

По мгновенной реакции все воины выровнялись в одну линию. Небрежно и косо это вышло только у новых бойцов. Может перепили, а может у них и правда косоглазие, потому, что линию в построении они не соблюдают вообще. Вперед вышел Ниялль. Медленно… Раскачиваясь из стороны в сторону, словно на драккаре в открытом море, он прошелся вдоль воинов. Так же медленно он подошел к одному из викингов из личного окружения и взял из его рук крепкую дубовую палку. Ниялль взвесил ее, подбросил пару раз в воздухе и плавно поймал разными руками. После деловито посмотрел на мужчин.

— Ну как? Хорошо выпили? Небось за мое здравие мед хлебали?! — он подмигнул воинам.

— Да, вождь! — хором ответили викинги.

— Хорошо же! — улыбнулся конунг и молниеносно подскочил к одному из новых воинов.

Ниялль размахнулся дубиной и со всех сил врезал мужчине прямо в лоб. Тот моментально сплюнул кровью и с грохотом свалился на каменный берег. Ниялль оттащил его чуть подальше от викингов, чтобы все видели, и заключительным ударом в затылок, убил бойца. Молчание, которое застыло на берегу залива, нельзя передать словами. Тысячи мужчин с уважением, страхом и крайним непониманием уставились на своего вождя. Конунг дернулся глазами, так, словно ему противен весь белый свет и вызывающе посмотрел на викингов.

— Этот, — Ниялль указал на мертвого воина, — пьяный ублюдок, стоял в строю так, словно он не воин вовсе, а мешок, набитый дерьмом. Так скажите мне, — он обвел взглядом мужчин, — нам в бою нужны мешки с дерьмом?!

— Нет, вождь! — закричали викинги.

— Правильно! — конунг одобрительно кивнул и продолжил. — Поэтому он мертв. Сейчас я отвернусь, подумаю о чем-то хорошем и снова повернусь к вам! И почему-то мне кажется, что среди вас уже не будет мешков с дерьмом! Верно?

— Верно! Верно! Верно! — еще громче закричали воины.

Ниялль поднял одну ногу и играючи повернулся спиной к бойцам. Он посмотрел на викинга из своего личного окружения, тот краем губ ухмыльнулся и кивнул конунгу. Тот расплылся в улыбке и повернулся к воинам. Ровнее построения и придумать нельзя: нога в ногу, плечом к плечу. Викинги надули свои легкие воздухом, выпрямили спины и высоко подняли подбородки, выслуживаясь перед вождем.

Впервые один единственный человек нагоняет страху на целое войско. Впервые… За всю историю существования викингов. Эти северные ублюдки никогда еще так не повиновались… Никому.

— Ну вот! Вот и славно! — Ниялль раскинул в стороны руки и изобразил как обнимает всех своих воинов! — Молодцы, теперь я вижу, что здесь стоит настоящее войско, способное идти в любой бой и выигрывать его! Я доволен. Вы согласны со мной, если вдруг мы найдем среди нас мешки с дерьмом, то они отправятся вот в эту кучу? — конунг указал пальцем на труп мужчины.

— Да, вождь!

— Славно! — Ниялль встал по центру войска и продолжил. — А теперь к делу, бойцы! Мы кое-что оставили в Англии! Много золота, женщин и не сожженные города. Были проблемы с драккарами, но теперь у нас множество кораблей, еще больше воинов и, конечно же, есть тайная Руна в рукаве! В лице сына Английского короля!

Все войско стало переглядываться непонимающе и послышалось оживленное шептание бойцов. Ниялль положил дубину на плечо, и все тут же замолчали.

— Так что я там говорил? А! Точно, так вот сын короля. Но это уже не ваше дело! Всем собраться, готовимся к отплытию. Вторая колонна, — конунг указал рукой на колонну викингов, — вы занимаетесь провизией! Третья и четвертая, за вами оружие! Все остальные готовим драккары! Вперед! — закричал Ниялль и махнул руками на воинов, изображая волну, которая разгоняет викингов в стороны. Конунг повернулся к викингам из личного окружения. — Отплываем завтра на рассвете! Сегодня собраться. Проследите!

— Поняли! — кивнули головами воины и пошли исполнять приказ вождя.

Сам Ниялль сел на лошадь и погнал ее обратно в Йорвик. Ему страшно не терпится скорее увидеть Дербхэйл.

## Глава 31. Сойти с ума

Ниялль вернулся к себе в дом и первым делом налил кружку хмельного меда. Одним движением руки, он лихо опрокинул в себя весь напиток. Раскачиваясь, конунг подошел к лежаку с Дербхэйл. К его удивлению девушка открыла глаза и с любопытством стала рассматривать все вокруг. Увидев обезображенное лицо Ниялля девушка взвизгнула и ошарашенно дернулась в сторону. Конунг попытался ее успокоить, схватив рукой за плечо, но от этого, девушка еще сильнее испугалась и на непонятном языке стала, что-то шептать. Ниялль наклонил ухо к ее губам.

— Ná ní mharú dom! Le do thoil, nach bhfuil a mharú dom! — Зашептала Дербхэйл.

— Что ты говоришь? — удивленное спросил Ниялль и треснул себя ладонью по лбу. — Вот незадача то! Я же не понимаю тебя, понимаешь?

— Níl a fhios agam cad a bhfuil tú ag caint faoi! Tá sé in Éirinn? — спросила девушка и ее испуганные глаза упали на топор конунга. — Tá tú a chur ar ghaiscíoch?

— Да как же… А, топор? Да, конечно, хочешь посмотреть? — конунг стал доставать свой топор.

Увидев это, девушка взвизгнула и спрыгнула с лежака. Слабые ноги не удержали ее и под тяжестью тела она свалилась камнем на старые доски. Ниялль подошел к ней и удивленно стал наблюдать за тем, что она пытается сделать. Дербхэйл поползла в сторону двери, усердно цепляясь за каждую щель в полу. То и дело она оглядывается на мужчину и тут же испугано ползет дальше. Ниялль почесал свою задницу, закатил глаза и сел на стул, сложив топор на колени.

— Солнце мое ясное, ты куда собралась то?

Дверь в дом конунга открылась и в нее вошел викинг из личного окружения Ниялля. Он посмотрел уставшим взглядом на своего конунга, совершенно не обратив внимания на ползущую девку. Зато рыжеволосая красавица обратила на него внимание и с криками схватилась за ноги викинга.

— Sábháil dom! Le do thoil, a shábháil dom! Feicfidh mé a bheith ar do bhean chéile, beidh tú a ullmhú agus breith a thabhairt do go leor páistí beag! Shábháil dom!!!!!

— Мой вождь!

— Да, я слушаю тебя, что там? — спросил Ниялль.

— Мой вождь! — мужчина попытался выдернуть ногу из рук девушки. — Да отвяжись ты! Вождь?

Ниялль медленно подошел к Дербхэйл и схватив ее за левую ногу с силой оторвал от викинга. Она попыталась закричать, но получила с удара кулаком в челюсть. Девушка взвизгнула и свернулась клубком на полу.

— Продолжай! — обратился Ниялль к мужчине.

— Вождь, все корабли готовы к отплытию!

— Добро! Сообщи воинам, чтобы оставались на берегу! Никакого хмеля. Жарьте мясо, сидите у костров. Ранним утром отплываем! — конунг махнул рукой. — Свободен!

— Благодарю, вождь! А можно вопрос?

— Весь во внимании! — зло ответил Ниялль.

— А правда, что твой раб, — воин указал рукой на юношу, что испуганно наблюдает за происходящим в углу дома, привязанный за корабельную веревку к кольцу на стене, — и есть сын короля?

— А! Этот? Ну да! Он самый, познакомиться хочешь? — ухмыльнулся конунг.

— Да нет, вождь. Пойду! — брезгливо ответил воин и вышел из дома. Дверь с шумом закрылась.


Ниялль подошел к девушке и в голове зазвучала фраза: «Убить ее, вождь». Конунг попытался отогнать эту фразу от себя, но слова с новой силой все сильнее и сильнее стали заполнять сознание воина. Ниялль выхватил топор и вонзил его с силой в бревно дома. Руки задрожали. Впервые он увел удар от человека. Впервые не пошел за своими желаниями. Сделал. Поступил иначе. Викинг уселся за стол и закрыв голову руками наклонился над ним. Доски стола пахнул сыростью. От них веет старьем. Противно. И вообще, здесь душно и слишком грязно.

— Зачем ты сжег меня? — голос Астрид зазвучал звонко и отчетливо.

— Потому что это следовало сделать! — шепнули губы конунга и Ниялль сам не поверил тому, что он сейчас говорит.

Ведь Астрид нет, он убил ее, сжег не кресте. Но этот голос. Слишком правдоподобен. Конунг навострился, не поднимая головы и прислушался к тому, что творится в доме. Слышно, как Дербхэйл протяжно сопливит, заливаясь слезами на полу. На улице кто-то ходит, слышны голоса мужчин. Ниялль резко поднял голову и обернулся.

— Где ты? — воскликнул он. От его голоса Дербхэйл еще сильнее съежилась и громко зарыдала. Ниялль присел к ней и повернул ее голову к себе, приставив свой длинный костлявый палец к носу девушки. — Тихо!

— Я здесь, Ниялль. — снова раздался отчётливый голос Астрид.

— Астрид?! — удивленно и испуганно сказал конунг и стал бегать по дому из угла в угол, пытаясь понять, что происходит. — Это ты?!

— Ты сжег меня! — кокетливо и игриво снова проговорил голос и Ниялль остановился.

До него дошло, что голос Астрид звучит не в доме… а в его голове. Быстрыми шагами конунг подошел к чану с ледяной водой и окунул туда голову. Продержав ее некоторое время, Ниялль отряхнулся и громко задышал.

— Помогло? — продолжил голос Астрид.

— Что за хрень?! — завопил Ниялль и, схватив стул, бросил его в стену. — Что за хрень?!! Где ты? Что тебе нужно? — он стал хватать все подряд и швырять в стороны. Дербхэйл испуганно забилась в угол, закрыла глаза и стала, что-то шептать себе на своем языке. — Ааааа! — зарычал конунг и при резком повороте он заметил, что Дербхэйл смотрит прямо на него. Увидев взгляд Ниялля девушка снова закрыла глаза руками и сильно задышала. От страха. Конунг подскочил к ней и стал трясти за плечи. — А может твоих рук дело?!! Отвечай! — завопил он.

— Tá brón orm, níl a fhios agam cad a locht! — испуганно залепетала девица.

— Ах ты блядь!!!! — Ниялль размахнулся и врезал хорошую пощечину девушке. Она упала на пол, схватившись за свое лицо. Конунг поднялся на ноги и выбежал на улицу. Все люди, и воины, и местные жители, уставились на вождя. Он выглядит запуганным, бешеным и крайне потрясенным. — Ты! — крикнул конунг стоявшему у сруба сторожил мужчине! Иди сюда!

— Да, вождь! — ответил тот и зашел в дом конунга следом за вождем. — Чем могу служить?

— Эту! — Ниялль указал пальцем на Дербхэйл, — увести и посадить в темницу. Не трогать ее! Закрыть засовы, кормить три раза в день, да смотри у меня, головой своей отвечаешь: случится чего, и ты и твоя семья падете от моих рук!

— Но у меня нет семьи! — возмутился мужчина.

— Выполнять, ублюдок!!!! — завопил конунг и отвешал ему пинка. Тот дернулся, пытаясь увернуться от ноги своего вождя, но отвесистый пинок прилетел ему прямо под зад. Мужчина виновато озираясь подошел к Дербхэйл, схватил ее и, закинув на плечо, вынес из дома. Ниялль тяжело дыша уселся за стол и положил на него свой топор. — Шутите, Боги? — произнес он и ухмыльнулся, пытаясь успокоиться.

— Ты сжег меня! — снова раздался голос и звонкий истеричный смех Астрид, заполнил сознание конунга. — Ахахахахахахахахахахахха! Сжечь? Меня? Ахахахахахаахахаххааххаааа!!!!

— Ааааа! — Ниялль стал биться головой об крепкий стол. — Ааааа!!! Уйди! Пошла! Прочь!! Прочь!!!

— Хорошо! — проговорил голос и исчез.

Душераздирающая пустота и тишина. Не слышно даже как люди за окном громко беседуют. Не слышно собственного голоса. Дыхания. Ниялль встал из-за стола и, качаясь, подошел к лежаку. Он вытянул перед собой руки, голова закружилась, и конунг без чувств упал на мягкую шкуру.

— Я буду спать! — сказал Ниялль, но не услышал своего голоса. Лишь шевеление губ.

— Добрых снов! Ахахахахахахахаха! — завопил голос Астрид и Ниялль плавно, но мгновенно погрузился в тяжелый сон.

## Глава 32. Ублюдки

Чуть дальше, по реке, за городом Джарроу, находится очень интересное поселение, город Йорк. Название крайне похоже на Йорвик, что лежит на земле викингов, но это совершенно иной город. Местный правитель, Брендон был убит во время сражения под Джарроу. Пока местные жители были заняты суматохой и боялись, что вот-вот сюда явится войско язычников, на место Брендона взошел его дальний родственник, отпетый ублюдок Керр. Молодой, амбициозный и безумно суровый мужчина, который во всем и во всех видит предательство. Говорят, что он убил собственную сестру лишь за то, что она кому то, якобы, рассказала о том, что Керр в детстве насиловал домашнюю козу. После этого странным образом были найдены тела всех тех, кому сестра рассказывала об этом. А в скором времени Керр убил и всех своих ближайших родственников, кто был отдален от власти. Тех же, кто был у власти, ему было достать не с руки. Но когда появились язычники и убили Брендона и его брата, вышло совсем здорово: Керр взошел на место Брендона и объявил себя новым правителем города Йорк. Чтобы люди его приняли, Керр объявил викингов своими врагами, а месть за брата — главной целью его правления!

Черные торговцы рабами, корабли которых были украдены викингами, приплыли по зову Брендона дабы купить большие земли. Странное дело, но эти морские странники устали вечно скитаться, не имея дома и по сему решили все дружно скинуться на новые земли в далекой Англии. Приплыв туда они первым делом послали гонца в Йорк, где он передал Брендону сообщение, а также небольшой золотой слиток на пробу. Брендону понравилась идея и он решил оставить в залог своего сына, пока тем временем к нему повезли ящики с золотыми слитками. Только один ящик не смогли вытащить с корабля, он оказался слишком большим. А ведь там добрая половина всего сокровища черных торговцев! По сему золото решили после передать королю вместе с судном! Но вышло так, что в это время Ниялль и его войско, увели корабли к своим берегам. Вместе с половиной всего золота, а также сыном правителя Йорка. Ценности сын Брендона уже никакой не имеет, ведь его отца убили, но викинги об этом не знают, как и сам юноша. Северянам некогда было разбираться кого они убили и где.

Когда Брендон разговаривал с торговцами и рассматривал золотой слиток, в дом вбежал его брат, Алфорд, правитель Джарроу и сообщил о том, что на город движется войско. Брендону пришлось вступиться за брата, ведь несомненно викинги пойдут дальше и ограбят Йорк, по сему, войну лучше всего вести не в своем городе… а, допустим, в городе родного брата. Оставив за главного Керра, своего дальнего родственника, Брендон собрался и вместе с Алфордом отправился в Джарроу, прихватив с собою все войско. К несчастью оба брата были убиты, а войско поджав хвост разбежалось от ярости северян. Когда разведчики сообщили Керру о том, что викинги увели корабли торговцев вместе с сыном Брендона, единственным наследником трона, Керр объявил себя новым правителем и велел убить всех торговцев, которым не под силу даже убраться с Английской земли. Место правителя принадлежит ему, войско северян ушло, наследника нет: все здорово! Керр рад. Спустя несколько недель к нему приехали гонцы от правителей соседних земель, которые сообщали о том, что Керр признан королем и может вести власть в городе. О золоте никто не знал. Кроме самого Керра и приближенного круга людей.


В первые дни своего правления Керр собрал все войско и объявил о повышенной боевой готовности. А тех, кто сбежал с Джарроу он не стал наказывать. Зачем? Если они сделали все так, как и нужно было. На золото, что привезли черные торговцы, Керр решил поднять свою власть. С Северного моря он нанял к себе на службу Данов — суровые мужчины с Дании, такие же викинги как Ниялль и его войско, но ведущие ремесло наемничества. Их часто называют берсеркерами: непоколебимыми яростными викингами, которые не имеют семьи, жалости и готовы сражаться за тех, кто платит звонкой монетой, до самого конца. Керр заселил наемников в городе Джарроу, выдал им щедрую плату и женщин.

— Это ваш город! Но взамен, вы должны защищать меня и Йорк. По моей команде вы являетесь в Йорк для его защиты от других городов, а также со стороны моря охраняете подход у реки: если появятся викинги, ваша задача не дать им пройти дальше!

— Хорошо! — немногословно ответили наемники и заселили весь Джарроу.

Через несколько недель Керр ошарашенно стал наблюдать за тем, как в Джарроу прибывает все больше и больше Данов. Сначала десять кораблей, потом двадцать, а после и вся сотня. Даны привезли рабов, своих женщин и земледельцев. «Пустой город! Город для поселения!» — только и слышно по всем морям. Так, Джарроу, за короткое время превратился в самое крупное и единственное поселение викингов в Англии. Керр чешет затылок, пытаясь сообразить, чем это ему обернется. Тем временем про данное происшествие узнал король, а также короли из соседних земель. Ноты протестов были посланы Керру… Но никто не осмелился приехать лично. И Керр это заметил.


Три тысячи воинов, не считая женщин, земледельцев и даже детей. Ровно столько суровых наемников теперь живут в Джарроу. Это же настоящий подарок Богов, отхватить себе целый город совершенно бесплатно, да еще и золото для развития и дальнейшей жизни. На роль вождя города Джарроу был выбран самый огромный викинг из всех прибывших. Его звали Рауд — рыжий убийца. Суровый взгляд, словно молот кулаки и разумный взгляд на жизнь: убивать всех покуда бьется его сердце. В принципе никто и не собирался спорить с тем, что власть будет отдана именно ему. Большой опыт, великолепный и порою пугающий вид этого воина, прекрасно стимулируют людей голосовать именно за него.

Происхождение Рауда известно всем Данам — он родом с берегов Норвегии. Его отец славный викинг, который был убит в бою где-то под Русью. Мать мастерицей была, каких нынче и не отыскать: ее рубахи славились во многих северных землях. Молодой и горячий Рауд пошел воином на судно одного ярла, который в дальнейшем был убит в Англии. Тогда Рауд взял управления отрядом на себя и после решил вступить в ряды наемников из Дании. Эта дорога и привела его в Джарроу вместе со всеми. Говорят, что у Рауда есть больная привычка: в бою он откусывает своим врагам левое ухо. Однажды спросил его один воин:

— Рауд, дружище! А зачем ты откусываешь уши врагов?

На что Рауд схватил мужчину за глотку и впился всей челюстью в его ухо. Но на этом он не остановился и отгрыз несчастном оба уха, усердно прожевав их и выплюнув. Все воины вокруг смотрели на него с непониманием и крайним опасением. Но зато больше, никто, никогда, не задавался вопросом, откуда и почему у него такая дурная привычка. А Рауд и дальше преспокойно занимается своим черным делом. Слава о нем поползла очень быстро среди разных народов, и враги, которые попадаются Рауду в бою, первым делом зажимают руками свои уши. Слава, она такая! Никогда не знаешь, как она тебя покажет. Да и уши нужно беречь!


Рауд заключил с Керром договор, который гласит о том, что они теперь вечные союзники. Но Керр обязуется поставлять в Джарроу еженедельно золото, еду, одежду и бочки с медом. Керру некуда деваться и поэтому он, улыбаясь, согласился с таким договором. Конечно, придется поработать, зато теперь даже короли боятся выдвигаться против него. Хотя, ходят слухи, что английские королевства собирают войско и готовятся выдвигаться против Керра и нового поселения викингов. «Да они же как плешь на нашей родимой земле», — говорят одни. «Да как он посмел пустить сюда этих ублюдков!» — кивая, подтявкивают остальные. Чем обернется вся эта затея, знают только сами Боги.

## Глава 33. Снова в море

Тысячи воинов Йорвика загрузили свои драккары провизией и оружием. Конунг Ниялль велел всем воинам приготовится к отплытию, а на берегу залива собрал бойцов из своего личного окружения. Это лучшие из лучших, те, кто всегда прикрывают своего вождя в любых ситуациях. Здоровенные, матерые и крайне верные викинги. Всего десять берсеркеров, держат все войско в крепком кулаке. Конечно же, с дозволения своего вождя.

— Значит слушайте меня внимательно! — Ниялль прошелся мимо воинов и остановился возле одного из них. Он заглянул ему прямо в глаза и так же неспеша, стал подходить к каждому берсеркеру, заглядывая в глаза. Что он там пытался найти? Сложно сказать. Но тот пронзительный лик, с которым он это делал: пугал и завораживал. — По морю идем быстро, друг за другом. Проходим к берегам Англии и идем по реке на драккарах в сторону Джарроу.

— Мой вождь. В прошлый раз ты сказал, что мы не сможем пройти по этой реке на наших драккарах, так как они слишком тяжелые. — возмутился один из мужчин.

— Верно! Только сказал это не я, а ублюдок Солнцеслав. Наверняка все было спланировано. И все же мы ушли из Джарроу на кораблях черных торговцев, которые в десять раз больше наших драккаров. Не так ли?

— Верно, вождь. Ты прав, вождь. — согласился мужчина и все викинги дружно закивали головами в знак согласия.

— Так вот! Нас слишком много, поэтом мы поделим войско на две равные половины. Одну поведу я сразу в тот город, до которого мы не добрались. А вторая половина, должна остановиться в Джарроу, поставить свои драккары и пешком двигаться через горы к назначенному поселению. Мы будем рубить врагов с берега, а наш второй отряд зайдет к ним со спины. Пришли, взяли город, ушли домой! Прихватив с собою золото, женщин и все, что нам придется по душе. — Ниялль ухмыльнулся и почесал свою бороду.

— А кто поведет войско через горы? — удивленно спросил самый рослый викинг.

— Ты и поведешь! — улыбнулся конунг и продолжил. — Всем все ясно?

— Как я? Не имею необходимого опыта, вождь!

— А драккары сможешь вывести к берегу и напасть? Я же возьму на себя продвижение войска через горы! — зло ответил Ниялль.

— Это смогу, вождь!

— Тогда решено! Всем на корабли, беремся за весла! Поднять паруса! Отходим! — завопил конунг и викинги, недолго думая, разбежались по драккарам.


На берегу залива собрались все местные жители. Раннее утро, но по обычаю, они зажгли факелы в знак поддержки будущего набега и успешного возвращения кораблей. Ленивые люди зевают, в полный голос обсуждают свои проблемы. Когда последний драккар исчез за горизонтом, люди побросали факелы в одну кучу и недовольные пошли спать по своим домам. Еще совсем рано.


Перед отплытием Ниялль, умудренный опытом, оставил в городе две сотни воинов под предводительством своего лучшего викинга, Ньерда. Отважный викинг, который множество раз получал огромные шрамы в бою, прикрывая собою Ниялля. Он заслужил его доверие, и конунг решил оставить его за главного в городе. Под подчинение Ньерда было выделено две сотни славных воинов.

— Головой отвечаешь за мой город! — сказал ему конунг Ниялль перед отплытием.

— Можешь на меня положиться! — ответил Ньерд и ухмыльнулся.

— Ты какого хрена улыбаешься? Хоть сделай вид, что серьезно относишься к данной задаче! — сквозь зубы проговорил Ниялль и сжал кулаки.

— Вождь, я никогда еще тебя не подводил.

— Что верно, то верно. Но всегда все бывает впервые. Особенно власть! Береги этот город и местных жителей. Никаких союзников мы не ищем, если вдруг гонцы какие, гони их в шею!

— Понял, вождь. Все будет сделано в лучшем виде! — снова ухмыльнулся Ньерд.


Ньерда никогда не привлекала власть. Но он никогда ее и не пробовал на вкус. И в этом вся беда.


Половину драккаров викингам пришлось оставить в Йорвике, слишком много. К английским берегам под всеми парусами идет не больше сотни кораблей, все воины успешно уместились и распевая песни, усердно гребут веслами. Впереди всех несется драккар конунга. Над высокой мачтой развивается знамя с кровавым вороном: знамя Ниялля. Символ кровопролития, ярости и безумства. Это же и нынешний символ города Йорвика.

Ниялль забрался к корме судна и, вытянувшись во весь рост, раскинул в стороны руки.

— Ееееееееееееееехуууу! — завопил он во весь голос и его крик отозвался на других суднах. — Трубите в рог, ублюдкииииии!!!! Аахахахахахахахаха!!!! — еще сильнее закричал он и тут же, словно по цепной реакции, все драккары отозвались гулом бычьих рогов.

Этот ошеломляющий и потрясающий душу звук, заполнил сердца воинов и они, с дрожью в руках, от нетерпения скорее пойти за своим вождем, принялись еще усерднее грести веслами.

## Глава 34. Керр и его страхи

Был еще такой крайне необычный случай с Керром, когда он был еще совсем мал. Его отец поехал на охоту с близкими друзьями и решил взять своего сына с собой. Керр, широко улыбаясь, сидел на коне, которого ему выдал отец. Примечательно, что до этого момента он никогда не сидел в седле сам, а отец хотел похвастаться перед своими друзьями, мол какой у него сынишка, с семи лет уже сам в седле. Когда все лошади поскакали в лес, конь Керра рванул следом, а мальчик, не удержав поводья, слетел на землю. Больно ударившись о камень, он заплакал и побрел домой. Возле порога его встретила мать и сразу же спросила:

— Ты почему без отца? Он же тебя с собой взял!

— Я упал с лошади! — заплакал еще сильнее Керр и показал на ушибленную ногу. — Камень…

Маманя схватила его за шиворот и, опрокинув через лавку, обнажила спину ребенка.

— Будешь знать, как без отца щеголять да заставлять его волноваться! — с этими словами она стала пороть Керра ивовым прутом по спине.

Кровавые полосы тут же изрешетили нежную кожу ребенка. Керр захлебывался в собственном рыдании. После такой порки, мать бросила его в угол и сказала, чтобы он не выходил оттуда до приезда отца. Просидев там до вечера, Керр не переставал рыдать… Потому, что он прекрасно знает, что будет, когда приедет отец.

Библия, говорит о существовании ада. Но Керр убежден, что этот ад — есть его дом. Вечер. В окне мелькает луна. Тишина нарушается топотом копыт, дверь с ноги открывается и в зал влетает отец Керра. Бородатый силач, здоровенные кулачища, черные как уголь глаза и ярость.

— Где этот сученыш?! — орет отец во весь голос. Все, кто был в доме, тут же проснулись и вышли к отцу. Братья, сестры и мать.

— Да вот же он, в углу сидит! — жестко и твердо ответила мать и указала рукой на Керра. Керр застыл не дыша. Молчание.

— Аааа! Опозорить меня решил?! Ублюдок мелкий! — зарычал отец, схватил своего сына одной рукой, оторвав от пола и швырнул в стену. Мальчик ударился, упал на пол и свернулся клубком.

— Больно… — зарыдал Керр.

— Больно?!!!! — еще громче завопил отец и, схватив ребенка за ногу, поволок на улицу. — Сейчас ты узнаешь, что такое больно!!!! — он поднял Керра и привязал за ногу к столбу, вниз головой. — Веси здесь до утра, ублюдыш!


Дверь громко захлопнулась. В окне потух свет лучины. Мальчик остался висеть на столбе.


Наутро к Керру вышла мать. Она молча подошла и холодно перерезала веревку, за которую был подвешен мальчик. Керр с оплывшей синей головой грохнулся на землю, чуть не сломав себе шею. Все тело не двигается. При любой попытке встать, словно мертвые руки и ноги, мягко роняют Керра на землю.

— Мама! Мне так больно! — еле выговорил мальчик.

— В следующий раз, ты хорошенько подумаешь, прежде, чем подводить своего отца! — улыбнувшись, ответила мать и пошла обратно в дом. Керр же смог добраться до порога дома лишь спустя несколько часов. Метр за метром, он пытался доползти туда. Но добравшись до порога, он, поднял взгляд и увидел ноги своего отца.

— И куда ты ползешь, отродье? — грозно проговорил отец.

— Домой, папа! Пусти меня! Мне так больно.

— Ты живешь теперь неделю на улице, с собаками. Будем кормить тебя так же, как их! — рявкнул отец, пнул Керра и закрыл накрепко дверь.


Мальчику пришлось жить неделю с собаками на улице. Кормили его остатками с хозяйского стола. Впрочем, Керр все запомнил, и когда подрос, стравил влиятельного воина со своим отцом.

— Мой отец сказал, что ты полное дерьмо! Представляешь? — сказал он как-то одному лютому воину, что был приближен к самому королю.

— Как дерьмо? — удивленно воскликнул тот.

— Не знаю, так и сказал, мол: «Да этот воин редкостное дерьмо, а мать его шлюха, обслуживает всех подряд за гроши!», — ответил Керр и пожал плечами.

В эту же ночь отец Керра был убит странным образом. Его нашли привязанным к столбу. Пальцы ног были отрублены и брошены рядом, некоторые уже растащили вороны. А из брюха свисали кишки, выпущенные наружу. Керр остался доволен. И понял, что хитростью, можно решать любые проблемы


Этот день не задался. Керр жутко устал, а бремя правления Йорком уже ложится тяжелым грузом на плечи неопытного правителя. Все королевства поднимаются против Керра. Ежедневно приходится посылать разведчиков по соседним землям в поисках информации о том, что происходит и о чем говорят в других городах.

— Что там еще? — закричал Керр, когда в его зал ворвался прислужник.

— Мой господин, снова посланник! — виновато ответил тот.

— Как же надоели то. Пустите его сюда!

Через минуту в деревянные двери вошел высокий гонец с двумя воинами, которые неотступно следуют за ним.

— Ты Керр, правитель Йорка?! — грозно сказал гонец.

— Полегче! — прервал его Керр и встал со своего трона. — Ты не с собакой общаешься!

— Слушай меня внимательно! — еще грознее выкрикнул посланник и сделал шаг в сторону Керра, тот от страха отшатнулся назад. — Уже собрано великое войско всех королевств Англии, в том числе того королевства, где ты живешь. У тебя есть последний шанс, перейти на нашу сторону или в скором времени и ты, и твои викинги, что живут в Джарроу, будете убиты. Короли не одобрили то, то ты здесь сотворил. Пустил врагов на нашу землю! Если от тебя не будет привезен ответ вместе со мной, войско выдвинется на Йорк и Джарроу уже завтра.

— Не смей кричать на меня! — робко махнул рукой на гонца Керр и пугливо отвернул голову, спрятав глаза в пол. — Я тебе не собака!

— Ты слышал меня? — зарычал гонец.

— Стража! — завопил истерически Керр и тут же в зал вбежало около десяти воинов. — Схватить гонца!

— Что? — только успех выкрикнуть гонец, как в его голову прилетела стальная гарда меча и он, потеряв сознание, рухнул на пол. Его воинов прижали к стене и отобрали оружие.

— Отрезать ему голову! — фыркнув сказал Керр.

— Голову? — переспросил один из мужчин.

— Что неясного?! Отрезать голову и дать ее этим… Ну воинам его! И пусть доставят это послание своим идиотским королям! — с этими словами Керр развернулся и быстрыми шагами вышел из зала. Он миновал коридор, комнаты прислуг и зашел в самую дальнюю кладовую. Спрятавшись за мешки с мукой, он зажал себе рот, задрожал как осиновый лист и принялся реветь, заливаясь солеными слезами. — Ну почему? Почему!!! — его лицо тут же изменилось, похолодело, взгляд стал ледяным. Керр встал и отряхнулся. — Я не отдам им мой город. Не позволю. — все так же дрожа, но уже без слез он спокойно пошел обратно в зал.

— Господин! — мужчина протянул к лицу Керра мешок, снизу которого сочится кровь, капая на мраморный пол.

— Что ты припер это сюда? — Керр нахмурился. — Я же сказал, отдать воинам этого гонца и послать их к королям!

— Понял, господин! — беззубо улыбнулся мужчина и вышел из зала.

— Все свободны! — закричал Керр своим писклявым голосом и, громко хлопнув дверью, прислуги и стража, покинули этот огромный зал, оставив Керра в одиночестве.


Уже через полчаса, два всадника умчались из города, подняв столб пыли. У одного из них в суме болтается голова посланника. Время сулит тяжелые испытания. И для королей Англии и для Керра.

## Глава 35. Ньерд в Йорвике

Ньерд уселся в кресло конунга и улыбнулся. Впервые ему доверили управления целым городом. Да не просто городом, а самым большим поселением викингов на всей северной земле. Ньерд подозвал к себе рабыню, которая занимается обслуживанием порядка в доме.

— Дорогая! — воскликнул он, улыбаясь, но тут же одернул себя за вежливость. Ньерд откашлялся и грубым голосом продолжил. — А ну! Грязная беспородная шлюха! Неси мне живо мед!!!

— Да, мой вождь!

— Да! Именно! Я твой вождь! — Ньерду захотелось от радости закричать, но он сильнее нахмурился и, вспомнив повадки Ниялля, помахал рукой, как бы давая понять рабыне, что нужно уйти из дома.

— Что? Я не поняла, вождь. — с сомнением в голосе проговорила рабыня. Ньерд снова помахал рукой. — Не понимаю вас! Да что же? — округлила глаза девушка.

— Уйди! Давай, неси же мне мед! — психованно воскликнул Ньерд и пуще прежнего замахал рукой на рабыню.

— Поняла, вождь! — тихо сказала рабыня и ушла из дома.

— Как неловко то вышло! — Ньерд еще раз откашлялся и развалился на кресле с идиотской улыбкой на лице. Он безумно хорош в бою, но полный идиот у власти.

Жаль… Жаль, что Ниялль не рассмотрел в нем этого сразу.


Прошел час. За ним второй. Ньерд уснул на кресле. Несколько раз просыпался, с надеждой смотрел на дверь, но не дождавшись своего хмельного меда, снова засыпал. Когда уже пошел третий чай, его разбудил скрип открывающейся двери. В дом вошла та же рабыня, но без меда и преспокойно стала убираться. Ньерд стеснительно поправился в кресле и громко, но странно спросил.

— А где же мед?

— Какой мед? — удивленно ответила рабыня.

— Я просил тебя принести мне меду!

— Да?

— Вообще… Как бы, да! — протяжно ответил Ньерд и, встав с кресла, подошел к девушке. — Теперь, мне придется наказать тебя! А… Как это обычно делает Ниялль? — осторожно спросил он у рабыни.

— Не знаю… — тихо ответила она и опустила голову.

— Аааааа! Я понял! Ах ты проказница! — Ньерд засветился от радости и с силой опрокинул девушку на дубовый стол. Он раздвинул ее ноги и задрал подол платья. Рабыня терпеливо застыла в ожидании, а по красной щеке потекла слеза. — Блин! А. Да, что же. Во! — довольный Ньерд стал усмехаться и что-то делать за спиной рабыни. Девушке даже стало интересно, и она попыталась вывернуть голову, чтобы посмотреть на викинга. Но тут раздался печальный, буквально слезный голос воина. — Эй! Вставай же!

— Я? — быстро спросила рабыня.

— Да не ты! Он! — викинг готов был буквально заплакать, а его истеричный голос надрывался и дрожал. — Встань же! Кому говорю!

После неудавшихся попыток поднять свое хозяйство, Ньерд с печальным и крайне растерянным видом, снял девушку со стола.

— Принеси меду! Только сейчас, очень тебя прошу. — он посмотрел в пол и надел штаны. — Ладно?

— Да мой, вождь! Сейчас принесу! — еле понятно проговорила рабыня и убежала из дома.

Ньерд грустно прошелся к креслу и снова уселся на него. Дело клонится к вечеру. Мужчина зевнул, опрокинул голову на мягкую шкуру, которой покрыто кресло и через несколько минут уснул, заливаясь громким храпом.


Темная ночь, подобно стальному клинку, скользнула по глоткам местных жителей. Сегодня умрет несколько стариков. Ночь беспощадна. Смерть идет забирать души людей. Она не способна забрать тех, кто силен, но прекрасно справляется с теми, кто слаб и беззащитен. Острая растущая луна рассекает по небу, прячется за тучи и снова появляется наружу. Она бросает хлопья света за ледяные волны залива, а те, с яростью и безумством точат камни прибрежных скал.

Ньерд проснулся от того, что кто-то стягивает с него штаны. Из-за кромешной тьмы, ничего не видно.

— Кто ты? — испугано проговорил викинг и дернулся на кресле. Нежные женские руки мягко взяли его хозяйство и тонкий голос рабыни ответил.

— Это я, ваша рабыня, мой вождь.

— Что ты делаешь? — он схватил нож и подставил к глотке девушки. Но не обращая на это никакого внимания, рабыня молча взяла в рот и стала усердно удовлетворять воина. Он было хотел остановить ее, но этот кайф… И Ньерд уплыл куда-то вдаль. Через несколько минут девушка закашляла, встала и стараясь тихо, но вышло очень громко, сглотнула.

— Тебе понравилось, мой вождь?

— Да! — глупо и довольно ответил мужчина.

— Я рада!

Ньерд услышал шаги и открыл глаза. Перед ним стоит рабыня с графином меда и ошарашенно смотрит на мужчину. Ньерд опустил глаза на свои штаны, в рука он держит удовлетворенное хозяйство, все вокруг забрызгано. Воин быстро убрал руку и застегнул штаны. Рабыня от шока не знает, как себя вести и что делать.

— Ваш мед, вождь!

— Сколько я проспал? — испугано ответил мужчина.

— Несколько минут, вождь! Я сходила за медом и сразу же вернулась!

— Пошла отсюда! — крикнул Ньерд и осмотрел свои штаны. — Блядь! Да что же это!

Девушка быстро пошла к двери.

— Дура, мед на стол поставь!

Рабыня поставила мед на стол и, открыв дверь, мягко вышла на улицу. Ньерд снова остался один.


Чуть пролитый хмельной мед на столе начертал Руну Хагалаз — в жизнь Йорвика вмешиваются крайне разрушительные темные силы. Лучше оставить было бы власть в городе свободной, чем доверять ее тому, кто не способен совладать с самим собой. Мед потек со стола на пол и капли сладкого напитка привлекли внимание муравьев… Так и город Йорвик, начинает привлекать внимание врагов. Эта ночь показала всем, что временный правитель города несет потери и смерти.

## Глава 36. Возвращение в Англию

Измотанные уставшие викинги уже думали, что заблудились в этих северных водах. «Мы сбились с пути!» — то и дело раздавались голоса воинов с разных драккаров. Даже у Ниялля уже появилась мысль о том, что его подвела память и он завел свое войско не туда. Но все успокоились и воодушевились, когда вороны, выпущенные из клети, не вернулись на драккары.

— Рядом земля! Зажечь факелы!

Как по реакции, по одному мужчине на каждом корабле, забрались к изголовью и подняли высоко над головами горящие факелы.

— Медленнее гребем! Только попробуйте сбиться друг с другом! Всех отправлю на дно! — завопил Ниялль и стал присматриваться в ту сторону, где виднелось побережье Англии. Глаза ничего не видят от едкого утреннего тумана, который скрывает корабли. И все же, если долго смотреть в одну сторону, можно заметить тонкое английское побережье. Если бы такой туман был на родной земле викингов, они бы уж точно не подошли к берегу, оттого, что каждый знает о том, как ежегодно сотни мужчин погибают от ударов об острые прибрежные скалы. Но берег Англии куда спокойнее. Здесь вместо скал, все чаще встречаются песочные берега.


Когда драккар Ниялля подошел к берегу, конунг лихо перепрыгнул через борт и, сложив руки в бока, осмотрелся. Да, это именно то самое место, куда они впервые прибыли с Солнцеславом. Если уйти чуть вправо от берега, то можно как-раз выйти на реку, что ведет в Джарроу.

— Отлично! Здесь у нас будет лагерь! — сказал конунг, потирая свои ладони. — Сегодня мы устроим гулянку, а завтра, возьмем то, зачем явились сюда!

— Скол!!! Скол!!!! — завопили воины и другие викинги, что сходят с прибывающих к берегу драккаров, тоже поддержали своего вождя дружным криком «Скол!!!».

— Мой вождь! — обратился к Нияллю один из мужчин. — Посмотри! — он указал рукой куда-то вдаль.

— Что я должен там увидеть?

— Камень с Рунами, вождь! Вот же!

Ниялль присмотрелся. Действительно камень с Рунами, на котором викинги приносят жертву Богам исключительно вблизи моря. И стоит он здесь недавно, вокруг достаточно свежая кровь.

— Даны? — с сомнением в голосе произнес Ниялль.

— Точно не скажу, но скорее всего Даны.

— Блядь. — конунг задумчиво прищурил глаза и повернулся к своим воинам. — Располагайтесь здесь! Похоже нас опередили Даны. Рано утром подъем и отплываем. Полная боевая готовность! На ночь выставить по одному бойцу с каждого отряда. Всем все ясно?

— Да вождь! — лениво проговорили воины, осматриваясь и спокойно выгружая провизию с кораблей.

— Давайте-ка, поосторожнее здесь. Щиты держать под руками и следите за скалами, могут пустить стрелы. С Данами лучше не шутить. — сказал Ниялль тому же воину, что показал ему на камень.

— Понял! Разрешишь, мы сами на скалах на ночь встанем?

— Давайте! Но…

— Да, вождь?

— Будьте осторожны!

— Понял! — ответил воин и пошел собирать отряд.

Через пятнадцать минут около сотни викингов двинулись к скалам. Мужчины расположились вдоль всех скал, откуда был открыт проход к берегу. В случае внезапной атаки, эти смельчаки берут весь удар на себя. Ниялль и все остальное войско, раскрыли лагерь и принялись разгружать провизию, разжигать костры да готовить обеды. Сейчас время к полудню, сегодня войско будет отдыхать, а завтра ранним утром они пойдут по реке к городу Джарроу. Конунг понял, что где-то здесь берсеркеры. Не раз он сталкивался с этими викингами, что приходят из Дании. И не понаслышке ведает о том, насколько они суровы.


Легкий дождь моросит по теплым шкурам, что укрывают мощные тела викингов. Мужики уселись вокруг костров и оживленно о чем-то беседуют. Сегодня, здесь каждому есть, о чем поговорить. Ведь добрая половина войска впервые идут в набег с Нияллем. Раньше они ходили под знаменем Дьярви. Конечно же они бывали в Англии, но никогда не ходили именно сюда, в непреступный город Джарроу. Да и сам конунг Ниялль для них настоящая легенда. Слухи о нем давно носятся вместе с северным ветром по всем землям викингов.

— Да, ну, ты что, дружище! Ахахахах!

— Ты же сам сказал, что он тебя в ногу ранил! — коренастый викинг пронзительно уставился на говорившего. У костра сидит шесть викингов. Один из них оживленно рассказывает историю из жизни.

— Да нет, же! Не говорил я такого! — возмутился говоривший.

— Вообще то говорил! Так и сказал, мол ранил он тебя в левую ногу! — подтвердили рядом сидящие воины.

— Видишь? Мужики все слышали. Обмануть нас решил? Считаешь это смешно?

— Да не говорил я этого! — не прекращает возмущаться говоривший и незаметно протянул руку к своему топору. — Сказал же, что не говорил!

— Врешь! — грозно ответил другой воин и дернулся в сторону говорившего, но тот выхватил свой топор и подставил к его глотке.

— Только дернись, ублюдок! Напрочь голову снесу!

— А ты попробуй! — ответил другой и подставил острый охотничий нож к шее говорившего. — Следом отправишься сразу же!

— Эй, хваток, мужики! Не дело против своих биться! — зарычал рядом сидящий мужчина и встал на ноги. — Мужики, Ниялль идет!

Но не успели воины обернуться, как конунг налетел на них. Буквально три разящих удара, и все, кто держал в руках оружие, свалились в одну кучу. Двоим Ниялль проткнул шеи, третьему нож прилетел по глазам. Пока двое викингов схватившись за шеи стали хрипло кататься по земле, третий воин зажал свои глаза и завопил так, что все побережье озарилось бешеным воем.

— Мои глаза!!!! Они текут!!! Я ничего не вижу! Блядь! Блядь! Мои глаза! Кто-нибудь!!!

Ниялль молча постоял на месте. У всех костров наступило полное молчание. Почти все войско поднялось на ноги и стали наблюдать за происходящим. Конунг разбежался и в прыжке нанес заключительный удар ножом в солнечное сплетение бойца. Тот открыл рот, дернулся и камнем свалился на землю.

— Что? Кто-то еще хочет пойти войной против своих?! Ублюдки! Для чего вы здесь? — Ниялль обернулся по кругу, посмотрел на молчаливое войско. — Вы здесь, чтобы сражаться спиною к спине, за наши общие интересы! Любой, кто позволит себе пойти против собрата, будет убит хладнокровно и моментально! — конунг сплюнул на землю и нервно сжав кулаки пошел обратно к своему костру, где его поджидают воины из личного окружения. Он уселся на камень и протянул руки к горячему пламени. — Совсем с ума сошли! До какой поры я должен убивать своих? Чтобы хоть кто-то догадался, что наша сила в гребаном единстве! — зло сказал он своим воинам, которые не спеша отгрызают мясо от костей горного барана.

— Однажды все изменится, вождь! — сказал один из них.

— Когда однажды? Я лишь хочу, чтобы наши воины хоть чуть поумнели, изменились, достигли единства! А их вечные пьянки, братоубийства и предательства! — конунг нервно дернулся. — Дай сюда эту кость!

— Вождь, я почти все сгрыз уже! — виновато ответил мужчина и подал Нияллю баранью кость. Конунг схватил ее и принялся жадно отгрызать последние куски мяса от кости. Один из воинов подал своему вождю кружку с горячим отваром из диких ягод и трав.

— Выпей, вождь!

— Благодарю!

— Завтра выходим?

— Да! Я спать! — конунг бросил в костер кость и пошел спать на драккар. Через полчаса люди снова оживленно разговорились и где-то у одного из костров, началась драка на топорах. Два трупа и два победителя. Убитых оттащили за серые камни и все войско спокойно утонуло в песнях, хмельном меду да громком хохоте. Невозможно исправить тех, кто не способен отличить своих от врагов.

## Глава 37. Рауд — великан

— Хахахахахаха!! — громкий бас Рауда заставляет воинов нервничать. Даны вообще очень суровые викинги, но даже им не по себе, когда их новых предводитель Рауд, начинает смеяться или еще хуже, в ярости на кого-либо кричать. — Ну ладно! Договорились! Но тогда, ты тоже лезешь на крест! Идет? — он ухмыльнулся и указал рукой на крест, что размещен на высоченной церкви.

— Без проблем! — небольшого роста воин улыбнулся и подмигнул Рауду. Его вены буквально выпирают на мускулистом теле. — Хахаха!! Ну что? Лезем?

— А погнали! — Рауд встал и вместе с воином подошел к церкви.

Толпа наемников двинулись за ними следом, всем интересно, как Рауд и воин полезут на церковь. Их задача добраться до креста, что установлен на самом верху. Воин подпрыгнул, схватился за выступ на каменной стене и лихо миновал приличное расстояние, забравшись на новый уступ. Он посмотрел вниз на Рауда и засмеялся.

— Ну что, здоровяк? Обосрался?

— Ахахах! Обосрался? Я? — Рауд посмотрел на людей вокруг себя и крикнул им. — Он говорит, что я обосрался? Ахахаха! — предводитель в прыжке схватил воина за ногу и скинул вниз.

Тот с грохотом упал на спину и скорчился от боли. Рауд наклонился над ним, его безумное лицо перепугало воина.

— Рауд, ты чего? — испуганно произнес тот.

— Обосрался? — зарычал Рауд и впился всей челюстью в ухо мужчины. Воин закричал и попытался дернуться в сторону, но от этого, ухо несчастного на половину оторвалось от головы. Рауд дернул челюстью и полностью перекусил ухо воина. — Ха-ха-ха! — не разжимая челюсти, захохотал предводитель и омерзительно сплюнул ухо с кровью на землю.

Воин стараясь не кричать от адской боли, зажал свой рот рукой, а другой схватился за место, где раньше красовалось ухо.

Рауд развернулся, подбежал к церкви и ловко стал забираться по стене к куполу. Не прошло и минуты, как здоровяк уже держался за крест на самом ее верху. Он схватился обеими руками за деревянный крест и, расшатав, оторвал его от крепления.

— Ловите! — зарычал Рауд и подняв крест над головой, размахнувшись, сбросил его к ногам берсеркеров, что молча наблюдают за происходящим. Так же быстро Рауд слез с церкви и подошел к воинам. — Фух! Не простая задачка! Что встали? — он обвел мужчин взглядом.

— Рауд! Рауд! Рауд! — дружно закричали Даны и подняв над головами топоры стали поддерживать своего вождя. — Рауд! Рауд! Рауд! Уууууу! Рауд!!!

Рауд ухмыльнулся и, улыбаясь, пошел в толпу, которая мягко расступается перед своим предводителем в стороны. Каждый берсеркер пытается закричать еще громче, чтобы выслужиться перед этим великаном и каждый вдохновлен тем, что только что произошло на главной площади Джарроу, возле христианской церкви.


Сейчас раннее утро. Английская земля устелена тонкой пеленой тумана. Стайки птиц играются в мокрой от росы траве, кричат и весело догоняют друг друга. Река, что пробегает мимо Джарроу заставлена драккарами Данов. Сегодня в город должны прибыть новые бойцы, которые задержались чуть севернее отсюда, грабя по дороге английские деревни. Рауд уже сообщил им, через торговцев, что запрещает трогать город Йорк и приглашает их в свои ряды.

— Все чего душа пожелает! Поддержка англичан, город и богатые земли в постоянное пользование! А еще, много золота, каждому! — твердят торговцы всем Данам, которых встречают на пути.

Рауд ревнив и запрещает сообщать такие новости викингам с других земель. Только Данам. Только берсеркерам.

— О как! Отлично! Ограбим по пути несколько деревень и прибудем в Джарроу! — улыбаясь, отвечают Даны и под всеми парусами несутся к берегам Англии.

Пока Ниялль со своим войском дошел до английских берегов, под предводительством Рауда уже насчитывается не менее шести тысяч воинов. Это как минимум по два, а то и три бойца на каждого викинга Ниялля. Опытные, яростные берсеркеры, Даны, которых боятся во всех землях. Множество легенд ходят среди англичан о том, что творят язычники. А теперь, в головах королей, не укладывается, как они смогли допустить, чтобы на их земле, обосновалось целое войско этих ублюдков. Именно по этому вопросу Керр, правитель Йорка, в окружении своих воинов движется сейчас в Джарроу. Этот трусливый и подлый правитель, забрал из Йорка все войско, не оставив в городе даже элементарной охраны для местных жителей. Когда они подошли к последнему холму, с которого открывается удивительный вид на Джарроу, все тело Керра сотряслось от страха. На город страшно смотреть: тысячи воинов, все разгромлено и развалено. В Джарроу не вмещается то количество викингов, которые прибыли со всех дальних земель. Керр вдохнул, пытаясь успокоиться и повернулся к всадникам.

— Все за мной! Золото на телегах держите ближе ко мне! — закричал он своим тонким голоском.

Керр махнул рукой и все войско мягко двинулось в город. У самого въезда в Джарроу, навстречу войску, улыбаясь, вышел Рауд. За ним начали стягиваться все викинги, которые были уже осведомлены о прибытии английских мужчин.

— О! Люблю гостей! — ухмыльнулся Рауд и подошел к коню Керра. Он взял его за поводья и потянул к земле. Не в силах противиться столь могущественной силе, конь, брыкаясь наклонился настолько низко, что Керр еле держится в седле. — Ну же, мне тебя скинуть? — подмигнул ему Рауд.

— Сам! Я все сам! — быстро пролепетал Керр и спрыгнул с коня. — Здравствуй, мой друг!

— Говори помедленнее, я твой язык плохо понимаю! А мои воины вообще его не знают! Ахахахаха! — громко засмеялся Рауд и его бас напугал войско Керра. Мужчины дернулись и по телу каждого пробежала дрожь. — Что у тебя такие воины нервные? О! А это мне? — Рауд посмотрел на телеги с ящиками.

— Да, это золото, как я и обещал! — пытаясь не выдавать страха, ответил Керр.

— Отлично!

— Рауд, мне нужно с тобой серьезно поговорить! Дело касается королей Англии.

— Мне срать на этих ублюдков! — улыбнулся Рауд и подошел к телегам с золотом. Он подцепил один ящик лезвием топора и с силой надавил на топорище, используя его как рычаг. Доски заскрипели и податливо показали золотые слитки. — Ух ты! То, что нужно.

— Огромное войско собрано против тебя! Короли скоро придут к Йорку и мне нужна от тебя защита! — Керр наклонил голову и исподлобья подсмотрел на Рауда. — Ты сдержишь свое слово?

— Конечно! — улыбнулся Рауд и раздвинул в сторону руки. — Я же обещал! Но я, что говорил? — он посмотрел на Керра издевательским взглядом.

— Что? — ошарашенно спросил тот.

— Что я буду защищать Йорк от врагов! Но не тебя. Видишь ли, у меня здесь целое войско викингов. И нам, к несчастью, очень мало одного Джарроу! Поэтому, я решил, взять Йорк себе!

— Как себе? А я… Я же правитель! А местные жители? Мои воины?

— За это не беспокойся! — улыбнулся Рауд и всадил Керру нож промеж ребер.

Тот дернулся и, открыв от адской боли рот, не в силах кричать, схватился за викинга.

— Ааа… Ххх… — захрипел Керр.

Рауд наклонился над его ухом и вцепился в него всей челюстью, при этом не спуская глаз с английского войска. Молодые мужчины стали бросать оружие и убегать подальше отсюда. Рауд дернулся, оторвал ухо Керра и откинул его в сторону.

— Убейте всех! — закричал он мощным басом своим воинам и словно по реакции, тысячи Данов бросились догонять английских мужчин.

В основном им прилетало топорами в спину, но некоторые стали оборачиваться и принимать бой… Раздались страшные крики, вопли и на землю посыпались окровавленные тела молодых бойцов. Странное дело, но спустя десять минут были убиты все воины Йорка, при этом, только один берсеркер пострадал, лишь потому, что был пьян и, упав, отрубил себе полпальца своим же топором.


Когда битва была закончена, Рауд отправил в Йорк половину всего своего войска, не много не мало, три тысячи славных Данов. Сам же остался со второй половиной в Джарроу. Все местные земли были объявлены собственностью Рауда отныне и навсегда… По его же указу. В Йорке все местные жители были зверски убиты, над многими Даны стали издеваться, совершая различные казни. Не осталось ни единой целой церкви. Всех монахов и священников вывели в центр площади и, облив смолой, подожгли. Огромный участок Англии, прилегающий к северному морю, теперь принадлежит викингам. Рауд провел обряд земли на берегу моря. Там выставили камни с Рунами, на которые лилась кровь молодых английских девушек: это дар Богам за успех и поддержку. Разведчики уже сообщили королям Англии о том, что войско северян превышает все видимые когда-либо размеры и борьба с ними, может обернуться совсем не в сторону королей. Это послужило поводом для объединения всех королевств в единую силу и в скором времени сыны Англии, готовятся нанести решающий удар по Данам.

— Почему мы не можем просто взять и напасть на соседние земли? Наше войско величайшее!

— Потому, что Рауд так сказал.

— А почему он так сказал? Это же глупо, мы можем захватить все земли! Сжечь здесь все дотла!

— У него и спроси! — парировал воин.

Около сотни Данов копают ров на въезде в город, по которому пустят воду. В случае войны, этот ров позволит остановить боевые конницы и пеших мужчин. Викинги строят мост, который в случае необходимости, будет переброшен через широкий ров. Другие северяне тем временем занимаются обстругиванием деревянных палок, которые заостряют и вкапывают в землю в наклонном положении. Такие несложные элементы войны, смогут напугать лошадей еще издалека.

— И все-таки, я не понимаю! — продолжил викинг. — Копаем тут землю как крысы, а могли бы просто пойти и напасть! Да ведь мы перебили бы как щенков всех этих ублюдков!

— Если мы уйдем отсюда, это уже не будет нашей землей. Нас могут обойти со стороны и занять города. А еще, может случиться так, что мы просто устанем идти вглубь Англии, и когда дойдем, нас уставших и измотанных перебьют местные воины.

— Ну а на что лошади?

— Блядь, заткнись ты уже и работай! — грозно крикнул один из викингов и сжал кулаки. — Без тебя проблем хватает!

— Да что ты говоришь? Я тебе сейчас голову пробью? — отозвался воин и подскочил к мужчине, но тот недолго думая врезал ему по голове обухом топора.

Воин сплюнул кровью, закатил глаза и грохнулся на землю. Кровь стала заливать всю землю. Остальные викинги побросали свою работу и столпились вокруг убитого.

— Мне кажется ты переборщил! — спокойно сказал один.

— Ох, братцы, как суда то не хочется, что делать то?

— Да закопаем тут же и все! Никто не узнает! — отозвался другой викинг и мужчины, схватив труп воина, скинули его в яму. Засыпав сырой землей, они принялись дальше копать канаву отвлеченно беседуя о дальних странствиях и о том, что ждет дальше их под предводительством Рауда — великана.

## Глава 38. Ньерд и рабыня

Ньерд разгуливает по Йорвику. Ему определенно скучно! Лучше бы в набег со своим конунгом, защищать его, отрубать врагам руки и ноги… Эх! А тут, скукотище. Ленивые люди занимаются своими делами: кто-то делает хозяйственные дела, а кто-то от лени и глупости просто бродит по улицам. Эм… Так! Стоп… Но ведь и Ньерд просто бродит по улицам? Не сходится… Эти мысли наплыли на него как камни с горной насыпи. Мужчина остановился на одной из улиц и огляделся. Да, определенно он выглядит так же, как и все остальные. От этой мысли ему стало не по себе, ведь он настоящий воин, викинг, а не какой-нибудь там земледелец или старик. Почему Ниялль оставил его? Доверил власть… Но как-то это совсем не воодушевляет.

Ньерд занервничал и быстрыми шагами пошел к себе домой. Он шустро хлопнул деревянной дверью и бросился к столу. Осмотревшись, Ньерд понял, что меда здесь нет.

— Ааа! Даже выпить не могу! Зря Ниялль меня оставил, мое место в бою. — грустно выкрикнул он и улегся на мягкий лежак.

Только Ньерд закрыл глаза, как дверь в дом открылась и в нее вошла все та же рабыня, что и была здесь прошлой ночью. Она спокойна принялась убираться, напевая какую-то странную мелодию на непонятном языке. Ньерд замер и затаил дыхание, посчитав, что девушка его не заметила. Но шлюха не так проста, как может показаться с первого взгляда, и она давно смекнула, что новый вождь, далеко не умен.

— Откуда ты родом? — спросил он осторожно.

— Ой! Как ты меня напугал, вождь. — девушка сделала вид, что испугалась и, наклонив голову, подошла к мужчине. — Я издалека!

— Откуда издалека? Ты не из наших? — Ньерд прищурился.

— Я честно не знаю откуда, но меня привезли еще совсем маленькой викинги на вашу землю. Мы плыли много недель! Я захлебывалась от морской воды, не спала и была очень голодна. Бедная я… Несчастная. Меня украли, чтобы сделать рабыней! — девушка постаралась нагнать слезы и сделать плаксивый вид.

Ньерд посмотрел на нее и ему стало жалко рабыню.

— Ах они ублюдки! — он поднял свой здоровенный кулак к потолку и от негодования встал с лежака. — Как они могли так сделать? Убили бы как всех остальных, а они взяли и притащили сюда! — Ньерд нахмурился и осторожно поднял подбородок рабыни, чтобы посмотреть на ее глаза.

— Убили? — испугано спросила девушка.

— Конечно! Зачем так мучить тебя! Ведь тебя постоянно насилуют… И Ниялль! И все остальные!

— Как насилуют? Но я же просто рабыня. Вождь, я не шлюха! — воскликнула девушка.

— Да? — переспросил мужчина. — Не насиловали? Так ты не была с Нияллем?

— Нет! Я ни с кем не была… К слову… Ты очень мне нравишься, вождь!

— Я? — Ньерд выпятил удивленные глаза на девушку и замолчал.

— Ой, простите… Наверно вы тоже не любите рабынь и считаете, что мы хуже собак! А ведь я тоже девушка! Я живая! И настоящая! — тут уж рабыня разревелась на не шутку. Ей действительно стало жалко саму себя.

— Что ты! Что ты! Ну не плачь! — Ньерд не зная, что делать, подошел и обнял рабыню.

Девушка чуть не закричала от радости, крепко впившись в могучее тело воина, она стала усердно выжимать из себя слезы.

— Никто меня не любит! Как же я устала!

Ньерду так стало жалко ее, что он и сам чуть не пустил слезу, но сдержал себя. Рабыня нежно провела кончиком носа по его уху и незаметно задела его языком. Мужчина почувствовал, как его хозяйство принимает боевое положение и попытался отстраниться от рабыни, неудобно, но девушка, поняв это, еще сильнее прижалась к нему.

— О боги!!! Как же ты могуч! Как ты великолепен! — залепетала она, сменив слезы на голос очарования и нежности. — Как же я хочу тебя!!!

— Хочешь? Меня? — Ньерд просто не поверил своим ушам и повернул голову к лицу рабыни, чтобы еще раз заглянуть в ее глаза, на что девушка впилась губами в его губы.

Она стала жадно целовать его, не в силах сдержаться, воин ответил ей взаимностью. У девушки в голове проскользнула фраза: «Боже, как он воняет! Фу! Но это же для дела! Держаться… Только держаться!»…


Уже через полчаса Ньерд лежал на полу с обнаженной рабыней. Он удовлетворен, доволен и полон сил. «А власть не так дурна на вкус!» — мелькнуло в мыслях. «Теперь он навсегда в моей власти!» — коварно подумала девушка и прижалась грудями к телу воина.

— Как тебя зовут? — спросил Ньерд у рабыни.

— У меня нет имени! — грустно ответила девушка.

— Как это нет? Даже у рабынь есть имена…

— А у меня нет! — соврала девушка и сделала грустные глаза. — Много как меня звали, но настоящего имени так и не дал никто! И я поклялась Богам, что меня назовет только мой любимый.

— Любимый?

— Любимый…

— А может я придумаю тебе имя? — радостно воскликнул мужчина и сел возле девушки. — Вдруг ты меня полюбишь?

— Полюблю? — рабыня попыталась сделать вид рассеянности, но от радости, что переполняет ее, она не смогла сдержать улыбку. — Знаешь, а быть может это судьба? Может самим Богам это нужно, и мы теперь будем вместе?

— Думаешь?

— У тебя же нет любимой?

— Нет!

— Ну вот! Представляешь, у меня тоже нет любимого! Мы свободны и молоды! — воскликнула рабыня.

— Но я не столь молод.

— Брось ты! Неважно, что в душе, важно, что у тебя в сердце!

— Я назову тебя Сигрид! — ухмыльнувшись, сказал Ньерд.

— А почему именно так?

— Сигрид — это одаренная и талантливая девушка! Ну прям как ты! Здорово же?

— Мне нравится! — улыбнулась рабыня и, сев возле Ньерда, снова впилась в него поцелуем. — Теперь я хочу отплатить тебе за это удивительное имя!

— Но… — попытался что-то сказать мужчина.

— Никаких, но! — шепнула Сигрид и повалила Ньерда на пол, усевшись сверху.


Безумство порою доводит до крайности людей. А глупость — до смерти. Но тот, кто безумен и глуп вдвойне: тот опасен для окружающих. От того, что он несет крайность и смерть всем остальным. Уже этим вечером рабыня подговорила Ньерда против Ниялля и рассказал ему о золотом слитке, который хранится в полу дома. Ньерд долго отговаривал себя от мыслей пойти против своего конунга, но девушка умело воспользовалась мужчиной и предложила отправиться на Русь, чтобы нанять там наемников, которые смогли бы помочь уничтожить Ниялля и его войско.

## Глава 39. И снова в бой

Воины Ниялля загрузили драккары ранним утром и медленно, стараясь лишний раз не издавать громких звуков, все корабли двинулись в сторону реки, что ведет в Джарроу. Войску отдан приказ полной боевой готовности. В любой момент может появиться враг. «Если здесь Даны, значит здесь, сама смерть!» — звучит фраза Ниялля в мыслях мужчин.


Утром, перед отплытием, все войско было собрано на побережье, и конунг сообщил о том, какие у него подозрения на счет Данов.

— Мы ограбили Джарроу и ушли из него, но в следующем городе, находится огромное количество золота, которое туда привезли торговцы рабами. Так вот! Камни с Рунами на берегу гласят о жертвоприношениях. И это обряд Данов, который гласит о том, что они собираются жить на этой земле. Город Джарроу пустует после нашего ухода. Есть мнение полагать, что именно в Джарроу, находятся Даны. И скорее всего, эти ублюдки, пойдут захватывать следующий город, какой бы он не был. А там, что? Верно! Наше золото! И пока мы его не заберем, не покинем эту землю.

— А… вождь?

— Да?

— Землю вообще, в смысле не уйдем в Вальхаллу? Или в смысле землю Англии? — один из воинов задумчиво поднес палец к губам и поднял к небу взгляд. — Не могу сообразить!

— Идиот, встань подальше встрой, чтобы я тебя не видел! Ладно?

— Ладно, вождь! — и мужчина поскорее удалился вглубь строя, от греха подальше.

— Если здесь Даны, бойцы, значит здесь сама смерть! — Ниялль обвел взглядом своих воинов и каждый из них понял, что конунг не отступит. А значит… Вскоре им придется биться с войском яростных берсеркеров.

— Надеюсь Боги вас сохранят! А если нет, будьте готовы воссоединиться с нашими отцами. Грузимся и отплываем! Все свободны!

И вот драккары Ниялля, медленно отошли от берега и мягко двинулись по реке, что ведет в Джарроу. Ожидание величайшей битвы прочувствовал каждый воин… И вскоре содрогнется земля. От ярости северян…


Йорк сегодня словно вымер. Все Даны отдыхают после вчерашних убийств местных жителей. Ну а вы что думаете? Убить всех и это вся работа? Нет! Викингам пришлось стаскивать трупы в канаву и после закапывать ее. Убирать развалины после пожаров и конечно же изрядно выпить! Это тоже сложный труд, с какой стороны на него не посмотреть. И это утро наполнено безупречной тишиной… Если не считать пьяных мужиков, которые развалившись по разным углам улиц, усердно храпят. Нет, конечно, они перебивают великолепные трели кузнечиков, да и смотреть на них крайне противно, но ведь зато есть в этом, что-то великолепное. Будто стоишь один среди трупов: истинный победитель. Эти пьяные ублюдки сейчас не способны даже элементарно биться с врагами, в случае внезапного нападения. Три тысячи спящих берсеркеров, пьяных наглухо.

— Напали! На нас напали!!! Да вставайте же!! — молодой викинг с ужасающими криками стал подбегать к каждому пьяному берсеркеру и хватая их за грудки, пытается привести в чувства. Он схватил одного за волосы и стал изрядно бить по щекам. — Вставай, ублюдок!!! На нас напали!

— Отвали! — буркнул тот и треснул молодого викинга ладонью по лицу, да так, что тот отлетел в сторону и потратил около минуты, чтобы прийти в себя от удара.

— Да ну и срать на вас! — обиженно крикнул викинг и, схватив свой топор, бросился по дороге в Джарроу.

Пробежав около километра, он решил взобраться на гору и посмотреть оттуда на Йорк. Мужчина лихо вскарабкался на самую вершину, держась за уступы скалы и посмотрел оттуда на город. То, что предстало его взгляду, заставило мужчину вздрогнуть. Он сильнее прижался к скале и широко открыл глаза: в город вошла сплошная черная стена английского войска. Не менее двадцати тысяч мужчин заполонили Йорк и город утонул в этой тьме. Грохот от их ног и копыт славной конницы, заполнил собою все горы. Руки воина затряслись, он дернулся и слетел со скалы. Последнее, что мелькнуло в мыслях: «Братья… Да как же!» — рассеялось и голова мужчины со всего маха разлетелась об серый уступ бездушного камня.


— Вождь! Дам драккары! — тихо сказал Нияллю воин из его личного окружения.

— Зажгите факел и подайте сигнал нашим! И очень тихо, весла убрать! — ответил конунг и пристально вгляделся вперед.

Там, за резким поворотом реки, виднеются мачты кораблей. Все берега заполнены драккарами, лишь тонкая лента между ними служит проходом для других кораблей, которые только прибывают в ряды Рауда — великана.

Все драккары Ниялля остановились. Конунг стал перебираться с одного корабля на другой и сообщать людям.

— Оружие в руки и сходим в воду! Драккары спрятать! И очень тихо!

— Принято, вождь! — отвечают викинги и, схватив оружие, плавно заходят в воду.

Когда все корабли были спрятаны за изгибом реки, три тысячи воинов пошли по воде. Дойдя до края поворота, Ниялль велел разделить войско на две части: одна движется к драккарам Данов и обязана сжечь их дотла, а вторая половина идет в обход, чтобы зайти в город, с другой стороны.


Через несколько минут первые викинги прошли ленту между драккарами Данов и стали забираться на их корабли. По одной команде Ниялля, все дружно, подожгли паруса и соломенные лежаки в трюмах. Сотни кораблей как один вспыхнули в ярком пламени. На берегу раздались крики берсеркеров, воины стали выбегать на берег и открыли стрельбу из арбалетов по войску Ниялля. В это время Рауд спал в своем доме с двумя шлюхами, услышав крики бойцов, он, одевая на ходу кожаные штаны, побежал на улицу. И в этот момент с другой стороны города на Данов бросилась вторая половина войска Ниялля.

— Викинги? Какого тут происходит?! — завопил Рауд и выхватив свой топор нанес сокрушительный удар одному из викингов Йорвика.

Тот на лету оделся брюхом на лезвие топора и вырвал его из рук Рауда. Великан стал биться с врагами кулаками, пока не умудрился отобрать у одного из них огромный топор, которым можно за несколько часов в щепки разнести любой драккар. Кровавая битва заставила его моментально вспотеть. Через минуту, со стороны берега войско Ниялля стало прижимать Данов ближе к центру города, крики страха, безумия и ярости, заполонили Джарроу. Ниялль своим небольшим топором, ухватив его ближе к стали, словно молния пробегает сквозь толпу и оставляет за собою десятки убитых. Одному он нанес удар прямо в лоб, ровно по центру, впечатав острую сталь в череп врага.


Удар, еще один, а за ним целая серия ударов, враги словно камни падают на землю. Ниялль замахнулся в прыжке и его топор встретился с топором Рауда. Увидев такого огромного воина, Ниялль опешил и отошел назад на несколько шагов, не спуская глаз с берсеркера. Тот, в свою очередь, нахально ухмыльнулся и крепче сжал свой топор.

— Воин, с татуировкой черного ворона на поллица, ха! Не ты ли тот Ниялль, которых ходит под знаменем кровавого орла?!

— Он самый! — злобно ответил конунг и сверкнул взглядом самого дьявола. — А ты кто такой?

— Рауд! Здесь я и мои воины, Даны!

Все викинги — и воины Ниялля, и берсеркеры Рауда, стали останавливаться и вставать вкруг своих вождей. Другие, видя, что происходит, тоже стали прекращать битву и с интересом, смотрят туда, где, что-то происходит.

— Сколько у тебя воинов? — спросил Ниялль и осмотрел бойцов, которые встали сплошным кругом вокруг них.

— Три тысячи! — улыбнулся Дан. — Так что тебе с нами не справиться! Ха!

— Ублюдок, у меня тоже три тысячи! Так что еще повоюем! — с этими словами Ниялль разбежался, скользнул под топором Рауда, который бросился в ответ, и топором попытался пробить череп врага, но тот, мягко ушел в сторону.

— Неплохо! Моя очередь! — ухмыльнулся Рауд и, подняв высоко топор, стал крутить его так, что Нияллю просто не проскользнуть мимо и, не прекращая своей боевой игры, пошел на конунга. В ответ, Ниялль стал бегать по кругу Рауда, заставляя его поворачиваться и изматываться.

— Ну, что? Здоровый больно? Дан-великан! Что теперь не смеешься?

Рауд со злости резко бросился на Ниялля и зацепил обухом топора по ноге конунга, тот пролетел в воздухе не менее двух метров и, скрипя зубами, от боли свалился на землю. Быстрым движением руки, Ниялль стянул с себя сапог: кожа вместе с мясом была сбита в сторону, и место травмы моментально стало набухать.

— Блядь! — закричал конунг и увидел несущегося на него Рауда.

Дан замахнулся топором и со всех сил попытался ударить по Нияллю, но тот увернулся от удара и, вытащив охотничий нож, вонзил его в икру ноги Рауда. Здоровяк крикнул, подкосился и с грохотом упал на землю, подняв столб пыли над собой. Ниялль, недолго думая, схватил свой топор и, не обращая внимания на ужасную боль в ноге, бросился на Рауда. Но только он, замахнулся топором, как весь город утонул в ужасающем звуке боевой трубы Англичан.


Ниялль остановился и огляделся по сторонам, все горы вокруг Джарроу, плотной лентой устелены сынами Англии. Со всех сторон раздаются звуки боевого клича. Викинги и Ниялля, и Рауда, развернулись и уставились на нежданных гостей. Рядом с конунгом с земли поднялся Рауд.

— Сколько же их здесь? — его глаза от удивления стали настолько большими, что создалось ощущение, что они вот-вот выкатятся наружу.

— До хрена, дружище… — громко проговорил Ниялль и крепче сжал топор. Через секунду, он повернулся к великану и усмехнулся на одну сторону лица. — Ну, что? Боец! Возьмем Англию?

Рауд молча протянул к Нияллю свою здоровенную руку и словно гром, усмехаясь, закричал.

— В бой!!!!!!

Все войско из шести тысяч викингов, бросились на врагов, которые подобно лавине, пошли вниз с холмов. И двадцать тысяч сынов Англии сошлись в лихом поединке с северянами.

> Продолжение следует…

## В память о Торгисле…

«Сотни тысяч дорог не пройдены,
Сотни тысяч слов не сказаны —
Лучшие уходят… Вроде бы…
Звонкими становятся фразами…»

Однажды, еще в горячей молодости, Торгисл (в те годы его звали еще Анлаф) и Ниялль плавали на драккаре под предводительством одного исследователя, который ходил в дальние земли с небольшим отрядом. Мерзкий был тип. Звали его Колль — что переводится как «уголь». Бойцы много догадок строили по поводу происхождения имени своего вождя, но так и не поняли почему его отец назвал именно так. Все пришли к единому мнению, что причина кроется в темных волосах и бороде: они действительно напоминают уголь, словно сама ночь наложила на них свой отпечаток. Но вернемся к характеру исследователя: он был мерзким и крайне подлым. Как сейчас помню, чуть кто слово скажет, сразу за борт выкидывал. Он очень любил кричать «За Одина!» и при этом ничего не делать. Пока все бойцы бьются, этот хитрозадый исследователь сидел на своем драккаре и пил хмель. Но все знают, что, если идешь в схватку с врагом упоминая имя Богов, значит нужно показаться им, быть сильнее, лучше и проворнее в бою, чем твои собратья. И тогда… Тогда тебя точно заметят Боги и уготовят для тебя лучшую учесть. Но по всему видимо исследователю учесть они уготовили весьма прискорбную…


— Торговое судно, мой вождь! — закричал как-то мужчина из отряда исследователя, когда они проплывали мимо берегов Англии в поисках наживы.

Колль собирался изучить эти берега по заказу одного конунга с северных земель, тот предложил исследователю взамен место, ярла по возвращении домой. А кто не хочет стать ярлом целого поселения? Да и к тому же наскучило уже вечно находится в море. Правда своему отряду Колль ничего про это не сказал, ведь отныне они останутся без своего ремесла, драккара и даже места среди жителей поселения, куда исследователя поставят ярлом.

— Ульф, где мы? Крыса ты этакая! А ну вылазь из трюма!!! — завопил Колль и быстрыми шагами стал расхаживать по палубе туда-сюда, нервно всматриваясь в небольшой парусный корабль впереди. Сегодня он снова недурно выпил и неспособен держать себя в руках. — Что там? Что они везут? Еду? Вещи? А может золото?

— Может рабынь, вождь? Чтобы взять в руки нежную упругую задницу милых шлюх и прям… ах! — один из воинов закрыл глаза и расплывшись в дурацкой улыбке, протянул вперед руки, изображая как сжимает задницу шлюхи.

— Придурок, убери свои лапы от моего лица! — грозно сказал Ниялль и с силой треснул по ладоням мужчины.

Ниялль тогда был еще совсем молодой. Вместе со своим братом Анлафом, он плавал под предводительством исследователя. В те годы, Ниялль не был на столько злобным, пусть в нем и лютовал сам Локи, но все же, в его сердце была регулярная оттепель.

— Да чего ты? Вдруг там и правда шлюхи! — расстроился мужчина и уныло посмотрел на корабль впереди.

— Ульф, ублюдок, я кому сказал вылезти наружу! Ниялль, сходи и приведи эту крысу сюда!

— Да, мой вождь! — отозвался викинг и, встав с весла, пошел в трюм. Он быстро проскочил мимо бойцов, что, не спеша работают веслами, обошел наваленные непонятные веревки с бочками и, наклонившись, чтобы не удариться об низкую балку, лихо спрыгнул в трюм. — Ульф! Ульф?

— Что тебе? — хрипло отозвался безбородый викинг.

— Там тебя Колль зовет, срочно! Впереди торговое судно, я думаю грабить будем. — Ниялль с сомнением посмотрел в сторону, откуда слышался голос Ульфа и медленно стал подходить к нему.

— Не могу. Не ходи сюда!

— Что случилось? Тебе нужна моя помощь? — Ниялль чуть не упал от всплеска волны под драккаром и, схватившись за корабельную веревку, буквально прыгнул в сторону, откуда звучал голос викинга. Ульф поднялся и посмотрел на него. Взгляд, уставший и больной, напугал Ниялля. Руки Ульфа дрожат. — Да ты на ногах еле стоишь!

— Мне очень дурно. Я тут уже все заблевал! Да мне уже нечем… Я не могу выйти, понимаешь? — в голосе мужчины послышалось крайнее разочарование. Он сел за лежак и схватился за живот обеими руками. — Ааааа… Как болит!

— Тебе от моря плохо, да? Сколько ты с нами плаваешь?

— Третий выход… Да не от моря это… — отозвался Ульф.

— От моря, от моря… Себя то не обманывай! Не принимает оно тебя! — грустно проговорил Ниялль и с тоской посмотрел на мужчину.

Он только хотел еще, что-то сказать, как раздался голос Колля, который спустил свою голову в трюм. Красный и безумно злой он завопил.

— Ниялль и Ульф! Я вас сейчас обоих за борт скину, кому сказано вылезти наружу! А ну живо!!! Ублюдки! Отродье! Твари!!! Наверх я сказал!

— Да, вождь! — быстро отозвался Ниялль и, подхватив Ульфа, попытался с ним быстро пройтись к выходу, но безбородый викинг, словно камень, подкосил ноги и свалился на деревянные доски.

— Я не могу идти, мне плохо!

— Ниялль, быстро наверх! Я сам разберусь! — грозно сказал исследователь и Ниялль без лишних слов поднялся на палубу. Колль остался с Ульфом наедине.


Через минуту Колль мрачный выбрался наружу, его руки избиты и залиты кровью. Анлаф в это время разговаривал с одним из бойцов. Он посмотрел на исследователя и нервно дернулся.

— Колль, что ты сделал с Ульфом?

— Тебе какое дело? Ты собака плешивая и твоя работа слушаться своего вождя! — отозвался исследователь и сверкнул взглядом на викинга.

— Ниялль, сходи посмотри, что с Ульфом.

— Стоять, Ниялль! Еще шаг и полетишь за борт! — Колль выхватил топор и наставил его в сторону Ниялля. — Вы что, думаете, если кровные братья, так все? Сила? Вседозволенность может быть только у мертвецов, потому, что они не мешаются под ногами!

— Ниялль, братишка, ступай в трюм! — снова проговорил Анлаф и достал здоровенный нож. — Колль, я не хочу ссориться, но если сейчас же не пропустишь моего брата, я тебе печень вырежу!

— Не лезь не в свое дело, ублюдок! — громко, но очень твердо проговорил Колль и повернулся к другим воинам. — Если дернется, убейте его!

— Не убьют! — ухмыльнулся Анлаф и продолжил. — Ты снова ужрался хмелем, толстяк? Считаешь люди будут ходить за тобой, если ты вечно пьешь и ведешь себя как последняя тварь?

В это время Ниялль незаметно проскользнул мимо Колля и спустился в трюм. Через минуту он поднялся и закричал.

— Мужики! Ульф еле жив, все лицо разбито, помогите же кто-нибудь поднять его!

Тут же несколько мужчин ринулись к трюму, на что Колль закричал как сумасшедший.

— Не сметь! Всех порешу! Слушайте меня все, я буду биться с ублюдком Анлафом! Выживет только один! Если сможет со мной справиться, тогда его считайте за предводителя!

Все воины с сомнением посмотрели на Анлафа… Потом на Колля и молча разошлись в разные стороны, уступая место для поединка. Исследователь сильнее сжал свой топор в руках и злобно посмотрел на викинга. Анлаф в свою очередь убрал нож в ботинок и спокойно сжал свои кулаки.

— Мне и рук хватит, чтобы уделать тебя, идиот!

— Посмотрим! — закричал исследователь и, размахнувшись топором, бросился на Анлафа.

Тот, недолго думая, с одного удара в нос, опрокинул Колля на палубу. Удар был настолько сильным, что весь нос вошел внутрь черепа. Исследователь схватился за пробитое место, завопил так, что уши заложило у всех мужчин и вскочив, не соображая, что делает, бросился в море. Наступила тишина… Вся команда посмотрела на Анлафа… Через несколько секунд один воин вышел вперед и закричал.

— Да он же как молот Тора! Истинный воин! И наш предводитель! Имя его Торгисл — молот Тора!

— Даааа!!! — дружно поддержали воина все мужчины и, подняв над головами топоры, стали кричать. — Торгисл! Торгисл! Торгисл! Да здравствует Торгисл!

Анлаф ухмыльнулся и краем глаза посмотрел на своего брата, который наполовину вылез из трюма.

— Да здравствует Торгисл, мой брат! — тихо сказал Ниялль и кивнул Анлафу.

— Что встали? Взяться за весла! Ты и ты, — Торгисл указал рукой на двух мужчин, — живо к Нияллю, поднять на палубу Ульфа! Всем приготовиться, идем на торговое судно! Достать топоры!

Все мужчины засуетились и приготовились к битве. Похоже, что викинги вообще забыли про Колля, что еще несколько минут назад был их вождем. Теперь у них новый предводитель и зовут его Торгисл — стрела Тора.


Торгисл прошелся к трюму и помог воинам поднять Ульфа. На безбородого викинга было страшно смотреть: все лицо избито до крайности, словно один сплошной синяк лежит под грубой кожей. Глаза заплыли, над правой бровью кожа разорвана и обильно заливает кровью лицо воина.

— Тряпку! — закричал Ниялль и один из мужчин подал ему мокрую тряпку.

Ниялль осторожно смочил лицо Ульфа, стараясь не давить, и убрал кровь. Тем временем Торгисл пережал рану над бровью и посадил Ульфа, чтобы кровь не приливала к голове.

— Ниялль! Ты со мной в бой. А вы, — он обратился к мужчинам, — приглядывайте за Ульфом! Остановите кровотечение и следите за его состоянием. Он нам еще нужен!

— Так точно, вождь! — ответили воины и единогласно кивнули своему новому предводителю. Торгисл встал и подошел к борту драккара.

— Они что, убегают от нас? Поднять знамя! — завопил он. — Больше мы не исследовательское судно! Знамя не убирать! Идем на торговцев!

Через минуту над драккаром было поднято знамя с изображением Руны Райдо — это знамя исследовательского судна, но Торгисл переименовал смысл и отныне, это знамя отражает путь отряда викингов, их дорогу в море. Драккар приблизился к торговому судну, на палубе бегают англичане, в панике. Кто-то спрыгнул в море и поплыл в направлении берега.

— Правильно! — ухмыльнулся Торгисл.

— Брат, разреши мне повести воинов? — спросил у него Ниялль.

— Давай! Буду рад это увидеть, братишка! — Торгисл похлопал своего брата по плечу ладонью и Ниялль завопил отряду.

— Всем приготовиться! Взять топоры! Приготовить крюки! Возьмем судно!!! Ублюдки!

— А из тебя выйдет неплохой конунг, однажды! — засмеялся Торгисл и повернулся к воинам. — Что вам сказал мой брат? А ну выполнять!

Незамедлительно весь отряд принялся исполнять волю нового вождя и его брата. Драккар подошел вплотную к торговцам, мужчины бросили крюки с корабельным веревками, плотно скрепив оба судна. Викинги ринулись в атаку, в принципе никого убивать не пришлось: самые трусливые прыгнули в северное море в попытках доплыть до берега, остальные легли на палубу лицом вниз, закрывая головы руками. Ниялль прошелся по судну и повернулся к драккару, у борта которого, улыбаясь стоит Торгисл.

— Брат! Здесь много зерна, овса и странная одежда!

— Добро! — ухмыльнулся Торгисл и махнул рукой.

— Шлюхи!!! Шлюхи!!! Шлюхи!!! — завопил тот воин, который сегодня представлял задницы шлюх в своих руках. — Я же говорил! Говорил же! Ну выводите? Эй! — он повернулся к трюму и оттуда двое мужчин за волосы стали выводить молодых девиц. — Одна, две, три, сколько там еще? — улыбаясь спросил мужчина.

— Да вроде еще две штуки есть! — спокойно ответил воин и бросил к его ногам молодую девочку.

— Ух ты! Какая красотка! Ууух! — он наклонился к рабыне и посмотрел ей в глаза. — Синеглазочка! Моей будет, а ну-ка! — он повернул девушку к себе задницей и обеими руками измерил ее. — Да! Прям, как и говорил! В обе ладони!

— Ахахахахахахах!!!! — громко засмеялся Торгисл и схватился за живот. — Ахахахахахаахах!!!! Добро! Бери себе, так и быть! Ахахахаха!

Все воины посмотрели на своего вождя и поддержали его дружным смехом. Даже рабыни от заразительного хохота мужчин принялись похихикивать, закрывая рты ладонями.


С той поры отряд Торгисла бороздил моря много лет и имя морского волка, странника, легло на уста многих народов. О Торгисле слагают легенды, рассказывают деткам на ночь страшные истории и, конечно же, его боятся и уважают другие викинги. Многие равняются на его отряд. Говорят, что однажды именно Торгисл впервые пересек пролив между Англией и Ирландией и, побывав на этой мифическое земле, вернулся обратно. Об этом сообщил Ульф, когда они уже отплыли от этой земли. Но более, сколько не пытались они попасть туда, сделать этого им так и не удавалось.